Епископ является основной единицей церковной структуры со второго века. Основываясь на раннехристианских свидетельствах, о. Николай Афанасьев выводит служение епископа из служения старейшего пресвитера христианской общины. Служение епископа возникло из места, занимаемого старейшим пресвитером на Евхаристическом собрании. Это место обратилось в особое служение. Занимая его, старейший пресвитер стал единственным совершителем «благодарения» и всех литургических актов. Так старейшинство священства превратилось в особое служение, а сам он стал первосвященником или архиереем. Служение епископа обосновано природой Евхаристического собрания, в котором центральное место изначально занимало одно и то же лицо. Полнота Евхаристического служения, пастырство, учительство и суд стали функцией епископа. Он становится фигурой, олицетворяющей Церковь во всех проявлениях ее благодатной, исторической и социальной жизни. Лицо епископа выражает догматические признаки единства, соборности, святости и апостольства – весь догмат о Церкви.

Откуда приходит епископ в христианскую общину? Апостолов избрал Христос (Лк 6:13). «Я вас избрал, и поставил вас» (Ин 15:16). Апостол Павел обращается к епископам: «Внимайте себе и всему стаду, в котором Дух Святой поставил вас епископами, пасти Церковь Господа и Бога, которую Он приобрел Себе Кровию Своею» (Деян 20:28). Епископ рождается в Церкви. Апостолов «поставил» Христос. Епископов «поставляет» Святой Дух через избрание и возложение рук епископов. Первоначально это были апостольские руки. В церковной традиции «поставление» епископа состоит из двух актов: избрания и, как говорит молитва, «проручествования» (от слова «руки»): «Божественная благодать, всегда немощных врачующая и оскудевающее восполняющая, проручествует благоговейнейшего архимандрита имярек в епископа». В рукоположении епископа участвуют три или больше епископов, но хиротонисует во епископа не число участников, а Божественная благодать, которую призывают в молитве.

Избрание или наречение изначально совершал народ местной церкви, для которой епископ поставлялся. Раннехристианские источники определенно указывают, что избрание епископов и дьяконов совершалось местной церковью, и в нем принимал участие весь церковный народ. Самые ранние свидетельства мы находим в 1-м Послании святителя Климента Римского – «с благоволения всей церкви»[9].

«Дидахи» подчеркивает, что епископы и дьяконы избираются местной церковью[10]. Согласно «Апостольскому Преданию» св. Ипполита Римского, избрание епископа совершается местной церковью без участия других епископов[11].

«Апостольские Постановления» указывают рукополагать в епископа «того, кто беспорочен во всем, избран всем народом, как наилучший»[12]. Как и в «Апостольском Предании», избрание совершается местной церковью без участия других епископов. У свт. Киприана находим ряд указаний об избрании епископа местной церковью[13]. У него же находим впервые указание: «необходимо, чтобы собрались ближайшие епископы той области. И пусть избирается епископ в присутствии народа, который хорошо знает каждого в отдельности и обыкновенно наблюдает поступки каждого»[14]. Свт. Киприан свидетельствует участие других епископов в избрании, как практику, которая соблюдается «почти во всех провинциях». Новая практика еще не успела утвердиться повсеместно.

Итак, традиция меняется: сперва епископа избирает местная церковь всем народом. Позднее избирают епископа в присутствии народа. Еще позднее участие народа начинают ограничивать. От избрания устраняется «της οκλοις» – чернь, толпа, сборище. Допускаются к участию «знатные граждане». Целостность церковного Тела разрушается, разделяя общину по нецерковным признакам: происхождению, имущественному и социальному положению и проч., внося в Церковь «надмение мирския власти».

Местная церковь, как целое потеряла возможность участвовать в избрании епископов. Целостность местной церкви нарушается, так как в ней происходит разделение на отдельные части. Понятие народа приобретает правовой характер, а потому в него вводятся социальные различия[15].

123 новелла Юстиниана устанавливает двустепенные выборы. Местная церковь предлагает трех кандидатов, из которых собор выбирает епископа. Новелла вошла в «Базилики» и действовала до конца Византии. На практике она не соблюдалась. «Послание Восточных Патриархов» 1723 г. поддержало идею народного избрания епископа. Эта идея осталась декларативной. Практика назначений епископа высшей церковной властью победила и упразднила первоначальную традицию избрания епископов местной церковью. Она получила авторитет апостольского установления.

