10 (22) января 1896. Среда

Душевная жизнь слагается из ежедневных, ежечасных, ежеминутных мыслей, чувств, желаний; все это — как малые капли, сливаясь, образуют ручей, реку и море — составляют целостные жизни. И как река, озеро светлы или мутны оттого, что капли в них светлы или мутны, так и жизнь — радостна или печальна, чиста или грязна оттого, что таковы ежеминутные и ежедневные мысли и чувства. Такова и бесконечная будущность будет, — счастливая или мучительная, славная или позорная, — каковы наши обыденные мысли и чувства, которые дали тот или иной вид, характер, свойство нашей душе. В высшей степени важно беречь себя ежедневно, ежеминутно от всякого загрязнения.

11 (23) января 1896 г. Четверг

Увеличиваются ли шансы на распространение христианства в Японии? Напротив, уменьшаются. Прежде стоявшие во главе государства, вроде Соесима Ивакура, были люди умные, но без европейского образования; не веровали, но оставались под сомнением — «быть может-де, и со стороны науки вера предписывается» . Ныне же универсально образованные начинают пробиваться на вершины, вроде Канеко [?] из Харварда и под.; эти уже неверы решительные, отрицающие веру «во имя всесветлой-де науки». Японцы же такой стадный народ: лишь бы кто с закрученными рогами да из своих пошел вперед, толпой повалят за ним.

14 (26) января. Воскресенье

<…> Был молодой бонза Ито, из Кёото, секты Киси Хонгван-дза [?], направляется из России в Сибирь изучать нашу веру; предварительно будет в Индии и Персии еще знакомиться с магометанством. Посылает его начальство. Какая цель, не говорит он. Вероятно, — в том или другом виде — противодействие христианству. Во всяком случае — легкомыслие.

4 (16) февраля 1896. Воскресенье.

Заговенье перед Великого Постом

Пред Вечерей был офицер с «Амура», князь Святополк-Мирский, любит говорить; о положении Церкви в государстве ничего не знает; с католических книжек утверждает, что у нас Церковь не православная, а русская, в смысле государственного учреждения, правит ею Обер-Прокурор, Царь в ней самовластен и под. Ах, как у нас светский мир вообще невежествен в религии! И посланник, и секретари, и… путешественники, все-все порют дичь о своей вере и своей Церкви, хотя назвать их безрелигиозными нельзя, никак нельзя, — но религиозных знаний, кроме ходячих или, так сказать, висящих в воздухе — ни на грош; а кто же не знает, что наш светский воздух заражен миазмами инославия. <…> После Вечерни и Повечерия было прощание; я сказал несколько слов и потом, попросив у всех прощения, поклонился до земли; потом священнослужащие простились со всеми и взаимно. <…> оркестру играть вечер за обедом в гостинице в Йокохаме; гостинник, для удовольствия жильцов (во время обеда), заикнулся адмиралу: «Не пришлете ли, мол?» — «Отчего же», — отвечал русский адмирал, разыгрывая подлейшую роль обезьяны. И никому в голову во всем русском флоте и во всех… посольствах… не приходит, что мы, русские — унижаемся и сокрушаем себя подобными поступками. <…>

1 (23) февраля 1896. Воскресенье

<…> Наш военный агент приезжал проститься, — едет в Россию. Очень недоволен, что Япония так быстро двинулась вперед, что в некоторых отношениях ныне даже выше России. Я ему напомнил, что Япония 1200 лет назад уже была образованным государством, когда России на свете и вообще не было; доказательством первого могут служить ему многие предметы, выставленные в Музее в Уено; там есть множество буддийских монет и принадлежностей 1200-летней давности столь изящных, что их можно принять за произведения настоящего времени. Между тем Япония в настоящее время куда меньше и слабее России! Итак, «наша отсталость» кое в чем от Японии не есть отсталость, а «не-догнанность», весьма натуральная при сопоставлении наших взаимных возрастов. Кое в чем, например в грамотности народа, Япония едва ли не впереди и всех европ. государств. Ходячие библиотеки, еще 35 лет тому назад поразившие меня в Хакодате, и наблюдение, что все пользуются ими.

