Христианская этика, или нравственное учение христианства, содержится в ветхозаветных заповедях Декалога (Десять заповедей Закона Божия, данного людям через пророка Моисея) и в новозаветных заповедях блаженства (данных Иисусом Христом во время Его Нагорной проповеди).

Фактически, в Декалоге содержатся заповеди, необходимые для того, чтобы человек мог определить, что есть грех. В нём содержатся указания о том, чего не следует делать людям, чтобы не вызвать гнев Божий. В то же время заповеди Декалога касаются лишь внешних проявлений человека, а не внутреннего состояния его души.

Пришедший на землю Сын Божий, Господь Иисус Христос не отменил ветхозаветных заповедей, а повелел соблюдать их: Если же хочешь войти в жизнь вечную, соблюди заповеди (Мф 19:17). Только в связи с общей известностью и принадлежностью не только христианству, позволим себе опустить подробное толкование здесь этих заповедей, лишь кратко изложив их и сделав в последствии акцент на новозаветных заповедях блаженства.

Особенный авторитет Десяти заповедей связан с тем, что они были написаны Самим Богом на каменных скрижалях, которые также называются скрижалями откровения (см. Исх 31:18) и скрижалями завета (см. Втор 9:9-11). Они хранились в особом ковчеге (см. Втор 10:5) во Святая святых сначала скинии, а впоследствии — иерусалимского храма[63]. Святитель Николай Сербский (Велимирович) пишет: «Поистине, краток этот закон, однако эти заповеди много говорят любому, кто умеет думать и кто ищет спасения души своей»[64]. Содержание заповедей Декалога присутствует в Пятикнижии в двух редакциях (см. Исх 20:2-17; Втор 5:6-21), имеющих незначительные отличия друг от друга:

1) Я Господь, Бог твой, <...> да не будет у тебя других богов пред лицем Моим (Исх 20:2-3; Втор 5:6-7);

2) Не делай себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху, и что на земле внизу, и что в воде [(во Втор 5:8 — водах)] ниже земли; не поклоняйся им и не служи им (Исх 20:4-5; Втор 5:8-9);

3) Не произноси имени Господа, Бога твоего, напрасно (Исх 20:7; Втор 5:11);

4) Помни [(во Втор 5:12 — Наблюдай)] день субботний, чтобы святить [(во Втор 5:12 — свято хранить)] его; шесть дней работай и делай всякие дела твои, а день седьмой — суббота Господу, Богу твоему (Исх 20:8-10; Втор 5:1214);

5) Почитай отца твоего и мать [(во Втор 5:16 — матерь)] твою (Исх 20:12; Втор 5:16);

6) Не убивай (Исх 20:13; Втор 5:17);

7) Не прелюбодействуй (Исх 20:14; Втор 5:18);

8) Не кради (Исх 20:15; Втор 5:19);

9) Не произноси ложного свидетельства на ближнего твоего (Исх 20:16; Втор 5:20);

10) Не желай дома ближнего твоего; не желай жены ближнего твоего, ни раба его, ни рабыни его, ни вола его, ни осла его, ничего, что у ближнего твоего (Исх 20:17), или: Не желай жены ближнего твоего и не желай дома ближнего твоего, ни поля его, ни раба его, ни рабы его, ни вола его, ни осла его, ни всего, что есть у ближнего твоего (Втор 5:21).

«В Новом Завете отношение к Декалогу обусловлено общим новозаветным пониманием смысла и значения Моисеева закона»[65]. Заповеди блаженства, иногда их называют макаризмами (от др.-греч. μακάριος [makarios] — блаженный, счастливый), дополняют заповеди Декалога и показывают путь достижения христианского совершенства.

Они были произнесены Иисусом Христом в самом начале Нагорной проповеди, изложенной в Евангелии от Матфея (Мф 5:1-7:29). Также они присутствуют в схожем по своему содержанию, но в несколько сжатом виде во фрагменте Евангелия от Луки, называемом Проповедью на равнине (Лк 6:12-49), поскольку она была произнесена Спасителем после того как сойдя с горы стал Он на ровном месте (Лк 6:17). Обращаясь в этих проповедях со словами к Своим ученикам и народу, Сын Божий учит, что нужно делать, чтобы унаследовать Его благодатное Царство и вечную жизнь.