Как обычно бывает, новый обычай, получивший права гражданства, принимается за подлинно апостольское установление, а древний, постепенно исчезающий, рассматривается как отступление от нормы[16].

Избрание епископов местной церковью имело место в России. Например, в Новгороде до 1478 г. епископов избирали на вече. После избрания они поставлялись митрополитом Киевским, позднее Московским. В синодальный период поставление епископов определяла воля царя:

Честный отец архимандрит [или иеромонах], имярек, Всепресветлейший и Самодержавнейший Великий Государь Император, имярек, Самодержец Всероссийский, имянным Своего Величества указом повелевает, и Святейший Правительствующий Всероссийский Синод благословляет вашу святыню быти епископом богоспасаемых градов, имярек[17].

Синодальная практика назначений отнюдь не гарантировала нравственные качества епископата.

Предсоборные и соборные материалы 1917–1918 гг. позволяют видеть два различных подхода к Церкви, ее истории и вероучению через проблему избрания и проручествования епископа. К сожалению, попытка Поместного Собора 1917–1918 гг. восстановить древнюю практику избрания епископа местной церковью не осуществилась[18]. Удачными оказались прецеденты избрания на Петербургскую и Московскую кафедру святых Вениамина (Казанского) и Тихона (Белавина). Они были избраны всем народом и клиром местной церкви.

Всенародное избрание Патриарха в 1917 г. провозгласило торжество соборности. Дальнейшие избрания патриархов и епископов сделались кулуарными. Устав РПЦ 1988 и 2000 гг. вернулся к синодальной практике назначения епархиальных архиереев решениями Синода. «Епархиальный архиерей избирается Священным Синодом, получая о том Указ Патриарха» (Устав РПЦ. 15. 7). Местная церковь не получила права участвовать в решении своей судьбы. Права выбора, отвода, или оценки местная церковь не имеет. Закрытость назначений скрывала тайное участие «мирских начальников»: «Епископ, получивший власть через мирских начальников, да будет извержен и отлучен, и все, сообщающиеся с ним» (Ап. 30; Седм. 3). Избрание и назначение всех епископов стало закрытым от церкви. Устранение епархии, в которую назначается епископ, от участия в его избрании:

Во-первых, нарушает святоотеческий принцип: «кто хочет всеми управлять, должен быть всеми избран» и лишает соборной рецепции (признания). До наших дней хиротония в священный сан сохраняет древнюю формулу рецепции: «Аксиос!» (достоин!), которую произносят поочередно епископы, клирики и народ. В такой форме Церковь признает состоявшееся избрание, подтверждает достоинство избранника и выражает согласие на его хиротонию. Каждый христианин имел право заявить «Анаксиос!» (недостоин). В этом случае рукоположение останавливают до выяснения причин заявленного протеста. После «Анаксиоса» нельзя продолжить рукоположение. Оно становится недействительным. В наши дни «Аксиос» превращен в формальный элемент ритуала, лишенный смысла. Кричи, что хочешь, епископ не обратит внимания или прикажет вывести из храма за нарушение порядка. Упразднение «Анаксиоса» выражает пренебрежение к мнению народа Божьего и безразличие к нравственным достоинствам епископа.

Во-вторых, лишает епископа права на представительство своей епархии. На Соборе он может представлять только себя самого, но не свою епархию. Так решается разгоревшийся в последнее время спор о составе Собора. Спор решает способ формирования епископата. Если епископы избраны своими епархиями в порядке, установленном канонами, они являются законными представителями своих епархий на Соборе, и участие клира и мирян не актуально. Назначенный епископ не может представлять епархию, которая его не избирала. Положение назначенного епископа на Соборе принципиально отличается от положения епископа, избранного местной церковью. Избранный епископ представляет на соборе местную церковь. Назначенный епископ не представляет свою епархию. Он может представлять только себя самого. Отсюда возникает вопрос об участии в соборе мирян и клира. Назначенный Синодом епископ не представляет местную церковь, но сохраняет преемственность рукоположения. В силу преемственной благодати епископ совершает свое служение.

Итак, поставление епископа состоит из двух актов: избрания и хиротонии. Заменив избрание назначением, РПЦ лишила епископов законного представительства. Епископы РПЦ сохраняют апостольское преемство через хиротонию, но представляют не Церковь, а только себя самих. То же следует сказать о «кулуарном» избрании Патриарха. Избранный в закрытом заседании епископов, Патриарх представляет только архиерейскую корпорацию, а не Церковь, которая его не избирала.