Какое ныне настало время! Бывало, если кто искренно раскается в грехах, то уже и переменяет свою греховную жизнь на добрую, а теперь часто бывает так: человек и расскажет на исповеди все свои грехи в подробности, но затем опять за свое принимается (1, ч. 1, с. 103).

Один все грешил и каялся, — и так всю жизнь. Наконец покаялся и умер. Злой дух пришел за его душой и говорит: «Он мой». Господь же говорит: «Нет, он каялся». — «Да ведь хоть каялся, и опять согрешал», — продолжал диавол. Тогда Господь ему сказал: «Если ты, будучи зол, принимал его опять к себе после того, как он Мне каялся, то как же Мне не принять его после того, как он, согрешив, опять обращался ко Мне с покаянием? Ты забываешь, что ты зол, а Я благ» (1, ч. 1, с. 103).

Грехи, как грецкие орехи, — скорлупу расколешь, а зерно выковырять трудно (3, с. 233).

Бывает, так говорил батюшка, что хотя грехи наши чрез покаяние и прощаются нам, но совесть все не перестает упрекать нас. Покойный старец о. Макарий для сравнения показывал иногда свой палец, который давно когда-то был порезан; боль давно прошла, а шрам остался. Так точно и после прощения грехов остаются шрамы, т. е. упреки совести (1, ч. 1, с. 104).

Хотя Господь и прощает грехи кающимся, но всякий грех требует очистительного наказания. Например, благоразумному разбойнику Сам Господь сказал: «днесь со Мною будеши в рай» (Лк. 2, 43), а между тем после этих слов перебили ему голени, а каково было еще на одних руках, с перебитыми голенями, повисеть на кресте часа три? Значит, ему нужно было страдание очистительное. — Для грешников, которые умирают тотчас после покаяния, очищением служат молитвы Церкви и молящихся за них, а те, которые еще живы, сами должны очищаться исправлением жизни и милостынею, покрывающею грехи (1, ч. 1, с. 104).

Что ни думай, что ни толкуй, а смерти не миновать и Суда Божия не избежать, на котором воздастся комуждо по делом его. Поэтому хорошо заблаговременно опомниться и взяться за настоящий разум. Евангельское учение начинается и заканчивается словами: «покайтеся! Не приидох бо призвати праведныя, но грешники на покаяние» (Мф. 9, 13). «Приидите ко Мне ecu труждающиися и обремененнии, и Аз упокою вы: возмите иго Мое на себе и научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем: и обрящете покой душам вашым» (Мф. 11, 28—29). Призывает Господь труждающихся в борьбе со страстями и обремененных грехами и обещает успокоить их чрез искреннее покаяние и истинное смирение (2, ч. 1, с. 38—39).

Для истинного покаяния нужны не годы и не дни, а одно мгновение (1, ч. 1, с. 178).

<Старец> поздравил всех нас с праздником Всех святых и к этому сказал: «Все они были, как и мы, грешные люди, но покаялись и, принявшись за дело спасения, не оглядывались назад, как жена Логова». На замечание <одной из духовных дочерей>: «А мы-то все смотрим назад» сказал: «За то и подгоняют нас розгами и бичом, т. е. скорбями да неприятностями, чтоб не оглядывались» (1, ч. 2, с. 14).

Объясняя псаломские слова: «Горы высокий еленем, камень прибежшце заяцем» (Пс. 103, 18), старец говорил: «Елени, т. е. олени, — это праведники на горах, т. е. высоко стоят. А зайцы — грешники. Им прибежище — камень. А камень — это Сам Христос, пришедый в мир не праведных спасать, а грешных привесть на покаяние» (1, ч. 2, с. 46).

Что законоположит Господь согрешающим? Законополагает, чтобы каялись, глаголя во Святом Евангелии: покайтеся, аще не покаетпеся, погибнете (Лк. 13, 3). Некоторые из христиан от неверия совсем не каются, а некоторые хотя и каются для порядка и обычая, но потом без страха опять тяжко согрешают, имея неразумную надежду на то, что Господь благ, а другие, имея в виду одно то, что Господь правосуден, не перестают грешить от отчаяния, не надеясь получить прощения. Тех и других исправляя, слово Божие объявляет всем, что благ Господь ко всем кающимся искренно и с твердым намерением не возвращаться на прежнее. Несть бо грех побеждающ человеколюбие Божие. Напротив, правосуден Господь для тех, которые от неверия и нерадения не хотят каяться, также и для тех, которые хотя иногда и приносят покаяние для порядка и обычая, но потом опять без страха тяжко согрешают, имея неразумное упование на то, что Господь благ. Есть и такие христиане, которые приносят покаяние, но не все высказывают на исповеди, а некоторые грехи скрывают и утаивают стыда ради. Таковые, по слову Апостольскому, недостойно причащаются Святых Тайн, а за недостойное причащение подвергаются различным немощам и болезням, а немало и умирают (2, ч. 2, с. 46).