Заповеди Ветхого и Нового Завета существенно отличаются друг от друга. Первые, прежде всего, направлены на то, чтобы удержать человека от зла, а вторые показывают направление духовного развития на пути человека к Богу. Вот как об этом пишет архиепископ Сиракузский и Троицкий Аверкий (Таушев): «[В Ветхом Завете] говорится преимущественно о внешних поступках человека и налагаются строгие запрещения в категорической форме. <...> [В Новом же Завете] говорится преимущественно о внутренней настроенности человеческой души и излагаются не требования, <...> а лишь условия, при соблюдении которых достижимо для человека вечное блаженство»[66].

Отметим важный момент, на который необходимо обратить внимание, — это перечень заповедей блаженства, приведённых в Евангелии от Матфея и в Евангелии от Луки. Так, евангелист Матфей сообщает нам о девяти заповедях, в то время как евангелист Лука лишь о четырёх из них (идентичных 1, 4, 2 и 9-й). Очевидно, тем самым подчёркивается важность заповедей, повторяемых в Евангелии от Луки. Подтверждением этого является также дополнение евангелистом Лукой этих четырёх заповедей соответствующими им противопоставлениями (заповедями горя), начинающимися словами: Горе вам... (Лк 6:24-26).

Также отметим близкую последовательность (порядок) изложения повторяющихся заповедей в обоих Евангелиях и тот факт, что заповедь Блаженны нищие духом (Мф 5:3) непременно ставится на первое место. Это говорит о её наибольшей важности среди всех остальных заповедей блаженства и ставит её вместе с заповедями о любви (к Богу, ближнему и даже врагам) на одно из первейших мест во всем евангельском учении.

Рассмотрим последовательно все девять заповедей блаженства в соответствии с их изложением в Евангелии от Матфея.

Первым шагом на пути к блаженству вечной жизни в Царствии Небесном является осознание своей греховности и духовной нищеты. Именно поэтому первые слова Нагорной проповеди Спасителя призывают к смирению: Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное (Мф 5:3).

Осознающие свои грехи, препятствующие вступлению в Царство Небесное, оплакивают их, тем самым омывая свою душу и получая возможность примириться со своей совестью и утешиться. Поэтому вторая заповедь блаженства: Блаженны плачущие, ибо они утешатся (Мф 5:4).

Следующая заповедь звучит так: Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю (Мф 5:5). Вот что об этом пишет архиепископ Аверкий (Таушев): «Оплакивающие свои грехи доходят до такого внутреннего спокойствия, что уже становятся неспособными на кого-либо гневаться, делаются кроткими. Кроткие христиане, действительно, унаследовали землю, которой прежде владели язычники, но они наследуют землю и в будущей жизни, новую землю, которая откроется по разрушении этого тленного мира [землю живых (Пс 26:13; Откр 21:1)]»[67].

Четвёртая заповедь блаженства: Блаженны алчущие и жаждущие правды, ибо они насытятся (Мф 5:6), — это значит, что люди, искренне стремящиеся к воплощению в своей жизни Божией воли, смогут достичь праведности и получить от Господа оправдание.

Всемилостивый Бог требует милосердия и от людей, поэтому пятая заповедь звучит: Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут (Мф 5:7).

«Искренние дела милосердия очищают человеческое сердце от всякой греховной нечистоты, а чистые сердцем блаженны, потому что они своим сердцем, как духовным оком, узрят Бога»[68], — поэтому шестая заповедь гласит: Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят (Мф 5:8).

«Зрящие Бога стремятся подражать Ему, уподобляться Сыну Его, примирившему человека с Богом, принесшему мир человеческой душе, они ненавидят вражду и поэтому становятся миротворцами, стремясь всюду водворять мир»[69]. Отсюда: Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими (Мф 5:9).

