Истинная молитва к Богу обращается с Верою, и просит с надеждою несомненною. Корабль, будучи утвержден на крепких котвах, неподвижно стоит посреди волн. Так молитва имеет свою котву крепкую, никакими бурями и волнами неподвижную, Иисуса Христа Сына Божия, ради Которого, и чрез Которого все нам даровать обещал Отец небесный.

* * *

Некоторый Пустынник, чрез целое житие свое, не мог прочитать молитвы Господней. Лишь только скажет:Отче наш!вдруг обольется слезами, признавая себя недостойным назваться сыном такого Отца. Что вы о сем думаете многоречивые молитвенники? Получил ли сей Старец спасение?

* * *

Для молитвы пост есть тоже, что для птицы крылья.

* * *

Молитва пробивает облака, восходит на небо, как воня Авелевой жертвы; вопиет во уши Господа Саваофа, как кровь сего первого Мученика Веры[196]. Она на бесов огнь, на супостатов меч. Ею Моисей Амалика иссек; ею Иисус Навин солнце удержал; ею Илия, как ключем, небеса затворял и отверзал, сводил и дождь и огнь. Ею Пророки и Апостолы премногие силы и чудеса сотворили. Ею святые Мужи по водам ходили, в райских селениях витали. Она и нам живот вечный ходатайствует, и все к временному житию потребное подает.

* * *

Чем более душа наша молитвою приближается к Богу, тем паче лице ее просвещается чудным светом, как лице и ризы Христовы на Фаворе. Не видят сего просвещения и ризы душевной телесные очи наши. Мы не видим и самой души своей: и так уже ли и души в нас нет? Но видит душа наша своими очами ризу свою, светла ли она, или темна: и по тому иди утешается светом ее паче, нежели обложившем злата, или стыдится мрака ея, паче нежели Каин печати отвержения своего.

* * *

Когда грешник, не хотящий покаяться в беззакониях своих, молится Богородице, и вопиет ей:радуйся!то приветствие сие столько же оскорбляет Ее, как и то Иудейское радуйся, когда распинатели Христовы, ударяя в ланиту Божественного Сына Ея, приглашали:радуйся, Царю Иудейский![197]Ибо нераскаянный грешник есть новый распинатель Христов[198]. Да ищем убо заступления и покрова Ея, но оставим наперед грехи свои: ибо с грехами, и из под ризы своея изринет нас.

* * *

Временный век сей, полный зла, есть ли век славы Сына Божия? Нет, он бесчестие принес Ему от Иудеев, и ныне неверующие паче поносят Его. Но для Него, говорит Апостол,видимая и невидимая созданасуть[199]. Убо придет время, когда видимая и невидимая соединятся, и дружно воспоют славу Творца Бога, и Единосущного Сына Его. Придет время, когданачаток умерших[200]явит свой останов,перворожденный из мертвых[201]укажет по себе братию свою. Придет время, когда Иудеи, повесившие Его на кресте, со злодеями, сноваузрятЕго, грядуща с силою и славою многою, на облацех небесных[202]. И те, кои последуя Иудеям, теперь отрекаются Его, тогда, в пришествии Его на суд,восплачутсяо Нем[203].

* * *

Душа бессмертная, от бренного тела, как птица из растерзанной сети, весело излетевши, воспаряет рай Богонасажденный, где вечно цветет древо жизни, где жилище Самому Христу и Избранным Его.

* * *

Телеса наши, в гробах согнившие и в прах рассыпавшиеся, возникнут от земли, как трава весною, и по соединении с душами, востанут, и укажутся всему небу; пред очами Ангелов и человеков, пред очами предков наших и потомков, одни яко пшеница, другие яко плевелы, ожидая сербов Ангельских, и того места, которое назначено, особо для пшеницы, и особо для плевел.

* * *

Христос наш Пастырь: убо не попустит нас, овец своих, блуждать во веки по земле, но соберет в небесную ограду. Христос Царь наш: убо не оставит нас, Верных граждан своих, пребывать вне Отечества. Христос Законоположник наш и Воевода: убо не захочет принять победного венца без Воинов – сподвижников своих. Христос наш Первосвященник: убо не разлучится с прихожанами своими. Христос наша Глава: убо мы, яко члены, соединимся с Ним. Христос Жених наш: убо возьмёт нас, невесту свою, к себе в чертоги небесные. Послушаем убо гласа Его яко овцы, а не козлища; повинуемся Ему яко граждане, а не крамольники; подвизаемся яко присяжные войны, а не наемники; пребудем учениками Его, а не предателями, и членами Его, но не гнилыми; сохраним верность и обеты наши яко невеста, а не прелюбодейца.

