...Между вами находится приражение друг к другу, так что вы всегда стараетесь уклоняться одна от другой. Кто из вас более прав или более виноват, этого я не знаю и не мое дело судить, а да судит Сам Господь Сердцеведец и Всеведущий, Иже воздаст комуждо по делом его. Но меня устрашает страшное Евангельское слово: «аще не отпущаете человеком согрешения их от сердец ваших, ни Отец Небесный отпустит вам согрешений ваших» (Ср.: Мф. 6, 15). — Жаль мне вас, весьма жаль. Сожалею и боюсь, как бы вам не лишиться милости Божией за упрямство свое по причине оскорбленного самолюбия за какие-то пустые претензии. Жаль мне и себя, как бы немощному и измождалому не протрудиться даром по той же причине, т. е. если не захотите истинно смириться и искренно примириться. О сем прошу каждую из вас и умоляю о Господе преискренно и усердно. Пощадите себя и меня, да не раскаиваемся после все тщетно и невозвратно. Поэтому кто не пощадит себя, ради самолюбивых безрассудных претензий, тот виноват будет не только пред Богом и людьми, но и сам перед собою, когда раскаяние будет неуместно (2, ч. 2, с. 119).

Богоносными и духоносными отцами поставляется главною причиною таких искушений горделивое самомнение, когда человек думает, что он лучше других, или по жизни, или по уму, или по искусным действиям; наипаче если это мнение сопровождается настойчивостью характера, которая не допускает человека принимать благие советы других, особенно почему-либо меньших. Настойчивость нигде не числится среди добродетелей, а скорее составляет недостаток, даже и в людях великих (2, ч. 1, с. 113—114).