Беседа с детьми после причащения
Архимандрит Виктор (Мамонтов):Что сейчас нужно делать?
Мальчик:Благодарить за причащение.
Архимандрит Виктор (Мамонтов):Благодарить за причащение, да? Аминь! Ты тоже так думаешь? А потом что нужно делать? После того, как будем благодарить, надо еще помазаться елеем, маслом, по-гречески будет елей. По-русски — масло. А зачем мы помазываемся маслом? Зачем надо помазаться, как ты думаешь?
Мальчик:Надо потому, что нужно.
Архимандрит Виктор (Мамонтов):Хорошо, мы к твоей тайне присоединяемся, верим, что это нам нужно. Масло уже приготовлено, будем помазываться.
А если не поблагодарить Господа за это причащение, то тогда что произойдет? Олег говорит, что, если не поблагодарим Господа за это причащение — в этом ничего хорошего нет. Конечно, нам что-то дадут — вот дали тебе игрушку какую-нибудь — а ты что говоришь? — благодаришь.
Тут то же: мы получили такой дар, Христос нам Самого Себя дал, чтобы мы живые были, а не мертвые, и, конечно, за эту жизнь надо благодарить.
В прошлый раз говорили о посте, что пост скоро начинается, да? Что такое пост? Аня, ты знаешь? Не знаешь. Яна, ты знаешь? Не знаешь. Кристина, ты знаешь? Не знаешь.
Мальчик Олег:Надо воздерживаться.
Архимандрит Виктор (Мамонтов):Олег говорит: пост — это воздержание, нужно воздерживаться от некоторой пищи. А еще от чего нужно воздерживаться? От грехов, да. А что может быть грехом? Какие грехи могут быть? У вас какие могут быть грехи? Что можете сделать не красивого, нехорошего, что самим не понравится?
Солгать, допустим, да? Солгать — это грех, да? А еще что?
Просят что-то, а пожадничал и не дал, — грех? Надо поделиться, да? Дали конфетку вкусную, хочется самому съесть, а стоит мальчик и смотрит, и думает: «Как бы мне хотелось тоже попробовать, что это такое». Что надо сделать? Поделиться, правда? Вы отдали, и этим вы богаты. Когда мы даем, мы богатеем, в мире прибавляется добра. А когда съедим сами конфетку, не поделимся, только желудок наш переработает, это чревное дело, а духовного в этом ничего нет, ни капельки. А когда поделимся, то в мире прибавляется добра. Тот, с кем мы поделились, ему это очень понравится, и он тоже поступит, может быть, так же, как и ты поступил. Димитрий, так, да?
Наш Димитрий однажды поделился, помнишь? У Димитрия был день Ангела, ему вручили шоколадку, это в храме Димитрия Солунского, а Дима взял ее, разломил и стал всех угощать. Помнишь, Дима, да? А потом что произошло? Бабушки что сделали, тети? Тебе тоже дали много конфет, тебя засыпали конфетами. Тут же произошло умножение сластей.
Девочка Аня:Появились маленькие ангелы, повешенные на лампочках.
Архимандрит Виктор (Мамонтов):Аня говорит, что в трапезной появились маленькие ангелы, они висят на ниточках. Настоящие или бумажные?
Девочка Аня:Бумажные.
Архимандрит Виктор (Мамонтов):Бумажные, а кто их сделал?
Девочка Аня:Никита.
Архимандрит Виктор (Мамонтов):Никита. А ты умеешь делать?
Девочка Аня:Нет, не умею.
Архимандрит Виктор (Мамонтов):А хотела бы научиться?
Девочка Аня:Я завтра научусь.
Архимандрит Виктор (Мамонтов):Аня говорит, что уже завтра научится. Ну, что ж, тогда помолимся, чтобы ты научилась.
Прихожанка:Батюшка, сейчас туда пойдут настоящие ангелы, живые.
Архимандрит Виктор (Мамонтов):Я думаю, что все дети любят ангелов и все взрослые любят ангелов. Ангел — это кто?
Девочка Аня:Не знаю.
Архимандрит Виктор (Мамонтов):Это человек с крыльями? Что это, птица? Я вам желаю познакомиться с ангелами, а в следующее воскресенье, кто познакомится, расскажет, кто есть ангелы. Аня говорит, что ангела можно потрогать. Ну, вы познакомитесь, тогда расскажите, можно ли потрогать, разговаривают ли они с человеком, что они делают…
Девочка Аня:Ангелы не умеют разговаривать.
Архимандрит Виктор (Мамонтов):Вот ангел, смотри, с крыльями, а это Божия Матерь, и он, видишь, с Ней разговаривает.
Девочка Аня:Ангел?
Архимандрит Виктор (Мамонтов):Да. И даже написано в Евангелии, о чем ангел разговаривал с Божией Матерью. У мамы и папы спроси, потом расскажешь. Все, договорились.
Сейчас будем благодарить Господа за святое Причащение.
Слава Тебе, Боже! Слава Тебе, Боже! Слава Тебе, Боже!