* * *

Вниди в клеть твою, и помолися[204]. Такая уединенная молитва и в Соборе может иметь место, если молящийся уединился от всех забот и попечений, и пребывает безмолвен среди молвы его окружающей; если он, отрясши от чувств своих все страсти и вожделения, един с единым Богом беседует. Авраам, ведя сына своего, Исаака, на заклание, говорит сопровождающим его рабам:седите зде со ослятем, аль же и детищ пойдем до о́нде, и поклонившеся, возвратимся к вам[205]. Так истинно молящийся страстям своим, аки рабам, повелевает оставить его, и ожидать, пока он молитву свою Богу, аки Исаака, в жертву принесет. – О! сколь отличны от сего молитвы наши! Мы и в уединении целое торжище вкруг себя собираем. Молясь, и покупаем, и продаем; и хозяйством управляем, и о лихоимстве заботился, и друзьям ласкательствуем, и на врагов вооружаемся, и о сластях помышляем и о сундуках своих трепещем. Подлинно, се ли молитва, и не паче ли торжище, молвы пресполненное? Где тут ум, разумеющий глаголы свои? Где сердце, долженствующее прилепиться к Богу? Одни уста трубят, и язык как кимвал звяцает; а мысли – как птицы в воздухе, по всем странам носятся; а сердце – хладно, как бездушный труп, зарытый вместе с сокровищем нашим.

* * *

Когда ты молишься, помни, что Бог желает показать, не только человекам, но и самим Ангелам, или подвиг твой или небрежение. Когда ты не получаешь от Него того блага, которого в молитве просишь, не унывай духом, и не ослабевай в подвиге; и ты скоро уверишься, что Бог, по всеблагой воле Своей, дарует нам лучшее и полезнейшее, паче прошения нашего.

* * *

Спаситель сказал:аще принесеши дар твой ко олтарю, и ту помянеши, яко брат твой имать нечто на тя: остави ту дар твой, пред олтарем, и шед, прежде смирися с братом твоим[206]. Да не думает никто, будто Христос, под именем брата твоего, указует тебе на твоего товарища, равного с тобою саном, породою или достоинством. Не правда! брат твой есть и самый последний слуга твой, и по Адаму праотцу, от коего все мы происходим, и по новому Адаму – Христу. Коего плотию и кровию все мы питаемся, и тем самым связуясь в единый состав, соделываемся между собою братиями.

* * *

Всякий день просим мы Отца небесного:остави нам долги наша, яко же и мы оставляем должником нашим[207]. Но мы сами себя осуждаем, и подвигаем Бога к тому, чтобы Он никогда не оставил нам долгов наших, – если сами не оставляем их своим должникам. У Отца небесного готов ответ на такое моление наше:рабе лукавый! весь долг,тмы талантов,отпустих тебе: не подобаше ли и тебе помиловати клеврета твоего[208], отпустив ему единый пенязь?

* * *

Где нет мира, там нет и никакого добра. О! мир, любезный мир! Блаженна та земля, в коей ты пребываешь; блаженны те люди, которые тобою веселятся.Блажени миротворцы![209]А между нами, кажется, господствует настоящее смешение языков. У нас есть и Жиды и Самаряне. Разделены не только наши мысли, но и совесть: разделена Вера и Церкви наши. И сие-то разделение породило между противниками нашими непримиримую к нам ненависть, которая передается от родителей чадам, так что и малые дети прежде узнают врага и гонителя, нежели отца своего и благодетеля. А отсюда какая вражда, какие свары, какие наветы, нарекания и озлобления! сколько гонений, мучений, убийств! Слезами и кровию новых Исповедников Православия увлажены стогны и поля наши. Сколько разорений, грабежей и нищеты! Сколько отнято имений, по суду и без суда! Сколько владельцев, скитающихся без крова и насущного! Богатые обнищали и взалкали. Домы знатных господ опустели; многие старинныефамилиис лица земли исчезли. Б самих храмах Господних гнездятся враны, и достояние Спасителя нашего – в руках распинателей Его!

* * *

Когда вкушаем тело христово; и пием Божественную Кровь Его, таинственною сею вечерию в един состав с Ним соединяемся: Он в нас живет, а мы в Нем. Сей хлеб доставляет нам не только вечную, но и блаженную жизнь. Сею Кровию намащая уста наши, далеко прогоняем от себя губителей наших, как Израильтяне, во Египте, помазанием двери домов своих кровию пасхального агнца, избавлялись от губительного меча Ангела Божия[210]. С сим бесценным врачевством не боимся, ни болезни, ни смерти, ни нетления тела нашего.

