1–16. Призывая читателей к сохранению единения духа, Апостол выясняет основания, на каких должно основываться это единение, и говорит при этом, что разнообразие духовных дарований и служений, существующих в Церкви, нисколько не мешает ее единству, а, даже напротив, содействует достижению общей для всех членов Церкви цели — возможного совершенства.

1. Апостол, как узник в Господе (см.II:1), увещевает (παρακαλώ по-русски менее удачно: умоляю), в виду всего сказанного о величии христианства (итак — ούν), читателей жить так, как обязывает их жить их высокое призвание, какого они удостоились от Бога.

2–3. Со всяким смиренномудрием. Это выражение относится к глаголу 1-го стиха: «поступать» и обозначает ту же добродетель, какая в нагорной беседе называется «нищетою духовною», т. е. истинное сознание своего недостоинства и немощи, которого не хватало язычникам, гордившимся своими личными достоинствами. — Кротостъю — в отношении к людям (ср.1 Кор IV:21). Добродетель эта является, можно сказать, естественным следствием смиренномудрия: сознающий свою собственную немощь всегда будет кроток к другим, хотя бы те и вызывали его своими поступками на гнев. — Долготерпение — продолжительное терпение всего, что неприятного доставляют нам наши ближние. — Снисходя… Долготерпение должно быть снисхождением, — не презрительным в отношении к людям, как существам нравственно неразвитым и даже недостойным вразумления с нашей стороны, а основанным на христианской любви. — Стараясь сохранять… Мир постоянно находится в опасности разрушиться. Поэтому со стороны членов Церкви требуется особое старание к его сохранению, к соблюдению духовного или тесного внутреннего единения между верующими. Впрочем в выражении: «единство Духа» можно видеть указание и на то, что единство христиан имеет свой источник в Духе Святом. — В союзе мира — т. е. единение может существовать только тогда, когда все верующие соединены как бы какою связкою (έν τω τυνδέσμω): этою связкою должен быть мир — мирное христианское настроение.

4–6. К соблюдению единства побуждает верующих то соображение что они, по идее, представляют все единое тело и единый дух, т. е. одно тело — Христово (ср.I:23) и один Дух — Божий, который оживляет это тело (ср.II:18). — Как вы и призваны… Еще новый мотив к сохранению единства: у всех верующих одна и та же надежда на будущее блаженство. — Один Господь. — Ап. продолжает выставлять все новые и новые основания к сохранению единства. Один Господь — т. е. Господь И. Христос есть наш общий Владыка. — Одна вера — как вера спасающая, как условие, требующееся решительно от каждого, желающего получить спасение (Рим I:16). — Одно крещение — т. е. как единый путь к общению со Христом. — Один Бог и Отец всех — т. е. все христиане суть творения Божии и в тоже время чада Божия по усыновлению во Христе. — Чрез всех — т. е. чрез всех христиан являет Свою силу: они служат Его орудиями.

7. Этот стих представляет возражение, которое предполагает со стороны некоторых читателей Апостол. «Единству членов Церкви — могли сказать ему — мешает то обстоятельство, что одному из одаренных благодатными дарованиями членов общины Ефесской дано одно — высшее — дарование, другому — низшее. Где же тут единство?»

