Поле боя, между двумя лагерями.

Входят АНТОНИЙ и СКАР с войсками.

АНТОНИЙ

Они готовятся к морскому бою.

На суше, знать, мы им не по нутру.

СКАР

Готовятся на море и на суше.

АНТОНИЙ

Хотя бы в воздухе, хотя б в огне!

Мы всюду им дадим отпор. Но к делу.

Пехоту под командованьем нашим

Близ города поставим, на холмах.

Флот получил приказ и вышел в море,

Нам будут хорошо видны отсюда

Маневры кораблей.

Уходят.

Входит Цезарь с войском.

ЦЕЗАРЬ

Пока они на нас не нападут,

Не двигаться. А нападут навряд ли:

Цвет войска он послал на корабли.

На поле! Знайте, что успех за нами.

Уходят.

Возвращаются АНТОНИЙ и СКАР.

АНТОНИЙ

Наш флот и вражеский почти сошлись.

С пригорка, где сосна, все видно лучше.

Взгляну и сразу же вернусь к тебе.

(Уходит.)

СКАР

Между снастей царицыной галеры

Гнездо слепили ласточки. Авгуры

Отмалчиваются; их вид зловещ.

Антоний то отважен, то растерян.

Подточенное счастье то ласкает

Его, как встарь, надеждой на победу,

То гибелью пугает.

Вдали шум морского сражения.

Возвращается Антоний.

АНТОНИЙ

Все пропало!

Я предан этой подлой египтянкой.

Флот перешел на сторону врага.

Смотри – они кидают шапки вверх

И вместе пьют, как старые друзья.

О тварь втройне продажная! Мальчишке

Меня ты предала. Теперь с тобой,

С тобой одной мое воюет сердце. —

(Скару.)

Войска распустишь. Мне одно осталось:

Свести с колдуньей счеты. И – конец.

Войска распустишь. И спасайся сам.

Скар уходит.

О солнце! Мне уж больше не увидеть,

Как ты восходишь. Счастье и Антоний

Здесь, расставаясь, руки жмут друг другу.

Вот он – конец. Приверженцы мои,

Отказа не слыхавшие ни в чем,

Лизавшие мне пятки по-собачьи,

Сиропом растеклись и влить спешат

Нектар в цветенье Цезаря. А кедр,

Который поднимался выше всех,

Стоит с ободранной корой. Я предан.

О лживая египетская тварь!..

О колдовство! Ей стоило взглянуть —

И я бросал свои войска в сраженья.

Подумать, что ее объятья были

Венцом моих желаний, целью жизни!

И вот она, как истая цыганка,

Меня мошеннически обыграла,

И нищим стал я. – Эрос! Эй, ко мне!

Входит Клеопатра.

Ты, ведьма? Прочь!

КЛЕОПАТРА

За что мой повелитель

Так гневается на свою любовь?

АНТОНИЙ

Сгинь! Или расплачусь с тобой за все

И Цезарю триумф его испорчу.

А надо бы, чтоб выставил тебя

Он на потеху озверелой черни;

Чтоб за его победной колесницей

Тащилась ты, как грязный ком, которым

Запятнан женский пол; чтобы тебя

Как чудище за мелкую монету

Показывали каждому зеваке.

Пусть ногти, ждущие уже так долго,

Октавия вонзит в твое лицо!

Клеопатра уходит.

Себе самой на благо ты ушла,

Конечно, если только жизнь есть благо.

Но, в гневе умертвив тебя, я спас бы

Тебя от множества смертей. – Эй, Эрос! —

На мне рубашка Несса. Геркулес!

Вдохни в меня неистовство твое!

Хочу раба на лунный серп закинуть.

Хочу тяжелой палицей твоей

Покончить с самым дорогим на свете.

Смерть ведьме! Продала меня мальчишке…

Я жертва заговора… Но она

Должна за это умереть. – Эй, Эрос!

(Уходит.)