* * *

Иосиф, проданный братиями своими во Египет, соделавшись правителем царства, дал им в удел самую богатую землю, Гесем именуемую[211]. Сын Божий, по безмерной благости Своей, соединившийся с нашею природою, и таким образом соделавшийся Братом нашим, дает нам, не часть некую области небесной, но все царство свое нераздельно. Небо отверзто для нас; престолы уготованы; объятия Божественного Брата нашего ждут нас. Пойдем, полетим к Нему: но прежде должны мы сбросить с себя всю тяготу мирскую, влекущую нас к земле.

* * *

Блажени мертвии, умирающий о Господе! Ей, глаголет Дух, да почиют от трудов своих: дела бо их ходят в след с ними[212]. Если, по слову сему Тайновидца, праведные дела пойдут в вечность, в след за Праведником; то без сомнения, и дела злые туда же пойдут за грешником. Какое тяжкое бремя! Хорошо когда в таком далеком пути найдем мы, в помощь себе, возниц, которые, например, посланы были к Лазарю, как читаем в притче Евангельской:бысть умрети нищему, и несену быти Ангелы на лоно Авраамле[213]. Но Ангелы Божии соглашаются токмо нести на раменах своих нищего, нагого, гладом облегченного, а не богача, обремененного златокованными виссонами и туком сладострастии. Горе нам с беззакониями, иже превзыдоша власы главы нашея! Сии бремена в самое дно моря огненного низведут души наши. Что же нам делать? Но да не унываем: и кроме Ангелов, есть у нас надежный помощник. Вот нам Его перстом указует Предтеча:Се Агнец Божий, вземляй грехи мира![214]Остается убо нам только на Него возложить греховные свои бремена.

* * *

Спаситель сказал, что нам предлежиттесный путь, которым входят в живот вечный[215]. Припомним же, что в теснинах пути сего гнездятся целые полчища страшных разбойников, т. е. духов злобы поднебесных. Они-то стерегут тут прохожих, и уловляют в добычу себе. Антоний великий видел, с какою они злобою души человеческие, хотящие внити в небо, аки мухи побивают, и низвергают во ад. Но сии разбойники голому от грехов не страшны: они сами таких нагишов боятся и убегают. А навьюченных грехами велблюдов наипаче назирают, и сия добыча самая корыстная для них.

* * *

И овцы своя глашает по имени[216]. Слово сие Спаситель относит к нам, Пастырям овец словесных. Знаем ли мы, братия-Пастыри, по имени овец нам порученных? Знаем конечно, хотя и не всех. Но по каким приметам одних знаем, других и знать не хотим? Ответ на сие весьма удобен. Знаем овечек жирных, молоко дающих и во́лну, т. е. знаем прихожан тех, кои богато живут, и от имения своего Пастырю уделяют; а бедных, от которых ни во́лны, ни молока, и знать не нуждаемся. Да и у первых знаем только достатки их, промыслы, сколько у них хлеба, скота, пчел; а богаты ли они в Бога, возмогают ли о Господе и в державе крепости Его, не болезнуют ли каким-либо грехом, и не требуют ли врачевания, о том совсем не заботимся.

* * *

Белорусская Церковь наша, чрез долгое время, находилась в тесном обстоянии, как древле Иавис, град Галаадский, от Амонитян[217]. И от нас супостаты наши домогались десного ока Благочестия, дражайшего паче обоих очей. Но благодарение Богу! Сниде Дух Господень на державную Помазанницу нашу, яко тогда на Саула: от обстояния свободила нас Она, и око десное наше в целости нам сохранила. Что еще? С самого начала царствования Своего, укрепляясь ревностию Божиею, Она положила истребить в Отечестве нашем идолослужение. Какое это идолослужение, вопросишь?Лихоимство, ответствую, которое Апостол прямо и ясно называетидолослужением[218].

* * *

Страшен в руках диавола меч. Какой это меч? Грех наш. Сим-то мечем он уязвляет нас, как змий жалом. Божественный Давид наш победил сего адского Голиафа, и исторг у него из рук меч оный: но мы новыми грехами новые мечи сами в руки ему подаем, и дружимся с врагом нашим, столь лютым и коварным.