5 (17) февраля 1896.

Понедельник 1-й недели Великого Поста

Начались великопостные службы для говеющих, которые, впрочем, почти одни только учащиеся, даже учителя-академисты отсутствуют, видел только после часов двух-трех, да и те пришли, кажется, больше для того, чтобы показаться мне на глаза, в чем и успели. Утреня начинается в 6 часов и кончилась сегодня в 40 мин. 8-го; часы в 10, продолжались тоже час и сорок минут; повечерие в 6½ часов, кончилось в 7½ часов.

Из русских за Вечерней была М-me Будиловская. Муж, привезши ее в церковь, отправился на званый вечер к принцу Канин'у. Тоже своего рода служба, которую англичане сумели бы подчинить своему религиозному режиму, но русские — где же? Сегодня все на баке, и возможно ли даже вообразить, что кто-нибудь нашел это несвоевременным! Куда! В прошлом году в этот же понедельник… адмирал… велел своему православному -{пропущено}

13 (25) февраля 1896. Вторник

В ныне полученном № «Акита-симбун» говорится, что в греческой вере совсем слиты светская и дух. власть, что русский Император — безусловный начальник всех душ, принадлежащих к этой вере, русские ли то, греки, сербы, румыны, китайцы, японцы и под. Не стоит опровергать такую дичь в «Сейкё-Симпо». Отдал газету младшему классу Катехиз. школы, чтобы ученики коллективно отписали в редакцию, что они не только не слышали, но и вовсе не видали такого учения.

Был некто Сагара, посещающий меня уже лет 15, но не поддающийся никаким религиоз. убеждениям. Человек почтенный, уже седой, в иностранном платье, толкующий о Правительстве, к членам которого и сам принадлежал, и о разных высоких материях. Ныне он только что с остр. Эдо… рассказывал, между прочим, об айнах и пресердечно уверял, что они произошли от сосланной японки и собаки, приласкавшейся к ней, в доказательство чего выставлял, как неопровержимый факт, что череп айна без швов. Это мне напомнило высокообразованного японского судью, с которым я трактовал на судне отсюда в Оосака, — авторитетно утверждавшего, что люди разных стран различны по происхождению: родоначальники японского племени зародились и произошли в Японии, русского — в России, американские аборигены в Америке и так далее. На вопрос: откуда же и как они родились? из ила ли, из земли, воды или как иначе? почтенный судья определенного ответа дать не мог, но, тем не менее, остался с поднятою высоко головою.

3 (15) марта 1896. Воскресенье

В церкви на мужской, правой стороне стоят сначала певчие, потом ученики, за ними христиане. Но ученики всегда прячутся назад, оставляя большое пространство между собою и певчими. Сколько раз я наказывал… им лично, чтобы не делали этого! Раз станут как должно, а потом, смотришь, опять — пустыня среди церкви. Учителям бы подавать пример стояния в церкви, так куда! Их почти никогда ни одного в церкви нет, — а придет кто — становится у порога, около ленивой скамейки; сколько раз их убеждал становиться ближе, — даже и по разу-то не послушали! Пришел я сегодня в церковь в хорошем настроении; кстати и наших матросов увидел в Соборе много — думал, хорошо помолимся. Но пустыня направо, между певчими и учениками… беготня среди этой пустыни грязных уличных мальчишек — до того расстроили меня, что я потерял все молитвенное настроение и впал в отчаяние: когда же Господь даст мне помощников, и даст ли? Ужели моя беспрерывная молитва о сем, и почти о сем одном, — тщетна? Вот и академистов сколько воспитал, чая в них помощников себе, и ни единого! Хоть бы кто близко принял к сердцу дело Церкви, дело церк. школы, дело воспитания служителей Церкви! Итак, ужели и Церковь здесь рушится с моею смертию, как чают католические патеры, точно вороны, ждущие моей смерти? <…> Как не прийти от сего в уныние! Я почти полумертвым двигался по Собору и еле ворочал языком, чтобы произносить то, что необходимость заставляла произносить.

