Лондон. Тауэр.

Входят Бекингем, Стенли, Хестингс, епископ Илийский, Ретклиф, Ловел и другие лорды и занимают места за столом.

ХЕСТИНГС

Собрались мы, сиятельные пэры,

Дабы день коронации назначить.

Как судите? Назначим, с богом, день.

БЕКИНГЕМ

А все уже для празднества готово?

СТЕНЛИ

Готово. Надлежит лишь выбрать день.

ЕПИСКОП

Быть может, завтра? День – благоприятный.

БЕКИНГЕМ

А как об этом мыслит лорд-протектор?

Кто посвящен в намеренья его?

ЕПИСКОП

Кому же знать их, герцог, как не вам?

БЕКИНГЕМ

Что! Мне, милорд?

Друг друга знаем мы в лицо, но души…

С моей душой не в большем он знакомстве,

Чем я – с его, я – с вашей, вы – с моей.

Вот вы, лорд Хестингс, с ним весьма близки.

ХЕСТИНГС

Да, герцог мне оказывает честь

Своею дружбой. Но не говорили

Еще о коронации мы с ним,

И мне его сужденье неизвестно.

Но вы, милорды, назначайте день,

За герцога – я голос свой подам:

Он, верно, не посетует на это.

Входит Глостер.

ЕПИСКОП

А вот сам лорд-протектор, в добрый час.

ГЛОСТЕР

Приветствую, сиятельные лорды!

Проспал. Надеюсь, это опозданье

Не повредило замыслам великим,

Которые должны мы утвердить.

БЕКИНГЕМ

Когда бы к выходу вы опоздали,

За вас бы подал реплику лорд Хестингс, —

То бишь о коронации сужденье.

ГЛОСТЕР

Рискнуть на это мог бы только он:

Мы так дружны с ним, он меня так любит.

ХЕСТИНГС

Благодарю, милорд.

ГЛОСТЕР

Милорд епископ,

Я, бывши в Холборне, у вас в саду

Отличную приметил землянику.

Вы не пошлете ли собрать – на пробу?

ЕПИСКОП

О да, с великой радостью, милорд.

(Уходит.)

ГЛОСТЕР

Лорд Бекингем, прошу вас – на два слова.

(Отводит Бекингема в сторону.)

У Хестингса выпытывать стал Кетсби,

За нас ли он? И пылкий лорд вскипел:

Мол, сложит голову, но не позволит,

Чтоб сын его любимого монарха

(Так раболепно выразился он)

Лишен был королевского престола.

БЕКИНГЕМ

Милорд, не выйдете ли? Я – за вами.

Глостер и Бекингем уходят.

СТЕНЛИ

Но мы не выбрали день торжества.

Я полагаю, завтра слишком рано.

Что до меня, я был бы рад отсрочке,

Дабы мог подготовиться вполне.

Возвращается епископ Илийский.

ЕПИСКОП

А где же герцог Глостер?

За земляникой я уже послал.

ХЕСТИНГС

Как весел нынче герцог, как приветлив!

Одушевлен приятной, верно, мыслью, —

Так с нами поздоровался тепло.

Он меньше всех людей в крещеном мире

Любовь и ненависть таить способен.

Что в сердце у него – то на лице.

СТЕНЛИ

И что ж вы по лицу узрели в сердце?

ХЕСТИНГС

Что он ни на кого тут не в обиде.

Иначе бы в глазах прочли мы гнев.

СТЕНЛИ

Отвечу вам: дай бог, чтоб было так.

Входят Глостер и Бекингем.

ГЛОСТЕР

Спрошу вас всех: чего достоин тот,

Кто, замышляя смерть мою, прибег

К бесовским козням, к злому чародейству,

Меня испортил адским волшебством?

ХЕСТИНГС

Известно всем, милорд, как вас люблю я,

И потому в собранье этом первый

Я злоумышленников осужу:

Кто б ни были, одна им кара – смерть.

ГЛОСТЕР

Возьмите же в свидетели злодейства

Свои глаза! Меня околдовали:

Моя рука – вот! – как больная ветка

Вдруг высохла! А напустили порчу

Вдова Эдуарда, гнусная колдунья,

В союзе с мерзкой потаскухой Шор.

ХЕСТИНГС

Ну, если их виной, милорд…

ГЛОСТЕР

Что! Если?

Ты, покровитель непотребной шлюхи,

Глумишься надо мной своими «если»?

Изменник! Голову ему долой!

Клянусь, пока ее я не увижу,

Не сяду есть. – Кончайте, Ловел, Ретклиф! —

Все прочие, – кто за меня, – пойдем!

Уходят все, кроме Хестингса, Ретклифа и Ловела.

ХЕСТИНГС

О, горе, горе Англии – что мне!

Глупец! – я мог бы все предотвратить!

Кабан срывает шлемы – снилось Стенли.

Бежать бы! – но, смеясь, я пренебрег.

Мой конь споткнулся трижды на пути

И заартачился при въезде в Тауэр:

Знать, чуял, что везет меня на бойню.

Теперь и впрямь мне нужен тот священник…

А с тем посыльным как я говорил!

Как ликовал я, что моим врагам

Сегодня в Помфрете резню устроят,

А мой удел довольство и почет.

О Маргарита! Как твое проклятье

Обрушилось на голову мою!

РЕТКЛИФ

Короче! Герцогу пора обедать,

Уж он заждался вашей головы.

ХЕСТИНГС

Мы быстротечных милостей людских

Взыскуем, позабыв Господню милость!

Но ищущему милостей не лучше,

Чем пьянице на корабельной мачте:

Ведь можно от малейшего толчка

Свалиться вниз, в бездонную пучину.

ЛОВЕЛ

Что проку в жалобах? Пора. Идем!

ХЕСТИНГС

О изверг Ричард! О моя страна!

Ужаснейшие дни тебе пророчу!

На плаху? Что ж! Ведите – и ему

Отдайте голову. Пусть поглумятся.

Но будет смех весельчакам не впрок:

Их собственный конец уж недалек.

Уходят.