* * *

Ядый со мною хлеб, воздвиже на мя пяту свою[219]. А для чего поступает так неблагодарный питомец? Сие легко угадать. Дабы попрать в землю живот Благодетеля своего, и славу Его в персть вселити. Но такая ли в самом деле сила хлебосольства? Без сомнения, противная, на любовь и милость преклоняющая. Замечено, что самые змеи, при которых домах гнездятся, там отнюдь не вредят; с малыми детьми млеко пьют, и будучи отгоняемы и биемы, жалом не вооружаются на них. Хлеб убо и яд змеиный силен превратить в безвредие. Но окаянство Иудино превзошло лютость самих змей. Подлинно, тут видим странную борьбу между духом правым и духом лукавым, между духом благости и духом злобы и ненависти. Иисус Христос кроткую главу Свою до ног преклоняет[220]; а Иуда гордую ногу свою на попрание главы Его воздвигает. О! сколь болезненнее та рана, которую налагает благодетелю рука исполненная благ его!

* * *

Иуда не ощущал сладости вечери Христовой. И можно ли было ему ощущать то, купно с Петром и Иоанном, когда сердца его не было при вечери? Где же оно было? У Жидов, от коих он еще не взял сребреников, обещанных за предательство. Как справедливо слово Спасителя:иде же есть сокровище ваше, тамо будет и сердце ваше![221]

* * *

Поминая раны Спасителевы, берегись, дабы по примеру Иуды, вновь не уязвлять Его. Ты недоумеваешь, как можно ныне уязвить Христа, сидящего уже одесную Отца небесного. А я тебе скажу: уязвляя уды тела Его, неповинную братию, ты язвишь и Самого Его; ибо Он по Апостолу,есть глава телу Церкве[222]. Не может быть, чтобы Он – Глава наша, не страдал, когда страждут уды Его. Сам по себе суди, как страдает глава твоя, когда уязвлена рука твоя или нога?

* * *

Благолепие души – добродетели суть светлые черты образа Божия; а безобразие души – злодеяния суть мрачные отпечатки образа диавольского.

* * *

Слепец тот, который не видит света солнечного: но те горшие слепцы, кои не видятсвета правды[223]. Кто убо согрешил, сии или родители их? Все суды, и естественный и Божий, вопиют: и сии согрешиша, и родители их. Согрешил окаянный отец: ибо сына своего с младенчества научил картежной игре и псовой охоте, а не закону Божию и Евангельскому оправданию, научил сластолюбию, гордости, коварству в содружестве, жестокости над подвластными. Согрешила и окаянная мать: ибо дщерь свою учила игры и пляски водить, а не путем Божиим ходить; тело наряжать, а не душевную наготу украшать; зеркала представляла ей, а не Евангелие – истинное веры и жития нашего зерцало. Согрешили и окаянные дети: ибо внимая нечестивому учению родителей, и руководствуясь развратными их примерами, от беззакония в беззаконие, как бы с камня на камень претыкалися, и не только подражали им, но и превзошли меру нечестия их семьдесят седмерицею. Но – придет грозное время, когда дела Божии явятся и на сих слепорожденных душами, суд и правда Его над беззаконными, и родителями и детьми. Не брение от плюновения положит Он на очи, самоохотно слепотствовавшия: но огнь гнева Господня падет с небеси на главу их. Не пошлет умыться в купели Силоамской: но пошлет их мучиться в геенне вечной. – Явятся убо и на нас дела Божии.Ходите, говорит Спаситель,дондеже свет имате: веруйте во свет, да сынове света будете[224].

* * *

Неверующему чудесам мы смело можем сказать с блаженным Августином: «Большее из всех чудес чудо есть то, что дванадесять человек, бескнижных, безоружных, нищих, проповедывавших крест, победили, не только Владык и Сильных земли, но и самих богов языческих, и целый свет Христу покорили». Ты возразишь мне на сие, что сии победители мира сами были умерщвлены, и ни один почти из них не кончил жизни без мучений, без креста, меча и огня. Но вот мой краткий ответ: на то и посланы были сии победители своим Воеводою:Се аз посылаю вас, яко овцы посреде волков: предадят вы на сонмы, и на соборищах их биют вас[225]. Особое убо чудо миру и печать истины Евангельской есть страдальческая смерть посланников – победителей. Но посмотри, что с сими убиенными последовало? Цари персть их почитают, и отложив порфиру и венец, благоговейно преклоняют колена пред гробами их.

* * *

Нигде не читаем, чтобы язычники страдали так за своих идолов, как Мученики Христианские за Веру Христову. Да и в нынешних богоборных сонмищах атеистов и натуралистов, в главных гнездах их, во Франции и Англии, нашелся ли хотя один такой ревнитель, который бы за безбожие свое или натурализм произвольно на муки дерзнул?

* * *

Покаяние горечь поста обращает в сладость, и тяготу бдений всенощных – в покой души.

