Милосердый Бог Израилев, столько пекшийся об избранном народе Своем, не оставлял Своею милостью и другие народы. Так, раз Господь сказал пророку Ионе: «Встань, пойди в великий город Ниневию и проповедуй в нем, ибо злоба его вопиет ко Мне». А Нивевия была столица царя Ассирийского – город богатый и многолюдный, имевший три дня пути в окружности. Но Иона, не послушав гласа Божия, сел на корабль в Иоппии и, как бы желая убежать от Лица Бога земли Израилевой, отправился совсем в противную сторону. Тогда Господь поднял бурю на море, так что корабль был близок к погибели. Все находившиеся на корабле видели явную смерть перед собою и, объятые страхом, вопияли каждый к своему Богу о помощи. Один Иона спал беспечно в нижней части корабля. Тогда пришел к нему кормчий и сказал: «Чего ты спишь? Встань и моли Бога твоего, чтобы спас нас от погибели!» Люди же, находившиеся на корабле, сговорились между собою бросить жребий, чтобы узнать, кто из них больше всех прогневал Бога. Жребий пал на Иону и он, признавшись в своем преступлении, сказал им: «Бросьте меня в море, и утихнет волнение, ибо я знаю теперь, что из-за меня это ужасное несчастие на вас!» Бросили Иону в море – и волны утихли. Тогда все оставшиеся на корабле устрашились Господа, принесли ему жертвы и стали усердно молиться. Иону же, как только выбросили его с корабля, проглотил огромный кит, но Господь сохранил его живым и во чреве китовом. Три дня и три ночи пророк молился Господу из чрева китова с раскаянием в сердце, и Господь повелел киту выбросить его на землю.

Теперь Господь в другой раз сказал Ионе: «Ступай в Ниневию и проповедуй там, как Я сказал тебе прежде!» В этот раз Иона пошел и начал восклицать на улицах ниневийских: «Еще три дня – и Ниневия погибнет!» Жители поверили словам пророка и стали раскаиваться. Они наложили на себя строгий пост, оделись во вретища от мала до велика, сам царь сложил с себя порфиру и велел повестить по всей Ниневии, чтобы ни люди, ни скот не вкушали пищи и не пили воды; и стали все прилежно молить Бога, да отвратит от них гнев Свой и не погубит их. И действительно, Бог пощадил Ниневию и отвратил от нее грозившее ей наказание. Но это долготерпение Божие до того раздражило Иону, что он воскликнул: «Лучше мне не жить, а умереть! Не сбылось ли, как я думал, когда еще был в стране моей? Затем и хотелось мне убежать от Лица Твоего, знал я наперед, что Ты милостив и щедр, долготерпелив и многомилостив, и не изменят Тебя самые злобы человеческие! Нет, Владыко Господи! Возьми душу мою от меня!» Между тем, он вышел вон из города, сделал себе шалаш и сел передним, ожидая, что будет с городом. Тогда Бог повелел вырасти ночью широколиственной тыкве, которая осеняла бы голову Ионы и доставляла ему приятную прохладу. Иона пробудился от сна, когда солнце начало палить уже лучами своими, и возрадовался, найдя себе защиту от зноя под тенью этого чудесного растения. Но вот на другое утро Господь Бог повелел червю подточить корень растения, и оно завяло. Взошло солнце и начало палить лучами своими голову Ионы. Тогда он опять начал малодушествовать и просить себе смерти. Но теперь Господь Бог сказал ему: «Итак, тебе очень жаль тыквы?» «Очень! – отвечал Иона. – Жаль до смерти!» Господь же сказал: «Вот ты скорбишь о тыкве, над которою не трудился, которой не воспитывал, но которая за ночь родилась и за ночь погибла! Как же мне не пощадить Ниневии, такого большого города, в котором находится более 120 тысяч человек, не умеющих еще различить правой руки своей от левой; и, кроме того, сколько скота!»