«Призри с небесе, Боже», — произнес точно во сне таким вялым и низким голосом, что певчие сбились. <…> Никогда еще не было этого со мной, — никогда не впадал в подобное отчаяние. В середине Литургии едва несколько оправился, и какая мысль подбодрила? <…> Обижен я, что из японцев нет мне помощников, но если бы я сказал им о сем и если бы они ответили мне: «А из русских-то помощники у тебя есть?», что я возразил бы им? Итак, Господи, когда же воспрянет Россия к делу Православия? Когда же явятся православные миссионеры? Или Россия и вечно будет производить все таких же самодуров и нравственных недорослей, какими полна доселе и каких высылала сюда немало? — вечно, пока так и не погибнет в своем нравственном и религиозном ничтожестве к страшному своему осуждению на Суде Божьем за то, что зарыла талант? <…>

13 (25) марта 1896. Среда

Кончили перевод книги Деяний св. Апостолов, — и этим до Пасхи завершили дело; Накаи проверит переписанное, чтобы в Пасхальную ночь… читать Деяния по новому переводу.

15 (27) марта 1896. Пятница

Дал Тимофею Саки для перевода 1-й том творений св. Ефрема Сирина. Благослови, Боже, переводить сего св. отца! <…>

16 (28) марта 1896. Лазарева Суббота

День в обычных занятиях… с 6 час. Всенощная, на которой, как всегда, было много молящихся. Особенность ныне та, что христиане, по незнанию ли или по нетерпению, зажгли свои свечи к своим вербам гораздо раньше освящения воды; сначала на мужской половине, потом и на женской свет разлился еще до чтения Евангелия. Думал обернуться и сказать «еще рано, загасите», — загасили бы, но зачем? И самому так радостно было — осажденному светом!

После Всенощной слушал причастные молитвы вместе с завтрашними причастниками; по левую руку позади меня кто-то все время сдавленно плакал; значит, есть и между японскими христианами глубоко кающиеся.

17 (29) марта 1896. Вербное Воскресенье

<…> Была жена врача Пантел. Иванно, сына Анны, начальницы нашей Женской школы; привезла из Оосака (где муж — главный врач городского госпиталя) сына Иону в одну из здешних гимназий. Как уроженка Оосака, долго потом жившая в Кёото, она отлично знает оба эти города и в болтовне, на которую великая мастерица, преумно охарактеризовала их. Кёото — это город, бывший столетия под гнётом сёгунской власти: и Император, и народ привыкли к смиренной, униженной жизни, поэтому народ — трудовой, не знающий и не любящий роскоши; там на лавках торгуют женщины, чего в Оосака нет; вообще женщины стоят на одном уровне с мужчинами; труд равняет их; при этом, так как влияние буддизма было многовековое и во время Сёгуната оно не было преследуемо, то народ привык и привержен к буддизму, вообще же, постоянен в своих навыках и привязанностях. Трудно там ныне приобрести христиан, но если они будут приобретены, то будут уже прочные, неизменные христиане, не то что в Оосака, где народ непостоянен. <…> Народ в Оосака вообще живет подвижнее, восприимчивее и изменчивее. Отчего? Да там в самих обстоятельствах жизни много элементов, воспитывающих сии качества. Сегодня — богач, завтра — бедняк, но с надеждой послезавтра разбогатеть. Человек приходит в Оосака ни с чем, только с руками, и он не помрет с голоду — тотчас же найдет работу для своих рук, — а в Кёото он может и помереть; там труд вековой и продолжающийся в одном семействе или в известном составе лиц, к которым разом присоединиться нельзя. <…>

19 (31) марта 1896. Великий Вторник

<…> 16-летний мальчик Ватанабе пишет письмо, над которым, по-видимому, много потрудился: судя по каллиграфии это будет не христианство, а полуязычество и под., о чем и говорить не стоит.