* * *

Как редки ныне истинные девственники! Но и супруги, хранящие в чистоте брачное ложе, также могут быть причислены к сонму их. Муж, оставленный и презираемый бесстыдною своею женою, есть тот же девственник. Жена, терпящая от супруга, сквернителя брачного ложа и растлителя рабынь своих – также девственница!

* * *

Иуда не один у нас, но столько их, сколько продающих на суде правду, и как Пророк говорит,праведногоили невинногона сребре, и убогого на сапозѣ́х[226].

* * *

Благодеяния Божии Праведникам служат наградою за правду и добродетели их. Как же назвать благодеяния Божии, кои Он, по человеколюбию своему, ниспосылает и грешникам? Это приманки, которые добрый отец дает детям, чтобы непослушных и строптивых исправить их, и заставить любить себя. Но не благодеяние ли Божие и то для грешников, когда Он, наказывая пять или десять, в тоже время щадит тысячи заслуживших казнь Его? Например, посылает на землю глад, но большую часть гладных питает и сохраняет, подобно как сверкающая молния пожигает малую часть класов, а не всю ниву.

* * *

Лицемер тот и пред Богом и пред Государем, кто или небрежет о должности своей, или превращает оную в добычу себе. Иной гремит указами о хранении государственного интереса, а притом имеет искусных кондукторов, которыми сии громы и молнии низводятся, но не в воду, а в карманы его, и там неприметно исчезают. По истине, если с таких людей сорвать личину лицемерия; то правосудный Государь поступил бы с ними также, как и Давид, который сам говорит:во утрия избивах вся грешные земли, еже потребите от града Господня вся делающие беззакония[227].

* * *

Говорят многие: почему молитвы наши ни чудес не творят, ни лучшей перемены в нас не производят. Ах, стыдно и воспоминать молитвы наши! Об них можно тоже сказать, что сказал некоторый кормчий одному бывшему на корабле беззаконнику. Когда во время сильной и опасной бури, все плаватели обратились к молитве, и вместе с ними и оный беззаконник нечто промолвил; то кормчий остановил его сими словами: «ты пожалуй, помолчи: не знает де Бог, что и ты с нами, и потому еще между отчаянием и надеждою находимся; а как де услышит твою молитву, так мы и погибли». – Достойна ли молитва имени своего, когда она в одних устах обращается, а ум не помнит и не знает того, что болтает язык? Читаем:глаголы моя внуши, Господи, разумей звание мое[228]; а сами ни глаголов своих не внушаем, ни звания нашего не разумеем. Такая молитва переменит ли нас, окаянных и грешных, в добрых и богоугодных? Грешными в церковь приходим, грешнейшими выходим.

* * *

Радость плотская ограничивается наслаждением: по мере, как затихает веселый гудок, затихает и веселость. Но радость духовная есть радость вечная; она не умаляется в бедах, не кончается при смерти, но переходит и по ту сторону гроба.

* * *

Важны ли добрые дела наши в деле спасения? Я объясню тебе вопрос сей подобием. Возьми небольшой кусок меди, и понеси его на торжище; там за него ты ничего не купишь: всякой с насмешкою скажет тебе известную пословицу: «прилежи копейку, то купишь калач». Но ежели тот самый металл будет иметь изображение Государя твоего, или другой знак Его монеты; то купишь за него что тебе надобно. Так точно и дела наши. Ежели ты не имеешь Веры и упования на Христа Спасителя, не сомневайся признать, что они суетны. Но те самые дела совокупи с Верою и упованием на Него, тогда они будут важны; и если потребно тебе откупиться от грехов, или купить небесные вечные утехи, – купи ими несомненно.

* * *

Спаситель наш благоволил дать нам ясти Тело Свое и пить Кровь Свою в Божественном причастии, под видом хлеба и вина, дабы мы сию животодательную пищу вкушали, не только устами Веры, но и естественными устами; и таким образом были истинными членами Главы нашея, возрастая и достигаяв мужа совершенна, в меру возраста исполнения Христова[229].

* * *

Мы познаѐм разумом души; а телесные очи суть как бы очки, чрез кои душевные очи смотрят.

* * *

Ров беззаконий граничит с адскою пропастью.

* * *

Храм Христов суть те, кои украшены добродетелями; хлев сатанин – валяющиеся в злодеяниях, яко свинии в кале тинном.

* * *

Грехи суть прелюбодейные порождения духа и плоти нашей с сатаною.

