— Но пушкинские курортные ссылки при томике Карамзина не сравнишь с Чердынью.

— Карамзин с его «Историей» — огромное явление самосознания. Первый историк, который представил русскому сознаниюегоисторию на русском языке, и то была история русской власти.

Пушкин к нему подходит двояко. Во-первых, с точки языка: блеск! После «Истории Государства Российского» карамзинскую прозу читать смешно. Главное, что Карамзин представил проблему сильной и слабой власти как центральный вопрос русской истории. Он заставил думать о власти декабристов — ни Пестель, ни Никита Муравьев после Карамзина не могли пройти мимо вопроса о власти. Отсюда линия ведет в Михайловское, в спасительную для Пушкина ссылку.

Треугольник ссылки в Михайловском:Шекспир — Карамзин — 14 декабря. В центре пушкинский «Борис Годунов» — трагедияслабой власти. «Бориса Годунова» не было бы без первого русскогоисторика властиКарамзина. Это он придалвопросу о властисилу и размах, которые помогут Пушкину проникнуться «николаевской идеей».