— Думаете ли вы, что Япония сделается христианской?

— Без всякого сомнения! Сто лет не пройдет, как Япония вообще станет христианской страной. Смотрите, с какою легкостью распространяются здесь самые нелепые секты вроде «Тенрикёо»; значит <…> японская душа в религиозном отношении пуста, — ничто не наполняет ее, — изверились старые веры, — открыто место для новых верований. «Тенрикёо» и под. удобно распространяются [потому], что слишком легко принять их… простые, неглубокие… слишком мало содержания в них; не так легко принять Христианство, требующее усвоение его всеми силами души; но зато «Тенрикёо» скоро и исчезнет, а Христианство, мало-помалу проникая в душу Японии, водворится навсегда. А что японский народ способен к глубокой религиозности, на то существуют неопровержимые доказательства в лице многих достойных христиан из японцев. <…>

И рассказана была жизнь вышеозначенного Исайи Конда.

23 мая (4 июня) 1896. Четверг

Какая великая скорбь! Ждешь самых радостных известий, — и вот: по вчерашней телеграмме 2100 человек убито и ранено на празднике Коронации, по сегодняшней 1300 убито! И когда это прекратят этот устарелый и столь вредоносный обычай угощать народ натурой! Хорошо это с небольшой дружиной, вроде Владимировой, или с очень дисциплинированной средой (которая, впрочем, где?). <…>

24 мая (5 июня) 1896. Пятница

Начали разводить садик вокруг собора; сегодня первое дерево перенесли с семинарского места и посадили по левую сторону от собора у ограды — клен. Имеется в виду — вокруг стен собора развести цветы, а по ограде посадить деревья.

25 мая (6 июня) 1896. Суббота

Моисей Минаро пишет о христианах-курильцах на о. Сикотане, где он с ними провел зиму, — хвалит их глубокое благочестие (недаром принадлежали к пастве приснопамятного святителя Иннокентия) и трогательные христианские обычаи, например, за неимением священника для исповеди по местам, — они друг другу исповедуют свои прегрешения и получают временные наставления, особенно это делают младшие пред старшими. Пасху ныне праздновали особенно торжественно, т. к. катехизатор Моисей был с ними. К письму Моисея приложено писанное по-русски письмо Якова Сторожева; но из него ничего нельзя понять, кроме того, что их — всех христиан на Сикотане — ныне 58 душ и что желают они, чтобы Моисей опять был прислан к ним.

Православия, — «свято оно»! — Но почему же вы не являете его миру? — Ответит на сей вопрос Св. Синод?

19 июня (1 июля) 1896. Среда

<…> Заход солнца, при многих облаках, дал столько и таких прекрасных цветов на небе, с радугой еще на востоке. <…> Туда бы, в те облака света, — купаться в них, забыть все горести и мелочи жизни сей! И сподобит ли Господь когда? Уже 60 лет, недалеко от края — что-то будет? <…>

1 (13) июля 1896. Понедельник

Какой-то иеромонах Викентий из Свияжского монастыря прислал прошение на службу в Миссию. Но слишком крючковато и игриво написано. Не нужно такого.

6 (18) июля 1896. Суббота

Вот это называется трудовой день: с 5 ч. утра до 10 с лишком вечера точно в котле кипишь! Таков всегда следующий день после Собора; катехизаторы массой стремятся разлететься; с каждым нужно попрощаться и сказать каждому то, что именно ему следует, и дать каждому, что ему нужно. <…>