* * *

В жизни настоящей мы столь грешны, что хотя бы внутренний человек наш и хотел быть праведным, но внешний к тому немощен. Напротив, в будущей жизни мы столь будем святы, что уже не станем грешить, и не захочешь.

* * *

Отдайте все блага мира сего нечестивым, и предоставьте благочестивым, при всей их нищете и уничижении, единое благоволение Божие. Что же из того последует? Позавидуют ли они богатству? Но они считают его песком земли; и если попадется им куча злата, только и труда им, чтоб перескочить чрез сей камень преткновения, как сделал то Св. Симеон юродивый; только и заботы – молиться Богу о том, чтобы отнял у них память самого места, где оное злато сказалось, как молились Печерские Преподобные, Василий и Феодор[230]. Поразит ли очи их блеск камней многоценных, сияние виссонов драгих? Но они, и рубищами прикрытые, посмеваются сей блестящей, но тяжкой ноше: для них предовольно того, что душа их светлеет добродетелями, паче всех бисиров, ивиссоних, яко невесты Агнчейоправдание святых[231]. Заботятся ли они о здравии и долготе жизни? Нет, они восклицают с Апостолом Павлом:хощу разрешитися, и со Христом жити[232].О сем воздыхаем, в жилище наше небесное облещися желающе[233]. Тако благоволение Божие в сердцах избранных Его превозмогает все и все!

* * *

Как судить о том, что Бог ниспосылал победы недостойным благоволения Его? Например, в св. Писании говорится, что Навуходоносор, царь Вавилонский, идолопоклонник и властолюбец, победил Израиля, народ Божий, избранный, и отвел его в плен[234]. Сей вопрос я так разрешаю: Не редко Бог, не благоволя в лицах, благоволит в действиях лиц, исполняющих Его суды и определения. Так Навуходоносор, по властолюбию своему, наступил на Израильский народ, и Бог помог ему, но не в лице его идолослужительном, ни в хотении его тиранском благоволя; но яко Судия праведный, Он избрал его орудием гнева своего, и наказал чрез него избранный свой народ за вероотступление и пороки его. Таким образом Израиль, отечески наказанный Богом, испил, так сказать, только начатки из чаши гнева Его; а победителю, Навуходоносору предоставлено выпить оную до остатка. Израиль по седьмидесяти летах, от плена изведен и возвратился в отечество; а Вавилон погиб на веки.

* * *

Где пшеница Христова произрастает без терния бодущего ее? Где сласти века сего не подавляют благочестия? Сколь редкое сердце приемлет глубоко семя Слова Божия! Не все ли камень, ни влаги не имеющий, ни семени не приемлющий, ни посеянному расти и плод приносить не допущающий? Мало ли у нас хищных вранов геенских, Натуралистов, Волтеристов, Массонов, при пути сидящих и семя слова Божия подобающих и пожирающих? А Избранные Божии день и нощь вопиют:доколе, Владыко святый и истинный, не судиши и не мстиши крови нашей от живущих на земли?[235]Но как ныне есть, так будет и до скончания века. Сам Спаситель сказал:Сын человеческий, пришед, обрящет ли веру на земли?[236]

* * *

Прародители наши, по падении своем, для сокрытия стыда, облеклись в кожаные ризы[237]. Не для того ли Бог дал им сию бедную одежду, сделанную из остатка смерти скотов, чтобы они сильнее памятовали собственную свою смерть?

* * *

Когда Иаир просил Иисуса Христа посетить дом его, чтобы исцелить болящую его дщерь; один из друзей сказал ему, с видом отчаяния:умре дщи твоя, не движи Учителя[238]. Так диавол смущает грешника, и чтобы он не обратился от беззаконий своих к раскаянию, влагает в сердце его отчаяние на помилование Божие: «Не беспокойся, шепчет ему: дело уже решено твое: как мертвецу далеко до воскресения, так тебе до спасения». Но сему отчаянному грешнику также должно сказать утешительное слово Христово:Не бойся, токмо веруй, и спасен будеши![239]

* * *

Блажени чистии сердцем, яко тии Бога узрят[240]. Солнце лица Божия в сердце чистом возблистает, как в зерцале. Но сердца лукавых не получат сего блаженства. Маска лукавства их будет для них вечно непроницаемым покрывалом.

* * *

На страшном Суде станет близ грешника диавол, и покажет хартию бесчисленных его грехопадений. Но станет тут же иАгнец Божий, вземляй грехи мира[241], и укажет язвы Свои на руках, ногах и ребре, самые явные знаки того, что Онгрехи наши Сам вознесе на теле Своем на древо[242],ирукописание еже на нас истребил, пригвоздив ѐ на кресте[243]. Тут покаявшийся грешник, и возложивший бремя грехов своих на сего Агнца, и верою прилепившийся ко Христу, как член к составу своему, с дерзновением скажет Правде Божией: «Я вечно привязан Христу, Сыну Твоему: убо где Он будет, там и я. В муку Его не пошлешь, убо и меня. Он в царствии Твоем и Своем пребудет во веки, то и я вместе с Ним».

