В лексиконе и синтаксисе он представлен довольно изрядным количеством следов–особенно у св. Луки и Апостола Павла, из которых первый был (может быть) Антиохиец, а второй Тарсиец, т. е. из переполненных эллинизмом городов в период александрийский и греко-римский. Эти следы зарегистрированы в полных новозаветных грамматиках, а мы даем лишь некоторые примеры: σύν более часто (у свв. Луки и Павла), чем μετα;ἐγκαλεῖν (свв. Лука и Павел) вм. κατηγορεῖν–«обвинять»;ζήχημα (Деян.) «предмет розысков (расследований) и рассуждения (спора)»; μὲν οὖν; μέν и δέдля распределения фразы на две равномерные части, особенно у свв. Луки и Павла (со включением послания к Евреям);ἴσασι вм. οἴδασι; οἱπερὶΠαῦλον (Деян. XIII, 13) «Павел и его спутники»; приспособленное, употребление глаголов простых и сложных с ними; точное употребление прош. совер., а равно желат. наклон. для обозначения возможности и в косвенной речи (у св. Луки); удвоенный вопрос или восклицание (Иак. II, 5); употребление предложения с неопред. наклон. после глаголов с значением «объявлять», а причастия–после глаголов восприятия; употреблениеὄπωςἄν (у свв. Луки и Павла); употребление синтетических конструкций подлежащего и сказуемого и др. Но много слов, речений и оборотов весьма литературных не употребляется совсем или начинает выходить из употребления; таковы: желат. наклон., как форма зависимая или независимая,– вне пожелания; несколько вопросов слитых в один; формы, содержащие идею двойства, напр.ἐκάτερος, πότερος;ὄπως; ὅπως иὄπως μήс будущ.; причинное причастие сἄτε, οἶον, οἶα и причинное неопредел. сἐπὶτῷпосле глаголов чувствования; сравнит степень с последующими ἢ ὤστε и другими аналогичными конструкциями; условный период с желат. наклон. для простой возможности и многие формы периода уступительного; одним словом,– конструкции и обороты слишком синтетические, трудные или деликатные для овладения, либо слишком абстрактные или требующие специальной переработки, комбинирования и прилаживания. Слова, формы, речения, конструкции литературного языка, оставленные уже или клонящиеся к сему в Новом Завете, служат отрицательными чертами и составляют потери новозаветного греческого языка.