(1) Темже убо, братие, просим вы и молим о Господе Иисусе. Водясь сим намерением, предлагаем вам наставление. Ибо Апостол сказал: темже, вместо: «достаточно для вас нашего увещания». Какого же именно?

Якоже приясте от нас, како подобает вам ходити и угождати Богови, да избыточествуете паче. Показали мы вам, какая жизнь благоугодна Богу всяческих. Посему старайтесь хранить данные вам правила.

(2) Весте бо, какова повеления дахом вам Господем Иисусом. И выше сказал: о Господе Иисусе, и здесь говорит: Господем Иисусом, упоминанием о Владыке наставление свое делая достойным веры. Достаточно же сего к обличению Ариевой и Евномиевой хулы. Ибо если предлог διά означает прислужника, то значит, что Господь Иисус — прислужник Павлов? потому что повеление дал он Господом Иисусом (διά τoυ Kυρίου Iησου) и увещание делал о Господе Иисусе. А если и они избегают сей хулы и признают Павла рабом, а Господа Господом, то явно, что божественный Апостол безразлично употребляет предлоги. Но возвратимся к последовательности толкования.

(3) Сия бо есть воля Божия, святость ваша. Потом Апостол дает знать, какую добродетель назвал святостию.

Хранити себе самех от всякого блуда. Много видов непотребства. Поэтому не сказал: «от блуда», но: от всякого блуда.

(4) Ведети комуждо от вас свой сосуд стяжавати во святыни и чести. Слова свой сосуд иные толковали так: свою супругу. Но думаю, что Апостол сосудом назвал тело каждого, потому что дает закон не одним живущим в супружестве.

(5) (А) не в страсти похотней, якоже и языцы не ведящии Бога. Освободитесь от заблуждения, говорит Апостол; вы познали сущего Бога, посему не подражайте живущим во тьме неведения и не порабощайтесь страсти похотения. Потом излагает закон яснее.

(6) И еже не преступати и лихоимствовати в вещи брата своего. Апостол прелюбодеяние назвал здесь лихоимством, потому что не принадлежащего ему касается тот, кто подрывает супружеское согласие других и похищает ложе, предоставленное иному. Усилил же обвинение, дав видеть, что обижаемый есть брат. Но указывает и наказание, к обузданию беззакония противопоставляя страх.

Зане мститель есть Господь о всех сих, якоже и прежде рекохом к вам, и засвидетелствовахом. Ибо преподали мы уже то учение, что Владыка всяческих есть правдивый Судия и подвергает наказанию беззаконников. Но Апостол доказывает и справедливость наказания.

(7) Не призва бо нас Бог на нечистоту, но во святость. Диавол догматы богов несуществующих наполнил непотребством, побуждая людей вступать на сей путь; Бог же истинный повелевает нам уклоняться оного пути, но предписывает ходить путем целомудрия.

(8) Темже убо отметаяй, не человека отметает, но Бога, и Бога, дающего Духа Своего Святаго в нас. Посему неправда наша касается Самого Бога всяческих. Ибо Он дарует нам и благодать Всесвятого Духа. Так Апостол, изложив учение о целомудрии, переходит к другому виду наставлений.

(9) О братолюбии же, не требуете, да пишется к вам, сами бо вы Богом учени есте, еже любити друг друга: (10) ибо творите то ко всей братии сущей во всей Македонии. Братолюбием Апостол назвал здесь щедрость в денежных подаяниях; о ней сказал, что не имеют они нужды в наставлении, потому что преспевают в сем по благодати Божией.

Молим же вы, братие, избыточествовати паче (11) и любезно прилежати, еже безмолвствовати и деяти своя и делати своима рукама, якоже повелехом вам: (12) да ходите благообразно ко внешним и ничесоже требуете. Наставление сие не противоречит сказанным выше похвалам. Ибо случалось, что одни щедро подавали нуждающимся потребное, а те по их щедрости не радели о занятии делом. И Апостол справедливо одних похвалил, а другим дал полезный совет, и занятие делом прилично назвал щедростию. Ибо те, которые могут по щедрости единоверных пропитаться и без работы, но и после этого не соглашаются жить без трудов, своими руками добывая пропитание, как бы щедрость некую оказывают трудолюбием. Слова же: да ходите благообразно ко внешним, Апостол протолковал сам, присовокупляя: и ничесоже требуете. Стыдно, говорит он, жить в бездействии, не делом своим промышлять потребное, но любить жизнь нищенскую и ожидать щедрости других. После сего предлагает учение о воскресении и утешает печалящихся об умерших.