* * *

Велико ли различие человека согрешившего и диавола? Оба возгордились против Творца своего; оба захотели сделаться равными Ему, и захватить престол Божества. По сему правосудие Божие, какангелов согрешивших не пощаде, но предаде их на суд мучимых блюсти[244], так же могло поступить и с человеком, равно согрешившим. Но Отец небесный не воздал нам по грехам и беззакониям нашим. Он, во гневе Своем, отринул бесов; а нам, по милосердию, в Сыне Своем Единородном устроил спасение. А мала ли та милость Его, что Он нас, неверных и враждебных рабов, усыновил Себе, и соделал наследниками не только небесных селений, но и вечного царствия Своего?[245]

* * *

Какой Царь земный сына своего женит на блуднице? А любовь Божия ко грешникам составляет сей неравный и странный, но вечный союз брака. Он чрез Пророка Осию говорит:Возлюблю не возлюбленную, и обручу тя Себе во век, обручу тя Себе в правде и в суде, и в милости и в щедротах, и увеси Господа[246]. По чему и Апостол Павел к уверовавшим Коринфянам написал:обручих вас представити Христови[247].

* * *

Дска, на которой что-либо написано, не может принять иного начертания, пока прежнее не будет изглажено. Сосуд, наполненный водою, не может принять в себя другой влаги, пока не освободится от первой. Так не могут принять в мысли и сердце свое любви Божией те, коих мысли и сердце преисполнены любовию мира.

* * *

Жестока любовь раздраженная оскорблением. Благодеяния, заплаченные неблагодарностию, требуют тем большего мщения. Что остается делать лекарю, посмеянному и изгнанному от больного, если не бросить его погибать? Что остается делать отцу, не говорю, с своими сынами, но с своими неблагодарными приемышами, которые в слепоте и бешенстве, сами раздирают грамоту благодатного усыновления своего, и попирают ногами печать ея? Так ревнительна любовь Божия к нам! Не дивно убо, если по самой любви сей к нам, Дух Божий, является нам духом – мстителем, когда он, на пример, отмщая богохульную лжу, внезапно поразил смертию Ананию и Сапфиру[248]. Не дивно, что и о грех противу Святого Духа, Учителя истины, ревнителя благодати, не отпущается ни в сем веке, ни в будущем, не разрешается молитвою всего Христианского общества, и даже не очищается кровавою, крестною жертвою Сына Божия!

* * *

Царство Божие, по словам Апостола, естьправда, и мир, и радость о Дусе святе[249]. Блаженство сие предвкушаем мы еще в здешней жизни, когда Дух Божий с нами. А каково наше состояние, когда Духа Святого мы отдаляем от себя, или лишаемся Его? О! тогда все иное. Вместо блаженства – ад, вместо правды – вина греха, вместо мира – вражда Бога, вместо радования о Духе Святом – печаль, тревога, болезни мук вечных!

* * *

Чужий грех на мне не лежит. Но если чужий грех содевается моим советом, согласием или неосторожным примером; тогда он не только лежит на мне, но как жернов, тяготит душу мою.Горе человеку тому,говорит Сам Спаситель,имже соблазн приходит![250]Действительно, грех соблазна прежде меня, прежде моей смерти, предшествует на Суд Божий, и уже по кончине моей, следует туда же за мною. Скажу тоже иными словами. Все соблазненные примером моим, и прежде меня позванные на Суд Божий, уже понесли туда грехи мои. Убо уже готовы для меня муки. Но тут еще не все. Я умер, и перестал грешить: но все соблазненные мною, и при том все, от соблазненных мною вновь соблазняемые, оставаясь еще в сей жизни, посылают, в след за мною, бесчисленные беззакония, от единого примера моего, яко от единого блата истекающие. Убо готовы для меня новые, сугубые мучения! Вот как ужасен грех соблазна; ужаснее многоглавой Лернейской гидры!

* * *

Язык – вестник сердца, не имеющего дверей.

* * *

Гордость и похоть плотская суть два крыла великого и страшного невода, коим диавол влечет в ад людей, аки рыб безгласных.