Иное согрешать от немощи и согрешать удобопростительным грехом, а иное согрешать от нерадения и безстрашия и согрешать тяжким грехом. Всем известно, что есть грехи смертные и есть грехи удобопростительные, словом или мыслию. Но во всяком случае потребно покаяние искреннее и смиренное и понуждение, по слову Евангельскому, с твердым намерением не возвращаться на прежнее. Сказано в «Отечнике»: пал ли еси, возстани! паки пал еси, паки возстани! Не удивительно падать, но постыдно и тяжко пребывать в грехе (2, ч. 2, с. 46—47).

Так ли мы поступаем, как поступил святой Давид, когда наказываемы бываем от Бога за грехи наши или бедствиями или болезнями? Святой Давид, согрешивши, каялся, исповедовался Богу и благодарил Господа за то, что согрешившего не предал его смерти, а оставил на покаяние и исправление. Нет, мы, маловерные и малодушные, не подражаем святому Давиду, а, будучи наказуемы за грехи наши, ропщем на Бога и людей, обвиняем всех и все, вместо того чтобы смириться и приносить искреннее раскаяние в своей грешной жизни и постараться исправиться или, по крайней мере, хоть не роптать и не обвинять других, а сознавать, что терпим болезнь или бедствие достойно и праведно. Чрез такое смиренное сознание и раскаяние с твердою решимостью не возвращаться на прежнее можем получить помилование от Господа и в сей, и в будущей жизни (2, ч. 2, с. 53).

Пишешь, что лучше не грешить, чем каяться. Не грешить хорошо, а согрешившему похвально покаяться. Если удержишься на первом — хорошо, а, не удержавшись, другого средства нет умилостивить Бога, как покаяться. А что ты объяснила, в этом и запинаться не следовало бы, — и запинание твое указывает на ложный стыд. Еще скажу: Богу приятнее грешник кающийся, чем человек не согрешивший, но превозносящийся. Лучше, согрешивши, покаяться, нежели, не согрешая, гордиться этим. Фарисей удержался от греха, но за возношение и осуждение мытаря лишился пред Богом своей праведности, а мытарь, и много согрешивший, чрез смиренное сознание и понесение укоризны от фарисея получил не только прощение грехов, но и восхитил оправдание фарисея. Иди и ты путем мытарева смирения, это путь самый безопасный (2, ч. 3, с. 40).

...Покаяние не совершается (не оканчивается) до гроба и имеет три свойства или части: очищение помыслов, терпение находящих скорбей и молитву, т. е. призывание Божией помощи против злых прилогов вражиих. Три эти вещи одна без другой не совершаются. Если одна часть где прерывается, то и другие две части там не тверды бывают (2, ч. 3, с. 47—48).

Всеблагий Господь ничего от нас не требует, как только одного искреннего покаяния, и чрез оное вводит покаявшихся в Царствие Свое Небесное и вечное, по сказанному в Евангелии: «покайтеся, приближибося Царствие Небесное» (Мф. 3, 2) (2, ч. 3, с. 70).

Едва удосужился я прочитать длинное и искреннее твое исповедание. Отныне положим начало благое исправления, которое бывает не без труда и понуждения в терпении со смирением. Но унывать не должно и не должно думать, что вдруг можно исправиться от злых навыков, но постепенно с Божиею помощью (2, ч. 3, с. 79).

Всем не только можно, но и должно заботиться о благоугождении Господу. Но чем благоугождать Ему? Прежде всего покаянием и смирением. Но тебе это мало. Ты хочешь Господа иметь своим должником. Ты пишешь: «Господь для меня все сделал, а я для Него ничего. Легко ли это?» Если кто кому должен, то, не заплативши долга, нельзя затевать подарки. Так и мы прежде всего должны заботиться об уплате греховного долга посредством смиренного покаяния, которое совершается до самого гроба. — Но ты спрашиваешь: «разве при исповеди и постриге не прощаются все прежние грехи? и нужно ли до смерти каяться на молитве в прежних грехах и вспоминать их, или же предать их забвению и не смущать мысли прежними делами». Тебе уже было говорено, что о плотских грехах никогда не следует вспоминать в подробностях, особенно же на молитве не следует исчислять по виду подобные грехи, но должно вообще считать себя грешным и неоплатным должником пред Господом. Святой апостол Павел сподобился получить не только прощение грехов, но и апостольское достоинство, а все-таки причислял себя к грешникам, глаголя: «от нихже первый есмь аз» (1 Тим. 1, 15). — Притом должно знать, что грехи прощаются не одним исповеданием оных, но потребно и удовлетворение. Разбойнику на кресте Сам Господь сказал: «днесь со Мною будеши в раи» (Лк. 2, 43). Но и после сего обетования разбойник не тотчас и не без труда перешел в райское наслаждение, а сперва должен был претерпеть перебитие голеней. Так и мы, хотя прежние грехи нам при Таинстве исповеди и при принятии монашеского образа и прощены, но Божию епитимию за них должны понести, т. е. потерпеть болезни, и скорби, и неудобства, и все, что Господь посылает нам к очищению наших грехов. — Еще должно помнить Евангельское слово Самого Господа: «милости хощу, а не жертвы» (Мф. 9, 13), т.е. чтобы благоугодить Господу, нужно более всего заботиться, чтобы не осуждать других и вообще иметь снисходительное расположение к ближним (2, ч. 3, с. 93).