(1) Павел, Апостол Иисус Христов волею Божиею, по обетованию жизни, яже о Христе Иисусе, (2) Тимофею возлюбленному и присному чаду: благодать, милость, мир от Бога Отца и Христа Иисуса Господа нашего. Не всякий сын возлюблен; бывает, что иногда грубость нравов в детях угашает и естественную нежность; но доблестного во всем Тимофея не естество, но сердце соделало и сыном, и возлюбленным. Слова же: по обетованию жизни, разуметь должно так: «Владыка Бог по соизволению и Сына поставил меня, — говорит Павел, — Апостолом, чтобы проповедовал я людям обетованную вечную жизнь».

(3) Благодарю Бога, Емуже служу от прародителей чистою совестию. Хотя о превосходстве жизни засвидетельствовало нелживое слово, однако же искреннее расположение к Богу дал видеть и чистотою совести. Ибо, когда и гнал Церковь, предполагал, что делает это ради Бога; сие сказал он и в Послании к Филиппийцам: по ревности гоних Церковь, по правде законней быв непорочен (Флп. 3, 6).

Яко непрестанную имам о тебе память в молитвах моих день и нощь, (4) желая видети тя, поминая слезы твои, да радости исполнюся. Словосочинение сделало смысл неясным; говорит же Апостол следующее: «Воспоминая о слезах твоих, исполняюсь великой радости и воспламеняюсь любовию, желая снова видеть тебя; а непрестанно молясь о тебе, песнословлю Бога». Вероятно же, что Тимофей проливал слезы, разлучаясь и прощаясь с учителем.

(5) Воспоминание приемля о сущей в тебе нелицемерней вере. И веселит меня преимущественно искренность твоей веры.

Яже вселися прежде в бабу твою Лоиду и в матерь твою Евникию. О матери его упоминает и блаженный Лука в Деяниях. Ученик, — говорит он, — бе ту, именем Тимофей, сын жены некия Иудеаныни верны (Деян. 16, 1); но одним была прежде, а другое приобрела после, ибо, будучи иудеянкою, уверовала в Спасителя всех. Похвальным же упоминанием о предках божественный Апостол усиливает веру в ученике, ибо ничто так не полезно, как домашний пример. И поелику встречается и то, что иные, происшедши от благочестивых, не соревнуют благочестию предков, то Апостол по необходимости присовокупил:

Известен же есмь, яко и в тебе. Потом сие самое полагает в основание наставления.

(6) Еяже ради вины воспоминаю тебе возгревати дар Божий, живущий в тебе возложением руку моею. В этом будучи уверен о тебе, прошу тебя усердием возгревать благодать Духа, которую приял ты чрез мое рукоположение. Ибо как масло делает сильнейшим пламень в светильнике, так доброе усердие души привлекает благодать Всесвятого Духа.

(7) He бо даде нам Бог духа страха, но силы и любве и целомудрия. Ибо дал нам Бог благодать Всесвятого Духа не для того, чтобы боялись мы опасностей за благочестие, но чтобы, исполняясь Божественной силы, горячо возлюбили Его, уцеломудривали же в себе бесчиние возбуждающихся в нас страстей.

(8) Не постыдися убо свидетелством Господа нашего, ни мною юзником Его. Проповедуемы были крест, поругания, злословие, страдание, смерть. А сие неверующим казалось исполненным стыда. Слово бо крестное, — говорит Апостол, — погибающым убо юродство есть (1 Кор. 1, 18). Посему и сам о себе в Послании к Римлянам сказал: Не стыжуся бо благовествованием: сила бо Божия есть во спасение всякому верующему (Рим. 1, 16). Почему советует ученику с дерзновением проповедовать сие. Для этого упомянул и о собственных своих узах, извещая, что за проповедь он, связанный, пребывает в темнице.

Но спостражди благовествованию по силе Бога, (9) спасшаго нас и призвавшаго званием святым. Апостол страдание проповедников назвал страданием благовествования, потому что ради него подвергались всякого рода казням. Посему предписывает Тимофею переносить это мужественно и ободряет напоминанием о Божией силе. Ибо призвавший ко спасению дает и силу, соразмеряя благодать с верою приемлющих.

