2 (15) февраля 1910. Вторник.

Сретение Господне

После Богослужения были у меня и пили чай два курильца с о. Сикотана, Евтихий Причин и Максим Сторожев, вместе с товарищем, японцем Лазарем. С выбритыми лицами, кроме усов, одетые в пиджаки, — совсем не похожи на курильцев. Нанял их японец, владелец судна, имеющего отправиться бить котиков, бобров и проч.; ждут изготовления судна. По-русски говорить не могут, но веру держат крепко.

6 (19) февраля 1910. Суббота

Глаза начинают болеть. Впрочем, даст Бог, хватит на перевод Богослужения, а быть может, и Ветхого Завета.

8 (21) февраля 1910. Понедельник

Кончен перевод службы свят. Иннокентию. Теперь надо еще раз прочитать всю Праздн. Минею, чтобы уже окончательно убедиться в ее исправности и отдать в печать.

15 (28) февраля 1910. Понедельник

Последнее чтение и последняя поправка Праздничной Минеи. Перевод нам с Накаем нравится. Еще бы не нравился! Овсяная каша сама себя хвалит. Но нельзя сказать, чтобы все было понятно всем. Во многих местах знающий иероглифы посмотрит на них и поймет; а по слуху и ученый не всегда схватит смысл; неученому же будет многое так непонятно, как непонятен во многом славянский текст русскому простолюдину. А что же делать? Где взять понятные для всех японские слова? Никак не обойтись без китайского чтения иероглифов. Но у нас зато для чтущего все ясно; мысль прозрачна, как хрусталь, и все можно изъяснить и истолковать.

21 февраля (6 марта) 1910. Воскресенье

Явился русский «синематографист», — на карточке «Пантелеймон Васильевич Кобцев. Синематограф», — просил позволения снять для кинематографа наше Богослужение. Как же можно! Для представления точно в театре, — нельзя! Зато он установил свой аппарат против собора и ловил всех выходящих по окончании Богослужения.

Пойман и я, совсем неожиданно; на крыльце ветер рвет полы платья… я обертываюсь туда и сюда, защищаясь от ветра. Кругом копошатся дети, а ручка аппарата бешено крутится, — слишком поздно, увы, я это заметил, — хороша картинка выйдет, нечего сказать!

31 декабря 1910 (13 января 1911). Пятница

Начал переписку приходно-расходного Миссийского отчета. Из-за болезни запоздал с этим делом в минувшем году. Немалая потеря времени выйдет для главного дела — приготовления к печати Постной Триоди.

<…> На Всенощной я выходил с иереями на Литию и Величание. Итак, еще один год канул в вечность. Холодно душа провожает его и холодно готовится встретить новый. Замерло одушевление; знать, с летами выгорело оно. Что ж, дотянем лямку; недалеко пристань. Дай Бог только не упасть в грязь и не ушибиться насмерть! Без Божией охраны на каждом шагу можно споткнуться. Ангел-Хранитель, не оставь без руководства! И просвети, Господи, сию страну светом истинного Твоего Евангелия! Дай, Боже, Православной Твоей Церкви родить чадо!