Из произведений пасхального цикла до нас дошли только два труда преподобного Андрея Критского: канон в Неделю мироносиц и канон в день Преполовения Пятидесятницы. В творениях на последние дни Великого поста — каноне на воскрешение Лазаря и в трипеснцах первых четырех дней Страстной седмицы — нам удалось отметить глубокий богословский анализ событий разбираемых дней и живую действенную веру Критского пастыря во Христа — Агнца Божия. Его пасхальные произведения обладают теми же высокими достоинствами.

Канон в неделю жен–мироносиц

Канон мироносицам так же значителен по объему, как и канон на воскрешение Лазаря. В нем прослеживается тенденция расширенно повествовать о событиях Воскресения Христова. Уже в 1–й песни канона, формируя его как произведение, преподобный Андрей останавливается на идее, которая ему особенно полюбилась и близка, и эту идею, эту мысль повторяет почти в каждом тропаре. Это — идея исповедания Христа Богом и Спасителем мира и одновременно Его славословие.

Ты Бог наш, и прославляем Тя, — печатлеет преподобный пастырь Критский окончание тропарей, подробно излагающих подвиг Христова страдания ивостанияиз мертвых.Аще и вкусил ecи желчи, Сладосте церковная, — обращается ко Христу преподобный Андрей в одном из тропарей 1–й песни, —но источил ecи нам нетление от ребр Твоих: Ты Бог наш, и прославляем Тя{289}. Этот последний гимн всюду дается в славянском переводе после двоеточия (:); тем сильнее он воспринимается при чтении канона. Этот заключительный возглас как бы результирует всю ту повесть, которую подробно излагает преподобный Андрей в строках своего произведения:Ты Бог наш, и прославляем Тя.

Самих жен–мироносиц, в честь которых создан этот канон, преподобный Андрей поминает кратко только в конце 1–й и 3–й песней; дух его отдан воспеванию подвига Христова и Его Воскресения.

Наиболее замечательной с точки зрения проводимого нами анализа произведений святого Андрея Критского представляется 4–я песнь канона мироносицам, в которой наряду с изложением тех же евангельских событий страданий и Воскресения Христовых прорывается молитва живой человеческой души с призывом о помиловании, о даровании чуда.На Кресте пригвоздивый мою древнюю клятву, — вопиет преподобный Андрей, —и источивый мне, Спасе, благословение от ребр Твоих,разреши узы многих моих согрешений: можеши бо, елика хощеши, творити{290}.

Последнее свидетельство:можеши бо, елика хощеши, творити, — опять дается в славянском переводе (который является точной калькой греческого текста) после двоеточия. Этому заключительному прошению преподобный Андрей усвояет воистину очень большое значение, так как в тропарях 4–й песни оно повторяется пять раз, только однажды с небольшим изменением:может бо, елика хощет, творити.

Это утверждение преподобным Андреем чуда Христова, возможности этого чуда, мольба о нем и почти полная уверенность, что оно совершится, выражены им на все времена.

Промыслительно и таинственно хранит Церковь Христова слова своих избранников, чтобы донести их до скорби наших дней. Может быть, теперь, как никогда раньше, человек имеет потребность, нужду молить Бога о разрешении своих согрешений, уз, оков этих согрешений. И, может быть, сейчас, сокрушенный прогрессом и его разрушающими темпами, он просит, молит о чуде:можеши бо, елика хощеши, творити.

Человеку наших дней нужно твердое стояние, необходимо утверждение. Оно, это утверждение, — в признании своих согрешений, уз этих согрешений, оно — в молитве к Богу — Христу Спасителю, Который может все, сколько и как хочет, сотворить с душой человека.Разреши узы многих моих согрешений: можеши бо, елика хощеши, творити. И оказывается, этот живой зов, живой вопль о помощи был у человека всегда. Он приходит к нам из глубины VII века, его учуяло, подметило сердце преподобного Андрея, и этот его зов сохранила нам Святая Церковь.

В последующих песнях канона преподобный Андрей прославляет святых жен–мироносиц и благообразного Иосифа с Никодимом. Развертывая евангельское сказание, он обращается к мироносицам, предлагая им оставить слезы:да престанут ваша слезы, прешедшим на радость{291}, — но основным для него все время остается воспевание непостижимого чуда Воскресения Христова.

Возвращаясь к этой центральной идее своего произведения, в 8–й песни канона преподобный песнописец вопрошает:Кто изсушивый смоковницу? Кто же сухую исцеливый руку?.. Кто просветивый слепцы, и прокаженным очистивый?.. Кто воздвигнувый мертва четверодневна из гроба, и вдовича сына?На все эти вопросы у Преподобного один ответ: кто же, как не Христос, —аще не Христос Бог, мертвым воздвигнувый?{292}Это восклицание верующего сердца повторяется в каноне несколько раз.

Канон завершается эксапостиларием, в котором опять обретается мысль, очень нужная для людей нашего времени. В нем Христос, обращаясь к мироносицам, направляет их к Апостолам. Заключается эксапостиларий так:Тецыте, другом рцыте Моим благовестил:хощу бо создание Свое радостию озарити, отонудуже прииде печаль{293}. Ра дость оттуда, где была скорбь; это так близко и понятно нам, к этому стремятся, этого ищут, это хотят осветить лучшие писатели наших дней. Оказывается, и это имеется в сокровищнице церковной!

У нас нет надежных оснований для того, чтобы приписать авторство этого эксапостилария преподобному Андрею Критскому. Хочется только указать на близость содержания и формы выражения заключительных слов этого стиха с тем, что было написано выше о слезах мироносиц, которые должны были статьпрешедшими на радость{294}.

