Сблимация совершается при помощи ценностей, но ценности бывают высшие и низшие; сублимировать в настоящем смысле могут, очевидно, лишьвысшиеценности. Существуетиерархия

114

ценностейи, следовательно, абсолютно высшая ценность, вершина иерархических ступеней. Такой предельно высшей ценностью являетсясвятость, святыня.Святая воля стоит выше, чем добрая воля; хотя она необходимо вместе с тем добра. Святое творчество стоит выше, чем прекрасное творчество; хотя оно необходимо вместе с тем прекрасно. Но абсолютная святость и абсолютная святыня есть Бог, «Святый Израилев» *. Таинственное веяние святости есть чувство присутствия Абсолютного (в его аксиологическом аспекте), трепет изумления и восхищения, mysterium tremendum6(Рудольф Отто). Без такого прикосновения к высшему аксиологическому пределу **, к святости — нет предельной сублимации.

Но святостью может обладать тольколичность,а не вещь; только субъект, а не объект. Вещи и объекты могут быть «священными», но не святыми. И священными они являются через свое отношение к высшей, любимой личности: когда сотворены ею, изображают ее, принадлежат ей. Святость составляет вершину ценностей, а потому она может принадлежать только тому, что имеет право стоять на этой вершине. Но таким достоинством и «честью» обладает тольколичность;всебезличное,как–то: вещи, блага, идеи, нормы — стоит ниже в иерархии ценностей, чем личность. Мы разумеем здесьживую конкретную личность, ане идею личности. Все идеально–отвлеченное неполноценно; только идеально–конкретное, живое, укорененное в бытии — полноценно. Вот почему высшая святыня, «Святый Израилев», естьличный Бог,а не безличный,живой Бог,а не идея Бога. Безличный Бог стоял бы ниже, а не выше человека ***.