«Достигшие такой духовной высоты должны быть готовы к тому, что этот греховный мир, “во зле лежащий” (1 Ин 5:19), возненавидит их за ту правду Божью, носителями которой они являются»[70], — восьмая заповедь: Блаженны изгнанные за правду, ибо их есть Царство Небесное (Мф 5:10).

Последняя, девятая заповедь блаженства обещает великую награду на небесах тем, кто претерпит злословие и гонения за их преданность Господу Иисусу Христу и Его Божественному учению: Блаженны вы, когда будут поносить вас и гнать и всячески неправедно злословить за Меня (Мф 5:11).

Впрочем, ряд толкователей Священного Писания и исследователей православного богословия вполне обоснованно указывают ещё и на десятую заповедь Нагорной проповеди, прозвучавшую по окончании перечисления всех девяти заповедей блаженств. Так, в частности, доктор богословия, митрополит Иларион (Алфеев) напоминает о ней в своей книге «Катехизис. Краткий путеводитель по православной вере»[71]: Радуйтесь и веселитесь, ибо велика ваша награда на небесах (Мф 5:12). Подчеркнём, что в несколько отличном виде эта заповедь присутствует также и в Евангелии от Луки (см. Лк 6:23).

Переходя непосредственно к изложению святоотеческого толкования первой заповеди блаженства, хочется привести следующие слова Спасителя: Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас; возьмите иго Мое на себя и научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем, и найдете покой душам вашим; ибо иго Мое благо, и бремя Мое легко (Мф 11:28-30). Тем самым Он на своём примере ещё раз подчёркивает важность смирения на пути к обретению спасения и Царствия Божия: Бог гордым противится, а смиренным дает благодать (Иак 4:6).

Первая заповедь блаженства как бы запускает механизм перерождения человека и является первой ступенькой в его восхождении к небу по лестнице духовного совершенствования.

Блаженны нищие духом (Мф 5:3; Лк 6:20), — святоотеческое толкование первой заповеди блаженств весьма обширно и многогранно. Для того чтобы понять смысл этой заповеди, следует тщательно разобраться в том, что означает слово нищий и в каком значении здесь используется слово дух.

Дух в данном случае может выступать лишь в двух значениях: в качестве характеристики состояния или настроения, присущего человеку (как, например, боевой дух, душевная стойкость и т. п.) и в этом смысле представлять понятие, близкое к устойчивому выражению сила воли (см. волк) — хочу, желаю; воля — соизволение, согласие на что-либо[72]) — либо в качестве Духа Святого, Господа Животворящего.

Слово нищий в современном восприятии является прилагательным, прежде всего обозначающим человека бедного, неимущего, малообеспеченного или с низким уровнем достатка. В то же время это слово означает человека, нуждающегося в подаянии и просящего милостыню.

Исходя из логики евангельского повествования, а также из приведённого анализа можно сделать вывод, что в данной заповеди речь идет либо об ограничении человеком собственной силы воли (или о смирении), либо о стремлении человека к стяжанию Духа Святого (или об особенной потребности в милости Божией). Впрочем, поскольку человек, просящий Бога о милости, прежде всего, осознаёт свою духовную нищету, то и в этом случае смысл заповеди опять сводится к упованию на волю Божию и соответственно к смирению.

Следует отметить, что при современном (неканоническом) прочтении текста Евангелия, например, в переводе В. Н. Кузнецовой (см. Канонические евангелия. М.: «Наука», 1992 и Радостная Весть. М.: «РБО», 2001-2013), в первой заповеди блаженства (см. Мф 5:3) опускаются слова о духе и текст выглядит весьма неожиданным образом: «Как счастливы те, кто бедны перед Господом!»[73]. При этом текст Кузнецовой является русским переводом текста «Нестле-Аланда»[74] (Novum Testamentum Graece Nestle-Aland) — редакции Нового Завета, осуществлённой протестантскими специалистами Куртом Аландом и Эрвином Нестле во второй половине XX века.

