Личный состав церкви
Все вы сыны Божии по вере во Христа Иисуса.
В состав церкви входят все верующие во Христа в соответствии со Священными Писанием и Преданием, Символом Веры и исторически сложившейся церковной традицией. Вступление в церковь совершается посредством Крещения. В Крещении, как духовном рождении, каждый христианин обретает свой экклезиологический статус, получает имя и каноническое положение, из которого следует его церковная правоспособность. Так, Родина, родители и гражданские права приобретаются в акте рождения. Отличие в том, что крещение требует свободного самоопределения, а родителей и Родину не выбирают.
В таинстве Миропомазания каждый христианин получает дар Святого Духа. «Дары различны, но Дух один и тот же; и служения различны, а Бог один и тот же; и действия различны, а Бог один и тот же, производящий все во всех. Но каждому дается проявление Духа на пользу» (1 Кор 12:4–7). Апостол перечисляет множество даров: мудрость, знание, вера, дар исцелений, чудотворений. Дар пророчества, различения духов, иному разные языки. Не может быть бездарных христиан, ибо каждый получает дар Духа.
Бог излил на Свою Церковь удивительное изобилие даров. Сравнивая ту эпоху с нашим временем, приходится признать оскудение даров Духа. Но Бог не лишил нас попечения. Нам оставлен великий дар Священства, дабы священнодействовать Таинства, совершать Евхаристию.
В основу понятия «священство» послание ап. Петра полагает идею всеобщего священства всех христиан: «как живые камни, устрояйте из себя дом духовный, священство святое, чтобы приносить духовные жертвы, благоприятные Богу Иисусом Христом». «…вы – род избранный, царственное священство, народ святой, люди, взятые в удел, дабы возвещать совершенства Призвавшего вас из тьмы в чудный Свой свет; некогда не народ, а ныне народ Божий; некогда непомилованные, а ныне помилованы» (1 Петр 2:5, 9-10). Апостол Павел, обращаясь к конкретной общине, называет «святым» весь христианский народ этой общины. Основой церковной жизни первохристианства было священство народа Божьего. Служение пресвитера и епископа было выявлением священства, которое принадлежит всему народу Божьему.
Учение о посвящении, по мысли о. Николая Афанасьева, «затемнило в церковном сознании служение священства всего народа». Служение епископа, пресвитера и дьякона не было инородным священством, но являло высшие степени всеобщего священства народа Божьего.
Школьное богословие довело до крайности течение, которое стремилось на идее посвящения обособить высшие степени священства. Рассматривая носителей высших степеней священства посвященными по отношению ко всем остальным членам церкви, которые не получают посвящения, оно вошло в противоречие с церковной традицией. Школьное богословие в таком виде представляет основы церковного устройства, что они не могут быть обоснованы церковным преданием и оправданы историческими фактами. Этим оно не укрепляет их в церковном сознании, оно их подрывает. Идея посвящения, как мы видели, не содержится в учении Церкви, а является результатом богословской спекуляции. До настоящего дня Церковь продолжает исповедывать в своей литургической жизни единое священство, которое принадлежит всему народу Божьему, высшей степенью которого является особое священство членов церковной иерархии[7].
Возникшее из священства народа первосвященство епископа не заслонило его. Первоначально их генетическая связь сохранялась. Первосвященство епископа оставалось в сфере священства народа, а не над ним. Служение священства оставалось единым, в нем лишь появилась высшая ступень, превратившаяся в особое служение. Служение пресвитеров стало второй степенью священства. Когда дьяконы получили служение священства, появилась третья степень священства. Трехстепенное священство не составило инородное священство, но высшие степени единого священства народа Божьего.
Утрата новозаветной идеи всеобщего священства постепенно привела к трагическому разделению народа Божьего на два разных общества – епископат, клир и народ – все больше и больше теряющих связь в наши дни. Обе части составляют целое – Тело Христово. Они не могут жить обособленно. В этом корень современной трагедии Церкви.
В Западной церкви произошло резкое разделение народа Божьего на сакральную и профанную часть. К церкви учащей принадлежало духовенство, знавшее латынь – язык, на котором читалось Священное Писание. Масса церковного народа не знала латыни. Перевод Священного Писания на родной язык духовенство запрещало. Лишив Священного Писания, народ Божий устранили от активного участия в церковной жизни.
На Востоке вокруг Алтаря выросла стена иконостаса, отделившая небо от земли – клир от народа. Разделение углубило различие в образе жизни и социальной принадлежности двух слоев церковного общества. В наше время славянский язык становится такой же помехой для духовной жизни в России, как некогда латынь на Западе.
В конце XIX в. профессор А. С. Павлов указывает два канонических статуса: «В основание церковного устройства положено разделение на клириков или иерархию, и на мирян, или простых членов церкви»[8]. Епископы приобретают полноту богослужебной власти и власть управления. Священники получают власть совершать богослужение и таинства, миряне соучаствуют молитвой.
В XXI в. церковное положение значительно изменилось. В практической жизни между иерархами и клиром пролегла пропасть. Нынче общепринято делить состав церкви на три канонических статуса: иерархию (священноначалие), клириков и мирян. Каноническое положение каждого члена церкви изменяет хиротония, в которой подается особый дар Духа совершать Таинства. Каждый акт хиротонии изменяет каноническую правоспособность.
В Уставе РПЦ только епископ получил каноническое определение: «Архиерей, по преемству власти от святых апостолов, есть предстоятель местной церкви». Устав наделяет его «всей полнотой иерархической власти»: богослужебной, пастырской, административной и судебной. Клир не получил в Уставе канонического определения. Клирики определяются прагматически – через описание профессиональных обязанностей. Личная и таинственная связь клирика и мирянина с Телом Христовым и Духом Святым выпала из Устава РПЦ. Каноническое положение клириков и мирян в Церкви заменено личным подчинением епископу. Устав не замечает, что все они «имеют помазание от Святого», как и епископ, имеющий то же самое помазание (1 Ин 2:20). Канонический статус народа Божьего оставлен неопределенным. Двадцатый век оказался плодотворным для создания уставов. За 80 лет принято пять уставов, имеющих принципиальные различия. Тенденция в изменении уставов направлена на усиление авторитарной власти епископа и ограничение участия в церковной жизни клириков и народа Божьего. Устав потерял идею всеобщего священства и неуклонно вытесняет догматический принцип «соборной» Церкви.