31 мая (12 июня) 1896. Пятница

Непрестанно занимает мысль о том, что при Св. Синоде д. б. миссионерский комитет: 1. для зарождения и воспитания миссионерской «мысли» (не говоря о «стремлении» — того нужно еще сто лет ждать) в дух.-учеб. заведениях; 2. для зарождения и развития заграничных Миссий. Сколько уже перебывало здесь миссионеров — «quasi»! Но от о. Григ, до о. Серг. был ли хоть один миссионер настоящий? Ни единого. Оттого все и уехали. Почему это? Очевидно, потому, что в дух.-уч. заведениях в России и мысли нет о миссионерстве! Шедше, научите вся языки — как будто и в Евангелии нет. Хотя слышат это все и знают наизусть. — И нет у нас иностранных Миссий! В Китае, Индии, Корее, здесь — моря и океаны язычества — все лежит во мраке и сени смертной, — но нам что же? Мы — собака на сене! Не моги-де коснуться.

7 (19) июля 1896. Воскресенье

<…> Если позволяется и миссионеру иногда уставать, то сегодня я могу сказать, что устал. <…> Что страшнее смерча? А отчего он? От встречи двух ветров. Итак, если дует ветер злобы, подлости, глупости, то не возмущаться и не воздымать навстречу ветер гнева; тогда дрянной ветер разрушится сам собою в ничто; а иначе — ломка и гибель, а после угрызения и терзания. Сохрани меня, Господи, от гнева и дай спокойствие капитана, плывущего по неспокойному морю!

11 (23) июля 1896. Четверг

<…> Петру Исикава, редактору «Сейкё-Симпо», дал мысль, чтобы он к Собору 1900 года написал историю Правосл. Церкви в Японии. За четыре года может корреспонденцией с Церквами собрать материал.

Может даже для того сделать путешествие по Церквам, чтобы на месте лучше все узнать и записать. Теперь еще живы старики — первые христиане — свидетели первых следов благодати Божией, созидающей Церковь. Нужно собрать именно живые факты, знаменательные случаи, чудесные явления, которых немало уже было. Лет через 10-15, когда первое поколение христиан сойдет в могилу, почти все это будет утрачено и, вместе с тем, сколько назидательности будет утрачено!

13 (25) сентября 1896. Пятница

Вчера кончили Послание к Галатам; сегодня приступили к Посл. к Ефесянам и за все утро, с половины 8-го до 12, только 8 стихов перевели, на 9-м остановились, и, кажется, годы думай — не переведешь; все тексты сличил, все толкования пересмотрел и до сих пор не знаю, к кому «благоволение» относится, к Богу Отцу или Сыну. Накаи, укладывая письм. принадлежности, смеясь, заметил: «Так-то трудно Св. Писание для понимания, а чаще всего приходится слышать, <будто> оно такая легкая для чтения и понимания вещь, что об ней уже и говорить не стоит».

15 (27) сентября 1896. Воскресенье

О. Павел Морито просто морит меня своими письмами! О самом простом и несложном предмете валяет всегда убористым почерком многие листы. <…>

16 (28) сентября 1896. Понедельник

1-я глава Посл. к Ефесянам до того неодолима для понятного перевода на японский, что я впал в отчаяние — вся энергия пропала, рука опустилась, и я бросил на сегодня переводить <…>.

21 сентября (3 октября) 1896. Суббота

Между грехами несомненно будут взысканы с нас и грехи глупости; совесть про то говорит… разум — самая первая наша способность, и если не пользуешься им, значит виноват. По глупости ведь большая часть болезней у нас, по глупости вот и я простудился и ныне д. б. скучать весь день. <…>

9 (21) октября 1896. Среда

Был Оосакский Bishop Awdry, просил стат. данных нашей Церкви, я дал ему книжку год. отчета нашего Собора нынешнего года. Заговорил он о взаимных симпатиях наших Церквей — англиканской и греко-российской.

