Приключения Иудифи, чье имя означает «иудеянка», не следует рассматривать в плане историческом. Кажется даже, что автор находит удовольствие в игре с историей, перепутывая по своему усмотрению даты и персонажи, помещая их в вымышленные места; не стоит пытаться установить соответствие с реальными лицами и местами. Эта книга — псевдоисторический роман, и замысел ее вовсе не в том, чтобы рассказать о каком–то конкретном эпизоде из истории Израиля.

С первого же стиха невежество автора бросается в глаза: никогда Навуходоносор не правил в Ниневии над Ассирийцами, так как его собственный отец — царь Вавилонии — разрушил столицу Ассирии. Прочие персонажи романа неизвестны в древней истории. Кроме того, в главе 4, 3 и 5, 19 сказано, что народ уже вернулся из Плена, что на самом Деле произошло лишь сто лет спустя после разрушения Ниневии. Что же касается кампании Олоферна, вражеского военачальника, описанной в гл. 2, 21 — 3, 10, то маршрут ее бросает вызов самому смелому воображению. Совершенно ясно, что автору либо неизвестны реальные факты, либо он не придает им никакого значения. Это примерно как если мы скажем: «Император Людовик XIV правил в Риме после французской революции, при дворе своем он собрал самых крупных астрофизиков и завоевал Санкт–Петербург по пути в Грецию с целью захвата Австрии».

Литературные особенности текста свидетельствуют, что книга была написана около середины второго века, возможно, во время восстания Иуды Маккавея и его братьев, то есть в 170–160–х годах до христианской эры. И тогда понятнее становятся причины этой странной исторической путаницы:

под видимостью истории давно минувшего автор описывает события своего времени; Навуходоносор не что иное как псевдоним, под которым скрывается Антиох IV и его преемники: Антиох и Деметрий. Эти три человека в числе последних правителей греческого происхождения, утвердившихся в Антиохии и правивших всем восточным побережьем Средиземноморья; эти потомки одного из генералов Александра Великого, называемые Селевкидами, властвовали над Иудеей с 200 до 142 года.

Эта власть, до сих пор вполне благосклонная, принималась иудеями спокойно до того дня, когда Антиох IV, прозванный Епифаном, не захотел силой навязать Иерусалиму греческие божества; и тогда священник Матафия и его сыновья подняли народное восстание. Эта семья мятежников получила прозвище «Маккавеи», что значит «молот» (как Шарль Мартель для франков). Не только лексика, но и другие признаки подтверждают эту датировку: ни один ассирийский, вавилонский или персидский властитель никогда не требовал поклонения себе, кроме Антиоха IV; книга утверждает, что храм был очищен (4, 3), и что первосвященник обладал военной властью (4, 6), а это могло быть только после 164 года до Р. Х. Олоферн, вражеский военачальник, может быть образом генерала Лисия или другого представителя Селевкидов, тщетно пытавшихся подавить иудейское восстание и в конце концов сдавшихся. История этого восстания в подробностях рассказана в первой книге Маккавейской, в то время как вторая, с богословской точки зрения более богатая, описывает лишь отдельные эпизоды той эпохи.

Книга Даниила, написанная в то же время, использует прием, подобный тому, что мы находим здесь: под видом истории юного иудея эпохи царствования Навуходоносора она призывает народ к твердости в восстании и насмехается над греческим захватчиком. Маккавейская эпопея остается для иудейского народа образом освобождения из–под ига нечестивых и защиты своего национального тождества.

Пример братьев–Маккавеев будет особенно превозноситься во время борьбы с римской империей. Однако иудеи никогда не простят компромисса, на который пошли двое из братьев Ионафан и Симон, подписав согласие с Римом; поэтому две книги Маккавейские не были включены в еврейский канон Писания, как и книга Иудифи, что и объясняет тот факт, что оригинальные еврейские тексты были утеряны как Иудифи, так и первой книги Маккавейской (вторая была написана сразу по–гречески).