(13) Не хощу же вас, братие, не ведети о усопших (умерших), да не скорбите, якоже и прочии не имущии упования. Апостол не вовсе запрещает печалиться, но отвергает неумеренность скорби и утешает упованием воскресения. Ибо не имеющим сего упования извинительно предаваться неумеренной печали. Посему-то не сказал: «об умерших», но: «о усопших», в самом наименовании заключая утешение. Потом доказательство воскресения представляет из учения, какое прияли о Владыке Христе.

(14) Аще бо веруем, яко Иисус умре и воскресе, тако Бог и умершыя во Иисусе приведет с Ним. Если Христово воскресение кажется нам достойным веры, то будем веровать, что и мы улучим воскресение, потому что для нас домостроительствуется тайна вочеловечения. Весьма же премудро сказал божественный Апостол, что Господь Иисус умер; ибо иные отрицали восприятие Им плоти и думали, что Господь и видим был, и пострадал в призраке. Умерших же назвал усопшими, и самим наименованием утешая опечаленных; ибо за сном следует пробуждение.

(15) Сие бо вам глаголем словом Господним. Не своими помыслами водимся, но из Божественного Откровения почерпнуто наше учение. Какое же именно?

Яко мы живущии, оставшии в пришествие Господне, не имамы предварити умерших. Все скончавшиеся, говорит Апостол, воскреснут так быстро, скоро и мгновенно, что предварят остающихся в то время живыми и прежде сретят Спасителя вселенной. Ибо сие: мы живущии, не о своем лице сказал Апостол, но о людях, которые доживут до того време ни. В сказанном же, как оно ни чудно, уверяет могущество Действующего.

(16) Яко Сам Господь в повелении, во гласе Архангелове и в трубе Божии снидет небесе. Сам Господь всяческих прежде всего явится сходящим с небес и повелит Архангелу возопить и воскресить мертвых. Трубы же будут повсюду звучать нечто великое и дивное. Сие сказал Апостол и в Послании к Коринфянам: Вси бо не успнем: вси же изменимся: вскоре, во мгновении ока, в последней трубе: вострубит бо, и мертвии востанут нетленни, и мы изменимся (1 Кор. 15, 51–52) Если же при звуке, какой на горе Синайской соразмерен был с слухом живших тогда, народ не перенес чрезмерности страха, но сказал великому Моисею: Глаголи ты с нами и да не глаголет к нам Бог, да не когда умрем (Исх. 20, 19); кто перенесет глас, который тогда прозвучит? А сие: в повелении, во гласе Архангелове, значит, что некто из Архангелов повелительно прикажет воскреснуть мертвым; и немедленно воскреснут с такою быстротою, что предварят остающихся еще живыми. Подобное нечто сказано и в Божественном Евангелии в притче о девах: Полунощи же вопль бысть: се, жених грядет, исходите в сретение его (Мф. 25, 6).

И мертвии о Христе воскреснут первее. Мертвыми называет Апостол верных, не только уверовавших во Евангелие, но и просиявших под законом и до закона. Ибо сие сказал он и в Послании к Евреям: И сии вси, послушествовани бывше верою, не прияша обетования, Богу лучшее что о нас предзревшу, да не без нас совершенство приимут (Евр. 11, 39–40). Поэтому все, отличившиеся благочестием, первые сподобятся воскресения. Сему учит Апостол и в Послании к Коринфянам: начаток Христос, потом же Христу веровавшии в пришествии Его: таже кончина (1 Кор. 15, 23–24)

(17) Потом же мы живущии оставшии купно с ними восхищени будем на облацех в сретение Господне на воздусе, и тако всегда с Господем будем. Апостол показал величие чести. Как Сам Владыка вознесся на светлом облаке, так и уверовавшие в Него, как воскрешенные из мертвых, так и живые еще, носимые на облаках, сретят Судию вселенной и с Ним пребудут бесконечный век. Сему учил и Господь в Священном Евангелии: будета два на одре единем: един поемлется, а другий оставляется: две вкупе мелюще: едина поемлется, а другая оставляется: два на селе: един поемлется, а другий оставляется (Лк. 17, 34–36). И под одром дал разуметь жизнь изобильную, и под мелницею — рабство и служение по найму, под сел ом же — жизнь земледельческую и научил, что всякий род жизни имеет и спасаемых, и наказуемых. Так, когда в какой-нибудь город входит царь, чиновные и почетные граждане встречают где-либо вдалеке от города, а обвиненные в чем-нибудь внутри города ожидают прибытия судии.

(18) Темже утешайте друг друга в словесех сих. Посему, зная это, мужественно переносите горести настоящего века.