— Знаю, и памфлет о сем читал, но подвинулись ли мы на один шаг друг ко другу с тех пор, как стали объясняться во взаимной любви? Нет! Отчего? Оттого, что совершенно косны в другом отношении. Вера Христова не любовь только, но и истина, — и даже прежде истина, потом любовь. Вы старались ли уяснить себе это? Мы вас знаем, — вы знаете ли нас? Знаете, что у нас Христова Истина хранится так, как она дана Христом, так что вы каждый наш догмат можете по векам довести до уст апостольских; заветы, что изрекли уста апостольские… не до точности ли сохранились у нас? Доказательства, что именно у нас живая и действенная Христова Истина, у вас перед глазами, вы найдете [их] в Книжке протоколов статистики нашей Церкви. Подумайте, кто творит успех нашей Церкви? У вас под рукой сколько миссионеров?

— 12 священников, много миссионеров…

— У вас одного?

— Да.

— Стало быть, в пять раз больше во всей епископальной миссии в Японии. У нас нет ни единого русского. Я один, но и то не занимаюсь проповедью. Кто же делает нашу Церковь такою, как она есть? Очевидно, сама Истина, живущая в Правосл. Церкви.

16 (28) ноября 1896. Суббота

Серг. Вас. Муяки пишет из Кёото, что был в Оцу, в доме, где перевязана была рана наследника Цесаревича; есть надежда, что дом можно купить; хочет купить его на имя о. Симеона Мей, а потом, когда иностранцам можно будет приобретать землю, перевести на свое имя: устроить витрину в комнате с вещами, служившими при перевязке, поселить в другой комнате катехизатора и проч. Я ответил, что дай Бог ему с о. Симеоном привести дело к… осуществлению.

26 ноября (8 декабря) 1896. Вторник

Сегодня утренним занятием мы с Павлом Накаи закончили перевод Нового Завета. Начали в сентябре прошедшего года; значит, много больше года употреблено. Ежедневно сидели с половины 8-го до 12 и вечером с 6 до 9. Теперь больше года еще займет исправление перевода, пока решимся напечатать. <…> Перед нами были: 3 греческих текста, 2 латинских, славянский, русский, англ., франц., немецкий, 3 китайских, японский, толкования на русском и английском; все лексиконы; и каждый день почти каждый час приходилось копаться во всем этом, — словом, добросовестность не нарушена, и при всем том перевод плох, хотя, конечно, лучше китайских и японского, — последний вульгарностью своею немало иногда потешал нас; из китайских — наш пекинский также потешен; лучший из китайских — тот, что ныне в общем употреблении и в Японии, и при всем том… таков, что Накаи… из 10 [стихов] 8 не понимал; из 10 стихов 5 не понимал даже и по японскому (вульгарному) переводу. Можно себе представить, насколько ясно понимают Свящ. Писание не столь ученые японцы, как Накаи!

<…> Наш перевод, по крайней мере, ясен, и связь мыслей в нем по возможности соблюдена… по возможности, конечно, напр., у Ап. Павла длинные его периоды необходимость заставляла разрубать на части, причем оригинальное течение речи и мыслей никак не могло быть соблюдено. — Помоги, Боже, теперь исправить, что можно!

29 декабря 1896 (10 января 1897). Вторник

<…> Матфей Ина, женатый на сестре умершего бывшего катехизатора Андрея Ина, отпевает кончину Андрея.

За полчаса до смерти Андрей, уже лишившийся способности говорить, знаками велел женщинам оставить комнату и, потребовав кисть и бумагу, спросил письменно у доктора: «Решено ли?» Тот тоже кистью ответил Конфуциевой фразой, что, мол, «участь человека — умереть, [нрзб.] только научитесь», но к этому прибавил: «Ты же не только научился, но и учил многие годы других», т. е. был много лет катехизатором (доктор хоть был язычник, но знал службу Ина). Поняв из этого уклончивого ответа, что жизнь кончена, Андрей написал… «Кратки дни! Пятьдесят три — вершина! Четырех недостает!» — т. е. умирает 49 лет; положил кисть, перекрестился и испустил последний вздох. За несколько дней он приобщился Св. Тайн, был все время в мирном христ. настроении.