8–10. Ап. здесь дает ответ на поставленное в 7-м стихе возражение. «Да, — как бы говорит он, — Христос раздает Свои благодатные дарования по Своей воле. Поэтому и в псалме 67-м, который несомненно имеет отношение не к одному Давиду, а и к Мессии, сказано, что Мессия, как провидит пророк, взойдет на высоту, т. е. станет выше всех мироправителей, возьмет в плен враждебные Ему силы и вырвет всю добычу у этих последних и великие дары раздаст людям, которых найдет достойными этих даров. Но это возвышение Мессии не может иметь места без предшествующего ему Его самоуничижения: Мессия должен сначала сойти на землю, в условия обыкновенного человеческого существования, и Он так и поступил. Нисшедший на землю Христос, Сын Божий, есть именно тот «восшедший», о котором говорилось в 67-м псалме. И сделал это Мессия для того, чтобы наполнить все Своею силою и везде стать главою и владыкою (ср.Рим XIV:9)». — Заметить нужно, что Ап. приводит место из псалма 67-го по тексту 70-ти, причем здесь делает, согласно с своею целью, важное, по-видимому, изменение: вместо выражения «принял дары» он употребляет выражение «дал дары». Но Ап. имел полное право сделать такое изменение, потому что еврейский глагол «лакат», переведенный в греч. переводе 70-ти выражением έλαβες, значит собственно: брать для того чтобы отдать другим (ср. Быт XLII:16 [589*]; Быт XV:9 [590*]; Исх XXV:2 [591*]). Ап. же взял только последний момент действия, означаемого этим глаголом и перевел: дал (έδωχεν). — В преисподние места земли. Некоторые древние и новые толкователи видят здесь указание не на землю, вообще, а на ад, куда по смерти сходил Христос (см. у проф. Богдашевского стр. 530). С этим толкованием можно вполне согласиться, так как сошествие во ад было также со стороны Христа делом самоуничижения, как и Его сошествие на землю. Только нельзя согласиться с тем, что здесь дается указание на победу, одержанную Христом в аду, и на выведение из ада людей, с верою принявших проповедь Христа: здесь, по контексту речи, нельзя видеть такой мысли.

11. И Он поставил. Этими словами, особенно прибавкою: и Он, Ап. дает понять, что Христос имел полное право распоряжаться раздачею духовных даров, как Ему угодно. Он, который сначала нисшел на землю, а потом восшел на небо, чтобы вполне таким образом осуществить дело нашего искупления, вполне справедливо выступил как единственный распорядитель в Церкви, поставляя одних Апостолами, других — пророками и т. д. Ап. перечисляет здесь четыре вида служений, основанных на особых дарованиях, полученных от Христа: 1) Апостолов — очевидно первых 12, к которым причтен был и Ап. Павел, которые составили особый неповторяемый чин в Церкви; 2) пророков, т. е. вдохновенных проповедников, имевших особые откровения от Духа Святого для назидания собиравшихся на богослужение (1 Кор XIV:3); 3) евангелистов-проповедников Евангелия, ходивших по разным местам и 4) пастырей и учителей, деятельность которых протекала в известном определенном месте и состояла в руководительстве известным ограниченным кругом верующих. Что здесь разумеется один класс церковных деятелей — за это говорит и то, что в греч. тексте пред вторым словом «учителей» (διδασχάλους) нет члена, который находится пред первым словом: «пастырей» (τους ποιμένας).

12. К совершению святых, т. е. означенные служения Христос установил в Церкви для того, чтобы святые, т. е. христиане, могли, с их помощью, достигать предначертанного для них высокого нравственного совершенства. — На дело служения. Эта цель достигается делом служения, т. е., чрез деятельность вышеозначенных лиц, которая называется «служением» в противовес стремлением некоторых сделать из своей должности нечто порабощающее волю пасомых (ср. 1 Пет V:3 [592*]). — Для созидания Тела Христова. Под созиданием Тела Христова или Церкви (см.II:22) нужно разуметь не только внешнее приращение Церкви, посредством обращения к вере во Христа новых лиц, но и внутреннее укрепление ее.

13. Деятельность всех этих служителей Церкви и их преемников закончиться может только тогда, когда будет достигнута последняя высшая цель самого существования Церкви, т. е. когда все члены ее будут иметь веру во Христа одинаковой ясности и чистоты и когда, следов., прекратятся всякие споры о вере, не будет ни в ком из членов Церкви никаких колебаний в отношении к самому существенному [10]. Это состояние Ап. определяет как состояние человека совершенного, т. е. с совершенно окрепшим взглядом на жизнь, и еще точнее — как достижение меры полного возраста Христова, т. е. такого состояния, в котором христиане наполнятся всеми благодатными силами, исходящими от Христа (ср.III:19).

14–15. Эти стихи зависят от стиха 11-го. Господь учредил в Церкви разные служения для того, чтобы верующие не оставались в состоянии младенцев, которые увлекаются разными приманками, и не позволяли себе поддаваться всяким новым лжеучениям, которые могут быть и очень приличными на вид, но на самом деле весьма гибельны по своей сущности (по лукавству человеков) [11]… Вместо такого увлечения верующие должны проявить стойкость в истине (вместо: истинною любовью — лучше читать, как в слав. переводе: истинствуя, в любви) и потом, в любви пребывая, все возращать в Христа, нашего главу.