Не по делом нашим, но по своему благоволению и благодати. Призвал же нас, не на нашу смотря жизнь, но по одному человеколюбию.

Данней нам о Христе Иисусе прежде лет вечных, (10) явльшейся же ныне просвещением Спасителя нашего Иисуса Христа. Издревле и прежде веков предопределил сие Бог всяческих; ныне же предопределенное привел в исполнение. Но и когда полагал в совете Своем, — единомысленником, и когда приводил в исполнение, — содейственником имел Владыку Христа, потому что просвещением Его привел сие к концу. Ясно же и сим показал Апостол вечность Сына; но сказует и совершенное вочеловечением Спасителя,

Разрушившаго убо смерть и возсиявшаго жизнь и нетление благовествованием, (11) в неже поставлен бых аз проповедник и Апостол и учитель языков. Ибо Единородное Слово, вочеловечившись, прекратило владычество смерти и даровало нам обетование вечной жизни; сие выразил Апостол, сказав: возсиявшаго, вместо: предуказавшего. А меня, говорит он, рукоположил проповедником этого, чтобы всем народам принес я благовествование о сих благах.

(12) Еяже ради вины и сия стражду. Апостол ясно показал и их неблагодарность, и собственное свое мужество. Они, прияв благовествование, кому должны были услуживать, того мучили; а он с удовольствием принимал наказания. Сие и присовокупил Апостол.

Но не стыждуся. Потому и ученику предписывал не стыдиться.

Вем бо, Ему же веровах, то есть знаю, что Он — Бог, Творец, Владыка и Господь.

И известихся, яко силен есть предание мое сохранити в день он. Ибо твердо уверен, взирая на Его могущество, что благодать Духа, какую подал мне, сохранит в целости до Своего пришествия. Потом Апостол учит, как можно преуспевать в добродетели по Богу.

(13) Образ имей здравых словес, ихже от мене слышал еси, в вере и любви, яже о Христе Иисусе. Подражай живописцам, говорит Апостол. Как они, внимательно всматриваясь в подлинники, с точностию списывают с них изображения, так и ты как бы некиим подлинником имей преподанное мною учение о вере и любви.

(14) Доброе завещание соблюди Духом Святым живущим в нас. Достаточную имеешь благодать Духа к просвещению; посему ею соблюдай усердие. Потом Апостол упоминанием о собственных своих искушениях убеждает и Тимофея переносить подобное сему.

(15) Веси ли сие, яко отвратишася от мене вси, иже от Асии, от нихже есть Фигелл и Ермоген. В древности в Риме было пребывание царей, посему многие приходили туда, иные для торговли, а иные для других потреб. А потому, вероятно, и в это время некоторые из уверовавших в Азии прибыли в Рим и избегали свидания с Апостолом, боясь Нерона. Двоих из них, как обнаруживших, конечно, самую явную неприязненность, Апостол выставил имена. И сделал это не в обвинение их, но, кому вверена была проповедь в Азии, тому делая явными сопротивников веры. Но как сим убеждал Тимофея переносить мужественно встречающиеся огорчения, так в последующем предлагает ему утешение.

(16) Да даст милость Господь Онисифорову дому, яко многажды мя упокои и вериг моих не постыдеся, (17) но пришед в Рим, тощнее взыска мя и обрете: (18) да даст ему Господь обрести милость от Господа в день он: и елико во Ефесе послужи ми, добрее ты веси. Досточуден, достоин соревнования и треблажен оказавший столько услуг Апостолу и получивший сие благословение из апостольских уст, ибо те, о которых Апостол упомянул выше, и быв вместе с ним, отвращались от него, а этот из Азии пришел в Рим, ни дальностию пути не утомившись, ни жесточайшего из царей не убоявшись, Апостола же удостаивал всякого рода услуг, почему Апостол не ему только, но и всему дому его воздал Божиею милостию; напомнил же о нем Тимофею, как знавшему еще в Ефесе оказанную Онисифором услугу, а что на пользу ученику писал Апостол и огорчительное, и приятное, о сем свидетельствует следующее далее.