1–8. Говорится о создании Богом первых людей, их внутреннем достоинстве, власти над окружающей природой; отмечается прирожденность каждому человеку естественного нравственного закона, побуждающего человека стремиться к исполнению святой и совершенной воли своего Творца. (Господь положил око Свое на сердца их, т. е. людей, чтобы показать им величие дел Своих); указывается направление святой, богоугодной жизни человека (да прославляют они святое имя Его и возвещают о величии дел Его).

9–12. Говорится о даровании человечеству, — в восполнение ослабевшего после грехопадения, естественного нравственного закона, — закона откровенного, начертанного ясными, определенными письменами, точно указывающими человеку непреложный путь истинного боговедения и богоугодной жизни. Восприемником откровенного закона Божия был Его избранный народ, которому Господь предложил вступить с Ним в вечный завет (ст. 10; ср. Исх XIX:3–6 [16]), при условии исполнения евреями тех заповедей и законов, которые они приняли от Бога (и показал им суды Свои), во время грозного и славного Синайского законодательства (величие славы видели глаза их, и славу голоса Его слышало ухо их).

24–31. Не бессмертен сын человеческий… а люди все (по плоти) — земля и пепел. Пока человек жив, он должен пользоваться дарованною ему жизнью для прославления своего Творца (ср.7–8 ст.). С телесной смертью для человека прекращается время земных подвигов и прославления в них своего Создателя: от мертвого, как от несуществующего на земле, нет здесь прославления Творцу. Душа умершего нисходит в шеол, но там для нее уже не место богоугодных подвигов, а место мздовоздания за жизнь на земле.

Правда, во время земной жизни, в единении с телом. душа человека испытывает со стороны тела немало препятствий к богопрославлению (о злом будет помышлять плоть и кровь), но зато она имеет здесь немало времени и возможности принести Богу искреннее раскаяние в своих грехах, которое угодно и приятно пред очами Господними. (Как велико милосердиe Γocпода и примирение с обращающимися к Нeмy!).