Лагерь Антония близ мыса Акциума.

Входят КЛЕОПАТРА и ЭНОБАРБ.

КЛЕОПАТРА

Я разочтусь с тобой, не сомневайся.

ЭНОБАРБ

За что? За что? За что?

КЛЕОПАТРА

Ты говорил, что мне не подобает

При войске быть.

ЭНОБАРБ

А разве подобает?

КЛЕОПАТРА

Но если мы союзники в войне,

То почему бы мне тут и не быть?

ЭНОБАРБ

(в сторону)

Отвечу так: когда б держали в войске

Не только жеребцов, но и кобыл,

Oт жеребца не много было б толку:

Вскочил бы вместе с всадником своим

Он на кобылу.

КЛЕОПАТРА

Что ты там бормочешь?

ЭНОБАРБ

Антонию ты будешь лишь помехой.

Не на тебя сейчас он должен тратить

Отвагу, ум и время. Уж и так

О легкомыслии его твердят.

Толкуют в Риме, что твои служанки

И евнух твой ведут эту войну.

КЛЕОПАТРА

Да сгинет Рим! Пусть языки отсохнут

У говорящих так. Я правлю царством

И наравне с мужчинами должна

Участвовать в походе. Не перечь!

Я все равно останусь здесь.

ЭНОБАРБ

Молчу.

А вот наш вождь.

Входят Антоний и Канидий.

АНТОНИЙ

Не странно ли, Канидий,

Что от Брундизия и от Тарента

Так быстро Ионическое море

Он пересек и захватил Торину? —

Ты слышала о том, моя любовь?

КЛЕОПАТРА

Проворство удивляет лишь лентяев.

АНТОНИЙ

Вот молодец! Какой воитель смог бы

Медлительность так метко заклеймить? —

Канидий, мы сразимся с ним на море.

КЛЕОПАТРА

На море! Где ж еще?

КАНИДИЙ

Но почему?

АНТОНИЙ

На бой морской нас вызывает Цезарь.

ЭНОБАРБ

Подумаешь! А разве ты пред тем

Не вызывал его на поединок?

КАНИДИЙ

С тем чтобы при Фарсале биться вам,

Где Юлий Цезарь победил Помпея.

Твое невыгодное предложенье

Не принял враг, – ты так же поступи.

ЭНОБАРБ

Дрянной народ на кораблях твоих:

Погонщики ослов да землепашцы,

Поверстанные наскоро в матросы.

А ведь у Цезаря те моряки,

Которыми разбит был Секст Помпей.

Его суда легки, твои громоздки.

Стыда не будет в том, что, бой морской

Отвергнув, ты сразишься с ним на суше.

АНТОНИЙ

Нет, в море! В море!

ЭНОБАРБ

Доблестнейший вождь!

На это согласясь, пренебрежешь

Ты полководческим своим искусством;

Посеешь ты смущенье в легионах,

Где много ветеранов. Опыт твой

Останется тогда без примененья.

Зачем, покинув верный путь к успеху,

Отдать свою судьбу ты хочешь риску,

Случайности?

АНТОНИЙ

На море я сражусь.

КЛЕОПАТРА

И у меня есть шестьдесят галер,

Таких еще и Цезарь ваш не видел.

АНТОНИЙ

Часть кораблей сожжем. Командой их

Суда оставшиеся укрепим

И Цезаря при Акциуме встретим.

А если на море не одолеем,

На суше бой дадим. —

Входит гонец.

Какие вести?

ГОНЕЦ

Мой повелитель, подтвердилась весть,

Что Цезарь взял Торину.

АНТОНИЙ

Сам Цезарь? Быть не может… Странно мне,

Что так продвинулись его войска. —

Итак, все девятнадцать легионов,

Двенадцать тысяч всадников в придачу

Возьми, Канидий, под свое начало.

Я – на корабль. – Пойдем, моя Фетида!

Входит старый солдат.

Ну, что мне скажет славный ветеран?

СОЛДАТ

Не дело биться в море, император,

Вверять свою судьбу гнилым доскам.

Вот меч мой, вот рубцы мои – им верь.

Пусть финикийцы или египтяне

Барахтаются на воде, как утки, —

Мы, римляне, привыкли побеждать,

Ногою твердой стоя на земле.

АНТОНИЙ

Довольно! – На суда!

Антоний, Клеопатра и Энобарб уходят.

СОЛДАТ

Я прав, могу поклясться Геркулесом.

КАНИДИЙ

Ты прав, солдат, но полководец наш

В себе не волен. Вождь – на поводу.

А мы у бабы ходим под началом.

СОЛДАТ

Тебе подчинена пехота вся

И конница?

КАНИДИЙ

Начальствуют над флотом

Публикола, Марк Юстий, Марк Октавий

И Целий. Я ж начальствую на суше.

Но Цезарь-то каков? Вот быстрота!

СОЛДАТ

Еще из Рима он не выступал,

Как двинулись уже его войска,

На мелкие отряды разделившись

И тем введя лазутчиков в обман.

КАНИДИЙ

А кто командует его войсками?

СОЛДАТ

По слухам, некий Тавр.

КАНИДИЙ

Он мне знаком.

Входит гонец.

ГОНЕЦ

Ты нужен императору, Канидий.

КАНИДИЙ

Чревато наше время новостями,

И каждый миг приносит новый плод.

Уходят.