из текста: Внегда возвратити Господу плена Сионь, быхом утешени: исполнишася радости уста наша, и языка наша веселия.

О некоторых несходствах во мнениях Западной Церкви с восточною.

Внегда возвратити Господу плена Сионь, быхом утешени: исполнишася радости уста наша, и языка наша веселия. Ныне рекут во языцех: возвеличил есть Господь сотворити с ними. – Тем паче мы ныне говорим: возвеличил есть Господь сотворити с нами: быхом веселящеся; сеявше слезами, радостию пожнем.

Пс.125:1–5.

Не удивляйся никто, что я сию песнь, сочиненную на случай возвращения Иудеев из плена Вавилонского, полагаю в основание нынешнего слова моего, во время возвращения церкви сей в Грековосточное благочестие. Римско-католическое и Униятское исповедание я не называю злочестием Вавилонским. Западная Церковь с Восточною Православною прежде едина и нераздельна пребывала; а в последние уже времена хотя и отделилась, но не первыми Христианскими догматами. Однако же отделилась; и сие отделение точно Западу, а не Востоку, должно причитаться. Докажем истину сию.

И во-первых. Символ веры есть собрание всех первейших догматов Христианских, на первом Вселенском Соборе, т. е. от всея вселенные собранными Отцами Церкви сочиненное, а на втором Вселенском Соборе дополненное. Сей священный символ утверждает исхождение Духа Святого предвечное от Бога Отца; Сыну же Божию, равно как и Богу Отцу, сочисляет Его в поклонении и славе. И в Духа Святого, сказано там, Господа животворящего, иже от Отца исходящего, иже со Отцем и Сыном споклоняема и славима. Сей же символ, сие исповедание Веры, не только утвержден на всех Вселенских и Поместных Соборах, но еще и клятва постановлена на всех, или придающих, или отнимающих, или переменяющих оный. Церковь Восточная, с самого того времени, содержала сие исповедание Веры, как и доселе содержит оное неизменно. Напротив, Западная Церковь придаток к символу учинила, и притом уже в окончании осьмого века после Рождества Христова. Тут судите сами, братия, Римские Католики, кто разделение Церкви сделал? Кто схизматиком сделался (Схизма бо есть Греческое слово, знаменующее разделение)? Мы ли, устоявшие при символе Никейском, и ни йоты в нем не исказившие, или вы, исказивши оный придатком своим, и вместе с тем проклятие Святых и Богоносных Отец самоизвольно на себя навлекши?

При том, мы как Апостола Петра за первого в лике Апостольском почитаем: так и Римский престол, когда в соединении Церкви будет, старейшим в Христианской Иерархии, по силе правил и установлений церковных, почесть согласны[155]. Но главою Церкви, не только преемника Петрова, но и самого Петра почитать, за грех вменяем, будучи научаемы Апостольскими законоположениями, где главою Церкви [156] один Спаситель именуется, Который возлюби Церковь, яко невесту свою, и Себе предаде за ню[157], Который кровию Своею омыл ее, и положил душу Свою за нее. А сего ни единому Епископу, ниже самому Апостолу присвоить себе, ни как не можно, и грешно.

Других разностей, коими Церковь Западная отделила себя от Восточной, и сестра сестру оставила, на сей раз не вычисляю, потому что такое исчисление и места другого и времени не короткого требует.

Одного только различия преминуть здесь не могу, того именно, что Церковь Западная, желая большего и большего распространения, дозволяет употреблять на противников насилия, притеснения, обиды, гонения, раны, узилища, каковых средств, ни Христос, ни Апостолы, нигде и никогда не употребляли, но паче сами страдали, биения, узы, раны и самую смерть терпели. Напротив, Восточная Церковь никого не принуждает; Она действует кротким, спасительным Словом Божиим, а не бичами урядников; Она преклоняет дружелюбными советами и увещаниями, а не насильством и мучениями. Почему и едино сие различие довольно уже может указать, на какой стороне Дух Христов, кроткий и незлобивый, и на какой дух свирепства и озлобления.

И так достойно и праведно нам, в настоящее время, воспеть древнюю оную песнь: внегда возвратити Господу плен Сион, быхом утешены[158]. Вы, сеявшие некогда слезами, в отторжении вас от Церкви Восточной, ныне радостию жните, при настоящем возвращении вашем в объятия Матери вашей.

Возрадуйтеся и вы, блаженные Братия, преставльшиеся от жизни сей! Прах ваш во гробех да ликует; а паче души ваши, претерпевшие насилия, раны и узы, да торжествуют в чертогах небесных. Радуйтеся, говорю, потому, что потомки ваши опять во едину веру и благочестие с вами соединяются, и клятвы положенной Святыми Отцами свобождаются.

А вы, возвратившиеся ко благочестию, возблагодарите, и непрестанно благодарите Господа Бога за Промысл Его о вас. И если Псаломник хощет, да глаголется во языцех: возвеличил есть Господ сотворити с ними[159], т. е. с возлюбленным Богу Израилем; то вы паче и паче в молитвенных взываниях к Нему, восклицайте: возвеличил есть Господь сотворити с нами! [160] Благодарите, говорю, имя Святое Его за Промысл Его о вас; благодарите за милость Его, ни кем нечаянную, и на ум ни кому не приходившую. Се Он, по благости Своей, поставил царствовати над вами Государыню Благочестивейшую, кротчайшую, всемилостивейшую, Которая с Матерним сердоболием даровала, как вам, так и прочим собратиям вашим, свободу возвращаться во благочестие, не употребляя к тому ни малейшего притеснения. Стойте убо в Вере основани и тверди, как Апостол учит, и неподвижими от упования благовествования, еже слышасте[161], и утверждайте оную паче благочестием и святыми делами вашими.

К вам обращаю теперь пастырское слово мое, к вам, здешние властители, Церкви Восточной неизменные чада! Приимите любезно собратий ваших, возвращающихся к вам, и во всем с любовию Христовою им споспешествуйте. Молите притом, купно с ними, всеприлежнейше Главу Церкви и Пастыреначальника Христа Господа, да и прочие, вне тела и вне стада Его оставшиеся, будут едино, яко же и мы, или яко же Сам Пастыреначальник Иисус Христос едино есть с Предвечным Отцем и Святым Духом. Да едиными усты и единым сердцем, славим пресвятое имя Господа, Спасителя нашего и Промыслителя, Отца и Сына и Святого Духа, ныне и присно и во веки веков! Аминь.