Канон на преполовение Пятидесятницы

Канон на Преполовение Пятидесятницы поставлен в Цветной Триоди вторым после канона преподобного Феофана Начертанного. Вероятно, это было сделано уже позднее, в IX веке, когда многие каноны преподобного Андрея Критского сокращались или перемещались по мере того, как выдвигались новые церковные песнописцы. Однако и этот канон преподобного Критского пастыря имеет много достоинств и обладает замечательными свидетельствами его богословствования.

Канон, посвященный очень тонкому христианскому празднику, в котором воспоминается Христос, учивший во святилище о Своем Божественном посланничестве впреполовение днейпраздника кущей, также сосредоточен у преподобного Андрея на образе Христа. С первых же тропарей 1–й песни преподобный песнописец спешит уверить нас в том, что Христос — Божественный Посланник, чтоСей есть Бог наш, давый жизнь верующим во имя Его{295}. Это выражение изменяется в одном из тропарей, но мысль остается:Ты ecи Спас Бог наш, давый живот верующим во имя Твое{296}. Обретенное Преподобным исповедание Христа как источника вечной жизни не повторяется много раз подобно тому, как это имеет место в других его канонах, так как в связи с идеей праздника Преподобного захватывает и другой образ — образприснотекущей струи.

Праздник Преполовения связан в Православной Церкви с освящением воды, которое (по примеру церкви ветхозаветной) есть образное выражение струй духовных. Об этих источниках воды живой говорит Христос на празднике кущей, указывая, что Он есть Источник истинной воды жизни (см.: Ин. 7, 14, 37—38). Отсюда и у преподобного Андрея Христос естьструя приснотекущая:Струя приснотекущая сый, Господи, жизни истинныя, — пишет Преподобный в тропаре 1–й песни, —Ты ecи воскресение наше. И дальше в этом и других тропарях говорится о таинственном значении воды.

В каноне Преполовения Преподобный упоминает и расслабленного, и самарянку — все события, связанные с таинственным значением образа воды; поминается и вода,в вино прешедшая, но основным для преподобного Андрея остается образ Христа, таинственного Источника иприснотекущей Струи, источающей вечную жизнь и всем верующим дающейжизнь во имя Его.

Преподобного песнописца привлекают также и слова Христовы, которые Он говорит во святилище в день Преполовения. Это изречение Христово о внутренней жизни человека, о том, что суд о других должен быть судом нелицеприятным. С этих слов начинаются тропари 3–й песни канона:Не иже на лице суд судите, иудее, уча, глаголаше Владыка, — пишет Преподобный, —егда прииде во святилище, якоже писано есть, преполовившуся законному празднику{297}. Эти слова точно повторяются и в следующем тропаре той же песни, и мысль эта так близка преподобному Андрею, что и в 4–й, и в 9–й песнях канона есть то же изречение, несколько видоизмененное.Не судите на лице, чело–вецы{298}, — пишет Преподобный в 4–й песни.Не судите на лице, но праведен суд судите{299}, — пишет он в песни 9–й. Это тот образ Христа и те слова, что возлюбили изображать в Евангелии, держимом Христом, наши древние иконописцы.Не иже на лице суд судите…

Вряд ли необходимо обсуждать эту мысль, взятую в качестве одной из основных творцом канона преподобным Андреем. Она показывает, что, вглядываясь своим любовным оком в окружающий его мир, преподобный пастырь Критский желал всем спасения во Христе, не смотрел на внешнее положение человека, не судилна лице, а жаждал для всех полноты духовной жизни в Источнике приснотекущем. Неслучайно ведь он и в своих великопостных строках писал, что Господь ищет для всех спасения.Взалкал ecи обращения от Тебе удаленных; а также —взалкал ecи волею, спасения всех желая{300}.

Образ воды, источника, струиочень близок преподобному Андрею, и поэтому в 7–й песни мы читаем следующие значительные слова об обращении Христа к самарянке:Воды просил ecи, воду жизни, Иисусе, возвещаяй. А ниже в той же песни — уже и гимн таинственному образу воды:Воду живую истекающую, воду безсмертия, источник присноживущий подати обещал ecи, верою Дух Твой приемлющим, Спасе, от Отца происходящий{301}.

В тропарях этого канона встречаются поэт и богослов, и отсюда — радость (и сладость!) в восприятии истин богословия.

Ниже Преподобный будет говорить о Таинстве Евхаристии, и мы знаем, что Святая Православная Церковь усвояет всему времени празднования праздника Преполовения причастен:Ядый Мою Плоть, и пияй Мою Кровь, во Мне пребывает, и Аз в нем, рече Господь. А преподобный Андрей пишет в разбираемой нами 7–й песни после слов о воде живой следующее:Ядый Тело Твое, жив будет во веки, и пияй Кровь Твою, в Тебе пребудет, Спасе мой, и Ты в нем пребывавши, и воскресиши его в последнее мгновение{302}. Вот богословие преподобного Андрея Критского в святые дни Пасхи и Преполовения Пятидесятницы.

Канон кончается смиренным воздыханием и обращением ко всеспасительному, столь возлюбленному преподобным пастырем покаянию.Изсохшую древле землю моего сердца, — пишет преподобный архиепископ Критский, —исцелив, Слове, покажи мя плодоносна, да соделаю и аз, Спасе, плоды впокаянии тепле{303}.

Все было живым у преподобного Андрея — и богословие его, и любовь ко Христу, и его деятельная и смиренная любовь к человеку. Живым итеплымбыло для него покаяние.