16. Но христиане, возращая все во Христа, все направляя к Нему, не в себе самих, а в Нем, во Христе, имеют основание для своего роста, можно сказать, растут из Него. Только при помощи и под воздействием Христа возможно гармоническое соединение различных, существующих в Церкви дарований и служений. Связанное таким образом христианское общество растет в любви для собственного созидания, т. е. для того, чтобы дойти до возможного совершенства.

17–32. Ап. убеждает читателей вести новую, не похожую на их прежнюю, жизнь. У них теперь совершенно другой идеал, чем в язычестве — именно Христос. При этом Ап. обозначает и различные мелкие преступления против христианской морали, какие очевидно имели место в Ефесской церкви.

17–19. Прежняя жизнь, какую вели Ефесяне, будучи язычниками, была очень печальна. — По суетности ума своего. Умственная способность их была обращена на служение суете, ничтожеству (намек на ничтожество языческих богов ср.Рим I:18 и сл.). — Будучи помрачены в разуме, т. е. у них помрачился орган нравственного сознания (ср. 1 Пет I:13 [593*] иРим I:21–22), и они перестали ясно видеть цель жизни. Отчуждены… ср.II:12. — По причине их невежества, т. е. причиною их умственного помрачения было неведение о Боге, в котором однако они были виновны сами (ср.Рим I:19). — И ожесточения сердца их. Это ожесточение или полное притупление нравственного чувства является причиною их богоотчужденного образа жизни, их нравственного развращения. — Дошедши до беcчувствия… Ближе изображая это нравственное притупление, Ап. говорит, что язычники потеряли способность чувствовать боль или скорбь при виде того позора, в каком они находились под действием своих пороков, и потому предались полной распущенности. Притом они не могли остановиться в своем падении и хотели непременно сделать разные безнравственные поступки (нечистоту). — С ненасытимостью — точнее: с одновременно владевшим ими корыстолюбием (έν πλεονεξία). Для роскошной жизни необходимо постоянно увеличивать свои денежные средства. И действительно, язычники стремились во что бы то ни стало увеличивать свои капиталы, которые и шли на разные их прихоти.

20–24. Ефесские христиане из проповеди евангельской должны знать, что подобная жизнь в христианстве не мыслима (но вы не так познали Христа). — Потому что… правильнее: если только (είγε) — а это для Апостола является несомненным — они научились как должно тому, что нужно знать о Христе [12]. — Так как истина во Иисусе. Эти слова нужно поставить в начало следующего стиха, в котором показывается содержание этой «истины во Иисусе». Поэтому их и следующие слова 22-го стиха следует передать так: «так как истина или истинное учение о жизни, предложенное Иисусом, состоит в том, чтобы отложить прежний образ жизни…». Ветхий человек, т. е. их прежний языческий строй жизни должен быть отложен в сторону, как старая, износившаяся одежда, которая уже не подходит к положению человека, занявшего новое очень высокое положение. Этот ветхий человек еще жив, но он истлевает постепенно в обольстительных похотях, т. е. сам стремится к смерти, поддаваясь похотям, которые только дают вид счастья, а на самом деле отдаляют от него. — Обновиться духом ума вашего. Свое обновление христианин должен начать с того, что составляет, так сказать, самую сердцевину его внутренней жизни (духом ума). — Облечься в нового человека. Старая одежда снята и нужна новая, вполне приличная новому состоянию человека. Такою и является для новосозданного человека праведность (в отношении к людям) и святость (в отношении к Богу). — Истины. Это прибавление показывает, что праведность и святость человека должны иметь основу в истине абсолютной, евангельской.

25. Раскрывая теперь в чем состоит обновление внутреннего существа человека в христианстве, Апостол останавливается на некоторых языческих пороках, которые, очевидно, не были еще совсем чужды Ефесским христианам. Наставления, какие он дает читателям в виду существования у них таких пороков, сначала рисуют, в чем состоит христианская праведность (с 25-го стиха IV-й главы до 3-го стиха V-й главы), а потом изображают христианскую святость (с 3-го стиха V-й гл. по 21-й стих той же главы). Прежде всего христиане должны отвергнуть ложь, так как они суть члены одного и того же тела Христова, а члены тела ложью, т. е. неправильными своими действиями, вредят здоровью всего тела и, следов., сами себе. Язычники, нужно заметить, очень часто позволяли себе лгать в сношениях друг с другом.