Предполагалось, что перевод Кузнецовой сделает текст Евангелия более доступным для всех, кто пожелает с ним ознакомиться[75]. Однако подобные «упрощения» недопустимы, поскольку приводят к существенному искажению смысла Священного Писания. Так, после указанного сокращения (которое, кстати, Аланд и Нестле не позволили себе) значение первой заповеди блаженства было низведено исключительно к понятию о нестяжательстве.

В христианском понимании нестяжательство относится к тем людям, которые по собственной воле избегают богатства, власти и славы. Иначе говоря, к людям, которые отказываются от материальной и интеллектуальной собственности, а если и имеют её, то относятся к ней как к дару Божьему, а не как к собственному приобретению. В этом смысле христианское понятие нестяжательства также вытекает из упования на волю Божью и соответственно из смирения, но подобное сокращение текста представляется весьма опасным сразу по двум причинам. Во-первых, из евангельского учения Спасителя изымается непосредственный (прямой) призыв к смирению и исчезает твердое основание для этой главнейшей христианской добродетели в Священном Писании. А во-вторых, и само христианское понимание нестяжательства может быть замещено на существенно отличающееся от него.

Теперь рассмотрим, как первая заповедь блаженства истолковывается в письменном наследии святых отцов Церкви.

Святитель Иоанн Златоуст обращает внимание, что все величайшие бедствия во Вселенной происходили от гордости и пишет о проповеди Иисуса Христа: «Так как <...> гордость есть верх зла, корень и источник всякого нечестия, то Спаситель и приготовляет врачевство, соответствующее болезни, полагает [смирение], <...> как крепкое и безопасное основание. На [котором] <...> можно созидать и всё прочее»[76].

Уточняющим дополнением к вышесказанному являются слова более современного нам богослова и толкователя Священного Писания блаженного архиепископа Феофилакта Болгарского (около 1055-1107), не прославленного официально в лике святых, но почитаемого в греческих и славянских Церквах как святителя. Он в частности пишет: «[Спаситель] выставляет смирение как основание жизни. Так как Адам пал от гордости, то Христос восстановляет нас через смирение»[77].

Следует заметить, что святоотеческое толкование понятия духовной нищеты всё же не ограничивается одним лишь понятием смирения. Так, например, не противореча другим отцам Церкви и уделяя должное внимание понятию смиренномудрия, святитель Григорий Нисский расширяет его и напоминает о необходимости для спасения также и христианского нестяжательства. В частности, повествуя о первой заповеди блаженства и отвечая на вопрос о том, кто является обнищавшим духом, святитель Григорий Нисский пишет: «Тот обнищал духом, кто душевное богатство выменял на телесное изобилие, кто земное богатство отряс с себя, как некую тяжесть, чтобы, став выспренним и воздухоносным, взойти горе»[78]. В своём Толковании на Четвероевангелие Ефрем Сирин также подтверждает эту мысль следующими словами: «Блаженны нищие в духе своём. <...> То есть нищие потому, что всё отвергают от себя»[79].

Примиряющим эти два несколько отличных друг от друга толкования является ещё одно высказывание блаженного Феофилакта: «Господь, рукоположив учеников, через блаженства и учение приводит их в более духовное состояние. Ибо Он ведет речь с обращением к ним. И, во-первых, ублажает нищих; хочешь, разумей под ними смиренномудрых, хочешь — ведущих жизнь несребролюбивую. Вообще же, все блаженства научают нас умеренности, смирению, уничижению, перенесению поношений»[80].

Этими словами можно было бы завершить повествование о святоотеческом толковании первой заповеди блаженства, однако хочется также привести здесь слова преподобного Макария Великого (Египетского), называющего «признаком христианства» наличие смирения у человека: «Обогащающийся Божиею благодатию должен пребывать в великом смиренномудрии и сердечном сокрушении, почитать себя нищим и ничего не имеющим, думать: “Что имею у себя, всё то чужое, другой мне дал и, когда захочет, возьмёт у меня”»[81].