— В ХХ веке человек возвращается к тому соотношению с Вселенной, которое было сугубо небезразлично его архаическому предку. Он заново ощутил себясмертным родовым существом. Это ощущение вводит его соотнесенность с Вселенной в отношение к текущей истории. Человека озадачивает судьба Вселенной, в пределах которой он стал одинокой фигурой.

Это заново стало мерилом. А в XIX веке кому было дело, тысячу или миллиард лет просуществует Солнечная система? Нынешний человек неосознанно ввел поправку на смерть в отношение к сущему и к своему месту в мироздании.

От Сократова переворота человек возвращается к досократовскому времени. Он ставит под сомнение высоконравственный императив определяемости человека через человечность. Нацистская душегубка и Колыма делают невозможным утверждать, что человек есть мера всех вещей, — в лагере и без Сократа все на этом построено.

Поскольку речь идет о Гитлере и о Сталине, с этими двумя персонажами человеческая жизнь оказалась развернута к смерти. Здесь виден масштаб задачи переоткрыть жизнь. Которая еще должна найти свой язык, свой ход к повседневности.