26. В противоположность несдержанности во гневе, свойственной язычникам, христиане, если случится им придти в раздражение, не должны доходить в этом гневном раздражения до греха. Еп. Феофан, разъясняя это выражение, приводит в пример человека, который в раздражении быстро ходит по комнате. Если это человек христианин, то он не забудется до того, чтобы оставить на земле случайно опрокинутую им комнатную мебель или др. вещи, а непременно поднимет их… — Солнце да не зайдет… Не давайте гневу продолжаться долее нескольких часов, в особенности не ложитесь во гневе спать, потому что ночью вы можете еще более укрепиться в раздражении против человека, возбудившего ваш гнев, — некому будет разубедить вас в неосновательности вашего раздражения [13].

27. Здесь речь идет не о диаволе-сатане, а о клеветнике (διάβολος может иметь и такое значение ср. Лк XVI:1 (???)). Если же понимать это место в смысле предупреждения от опасности подчиниться во гневе влиянию диавола, то это наставление будет слишком общим, так как и во всех случаях наших грехопадений мы даем место внушениям диавола. Между тем при нашем толковании этот стих является вполне подходящим заключением для наставления предыдущего стиха: во гневе, который мы поддерживаем в себе против кого-либо, мы, пожалуй, дадим веру всяким изветам злых людей против тех, на кого гневаемся…

28. Тот, кто не отстал совсем от привычки к присвоению чужой собственности, которою страдали большинство язычников, должен не только перестать воровать, а еще кроме того изо всех сил трудиться (κοπιάζω), своими руками делая полезное и притом честное (το άγαθόν), чтобы иметь возможность помогать другим. Тогдашним христианам весьма полезно было услышать это наставление, потому что и среди них не всегда — в особенности, конечно, у людей низшего звания, которые составляли главный контингент Церкви — крепко было уважение к чужой собственности (ср. 1 Пет IV:15 [594*] и1 Кор VI:10) [14].

29. Опять имеется в виду привычка язычников к «гнилым словам». Гнилое вносит порчу и вред туда, куда попадает, и гнилое или безнравственное выражение и тем более целая речь вносит развращение в среду христианского общества [15]. — К назиданию в вере — по Тишендорфу: к созиданию или удовлетворению данной потребности или нужды (προς οίχοδομήν της χρείας). — Благодать, т. е. и приятность, и духовное благословение, духовную пользу.

30. Дурными речами мы часто не стесняемся, потому что, как принято у нас выражаться, дурное слово на ветер молвится. Но Ап. говорит, что так легкомысленно относиться к гнилым словам нельзя: мы ими оскорбляем — точнее: огорчаем (μη λυπείτε) Святого Духа Божия, Который таинственно присутствует во всех наших собраниях (Мы — храм Св. Духа, 1 Кор VI:19 [595*]), а ведь в этом Духе и вместе с Ним мы получили от Бога печать, с какою мы должны предстать в день окончательного нашего искупления на последнем суде (εις ήμέραν άπολ. ср.I:13). Получение этого Духа совершилось в принятии таинства миропомазания, следовавшего обыкновенно за крещением.

31. Ап. перечисляет несколько отдельных пороков, от которых должны освобождаться христиане [16] и прежде всего указывает внутренние душевные состояния — раздражение против ближнего, ярость или внутреннее скоропреходящее настроение гнева и гнев, как состояние более продолжительное, — а потом внешние проявления этих чувств — крик, злоречие или точнее: бранные слова. — Со всякою злобою — т. е. христианину не подобает питать в сердце своем и злобы к людям вообще, если даже она не будет выражаться в определенных проявлениях.

32. Напротив, христиане должны быть по отношению друг к другу добрыми, т. е. вообще радушными, сострадательными там, где они встречаются с несчастными, и прощать друг друга, грехи, помня, что и сами мы получили прощение от Бога чрез крестные заслуги Христа.