* * *

Бес теперь не оседлывает змея: знаем, что змеи по человечески говорить не умеют. Вместо змея, он теперь оседлывает какого-нибудь Вольтера, и устами его хулит Бога; а мы, Евини детки, в обаянии ума и воли, не видим мерзостного образа искусителя; жало его, яд точащее, кажется нам медом; хула его на Творца и Спасителя нашего – дружбою сердечною.

* * *

Ева не устрашилась змия, и всадника его диавола; Святая Дева Мария смутилась при виде светлого Архангела Божия. Та сладко внимала клевете на Бога: сия слыша истинные глаголы Божии, в недоумение пришла. Та, потеряв Бога, себя Божеством почитает: сия, Бога в себе имея, еще размышляет в кротости сердца, как сбудется ангельское приветствие[251].

* * *

Мудрые девы прияша елей в сосудех со светильники: буия же только приукрасили светильники, а елея с собою не взяли[252]. В притче сей светильники знаменуют веру, а елей благие дела. И так видно, что вера, сколько ни украшай ее, без добрых дел мертва есть, как и светильник сколько ни красен, без елея угасает. Видно, что истинная мудрость в том и состоит, чтоб в здешней жизни запасаться добрыми делами для жизни будущей. А без сего запаса, мы дураки, хотя всю философию прошли.

* * *

Новые Епикуры, как ночные мотыльки, носятся над светильником Веры нашея и часто покушаются угасить его крыльями своими: но одна малая искра обжигает их; а естьли пригрозить им, то, поверьте, они готовы будут отрещись мудрований своих и возопиют к поругаемому ими Иисусу:Тебе единому согреших![253]Так-то ничтожно мудрование их.

* * *

Вера без дел есть безверие, подобно как и мертвец не есть человек, но труп смрадный и отвратительный. Четверодневный мертвец Лазарь для родной сестры своей так был отвратителен, что она боялась и прикоснуться к нему. Что же сказать о том, сколь должна быть отвратительна для Бога мертвая вера наша, особенно естьли она не только четверолетна уже, во и четверо-десятолетна? Крепимся в вере, как будто в нас она и жива и чиста: но, спроси о благих делах ея, мы воздыхая отвечаем: «дух бодр, плоть же немощна!» Но дерзнем ли отвечать тоже на страшном Суде Христовом?

* * *

Спаситель, совершая дело спасения нашего, однолично, без помощника, вступил в сражение с супостатами нашими, как сам свидетельствуется чрез Пророка Исаию говоря:воззрех, и не бе помощника: поможе мне мышца моя, и тако попрах их гневом моим[254]. Но такая одноличная победа Его и нам усвояется: ибо и мы Его силою укрепляемся на врагов наших и крестною палицею Его поражаем невидимых Филистимлян, на Нас ратующих. И, когда мы становимся победителями над ними, Ангелы небесные восхваляя Подвигоположника нашего Христа, и нам воспевают песнь хвалебную. Да как им и не хвалить свойственников, братий, сподвижников Христовых? Сам Он, Победитель, и воинов своих, победителей, творит причастниками величия и славы своей.Побеждающему,рече, дам сести на престоле Моем, якоже Аз победил и седох со Отцем Моим на престоле Его[255].

* * *

Учил нас Спаситель называть Бога Отцем нашим, и в повседневной молитве взывать к Нему:Отче наш, иже еси на небесех[256]: но это знаменовало единое милосердие Его к нам, грешным тварям. Но, когда по воскресении Своем, говорит Он ученикам Своим, также и нам:восхожду ко Отцу Моему и Отцу вашему[257]; то в сих словах, мнится, хочет Он показать тесное сродство между Собою и нами, яко братиями Его, следовательно сродство между Богом и нами, общим Отцем Его и нашим. О! как же должны мы дорожить сим родством.

* * *

Пастырь добрый душу свою полагает за овцы своя[258]. Слава Богу! не имеем ныне за веру гонения: но и всякое притеснение, без вины причиняемое, сто̀ит не менее гонения, и потому Христос Спаситель и притесняемых безвинно нарицает блаженными и причастниками царствия Своего:блаженны изгнанные правды ради, яко ваше есть царствие небесное[259]. Посему, священник, помогающий прихожанам своим в притеснениях их, и за то самого себя в ненависть и озлобление предающий, точно полагает душу свою за своих словесных овец.

* * *

Христос Спаситель в дивном преображении Своем показал и наше собственное преображение,благодатноеиславное. Первое совершается еще во время земного странничества нашего, когда грешный человек преобразился в праведника. Другое совершится в будущей жизни, по оному Павлову слову:Наше житие на небесех есть, отнуду же и Спасителя ждем[260].