О пророке Ионе упоминает Четвертая книга Царств в период царствования Иеровоама II (793–753 гг. до Р. Х.) (4 Цар. 14: 25). Поэтому книгу пророка Ионы можно отнести к VIII веку, когда Ассирия и ее столица Ниневия были в самом расцвете. О древности этой книги говорит и ее место среди книг малых пророков.

Пророк Иона призывается Богом, чтобы проповедовать ниневитянам покаяние. Однако Иона уклоняется от повеления Божия и отплывает в Фарсис. Фарсис – это Испания; он ехал далеко на запад, с тем чтобы освободиться от этого повеления.

Почему пытался бежать Иона? Блаженный Феодорит отвечает на этот вопрос так. Иона «решился на оное, потому что, хотя как пророк и знал, что Бог всяческих присущ повсюду и ни одно место не лишено Его промышления, однако же предполагал, что являет Он Свое присутствие в одном только Иерусалиме. Причиною же бегства сего были и не леность и не страх, напротив того, знал он, какие источники милосердия изливая, правит всем Повелевший ему проповедовать; известно ему также было, что, если ниневитяне прибегнут к покаянию, то, несомненно, сподобятся Божия человеколюбия; а посему почел неприличным и пророчеству оказаться ложным, и ему вместо пророка именоваться лжецом. А к сему предположению подавала ему мысль самая проповедь об угрожающем наказании; ему представлялось, что Бог, если бы угодно Ему было наказать, не предвозвещал бы о том. Угроза же наказанием, конечно, есть побуждение к покаянию. Сверх того, предполагал Он, что благопокорность ниневитян, поверивших человеку неизвестному и иноплеменному, послужит к обвинению иудеев, которые тьмочисленным единоплеменным пророкам, подтверждающим пророчества чудотворениям, постоянно пребывают непослушными и не получают от них никакой пользы. Посему‑то пророк не исполнил немедленно повеления, но предался бегству морем, чтобы весьма скоро избавиться от такого служения» [74, т. 29, с. 338].

Корабль попадает в бурю, и корабельщики бросают жребий, с тем чтобы выяснить, по чьей вине это происходит. Когда жребий падает на Иону, его не просто тут же хватают и выбрасывают за борт, но предлагают ему сказать, что же, собственно, он такого наделал. Тогда Иона честно во всем признаётся и говорит:«возьмите меня и бросьте меня в море, и море утихнет для вас»(Иона 1: 12). Видя, что ничего не помогает, они поступают по слову Ионы.

«И повелел Господь большому киту поглотить Иону; и был Иона во чреве этого кита три дня и три ночи»(Иона 2: 1). Основная трудность заключается в том, что, если речь идет об обычном ките, физически это невозможно, поскольку у него узкая глотка. Поэтому высказывается мнение, что вся книга представляет собой вымысел, чисто художественное произведение. Можно попробовать объяснить, как могло такое произойти, начав с того, что в еврейском тексте слово, переведенное как «кит», означает просто большую рыбу без определения ее вида. Но оставим это маловерам. В пользу реальности рассматриваемого события можно привести свидетельство, прозвучавшее из уст Самого Христа. «Но Он сказал им в ответ: род лукавый и прелюбодейный ищет знамения; и знамение не дастся ему, кроме знамения Ионы пророка; ибо как Иона был во чреве кита три дня и три ночи, так и Сын Человеческий будет в сердце земли три дня и три ночи. Ниневитяне восстанут на суд с родом сим и осудят его, ибо они покаялись от проповеди Иониной; и вот, здесь больше Ионы» (Мф. 12: 39–41). Если эта книга – просто притча, литературный вымысел, то выходит, что Христос – еще больший вымысел? А если истинно воскрес Христос в третий день, то и с Ионой произошло все так, как сказано в книге.

Блаженный Феодорит Кирский считал, что «сила чрева претворять вмещаемое в нем, остановлена была в своем действии.<…>Чревом же адовым назвал он китово чрево, потому что и зверь был смертоносен, и пророк по самому естеству дела был уже мертвец, оставался же в живых по единой благодати. А притом как образ Владыки Христа, «в сердцы земли три дни и три нощи» (Мф. 12: 40) бывшего, справедливо говорит о себе Иона, что был он во чреве адовом. И что всего удивительнее, действительно вкусивший смерть сказал о Себе, что три дни и три нощи будет в утробе земли, а видевший над собой только сень смертную китово чрево называет «чревом адовым». Ибо не во власти Ионы была жизнь его: а у Владыки Христа и смерть была вольная, и воскресение в Его же воле. И потому в Евангелии то место, где ад и смерть, наречено сердцем земли, а здесь чрево китово наименовано адом [74, т. 29, с. 341–342].

Иона во чреве кита обращается к Богу с молитвой, которую мы используем в качестве 6–й библейской песни канона на утрене.«И я сказал: отринут я от очей Твоих, однако я опять увижу святый храм Твой.<…>До основания гор я нисшел, земля своими запорами навек заградила меня; но Ты, Господи Боже мой, изведешь душу мою из ада…. А я гласом хвалы принесу Тебе жертву; что обещал, исполню: у Господа спасение!»(Иона 2: 5, 7, 10). После этого«сказал Господь киту, и он изверг Иону на сушу»(ст. 11).

И снова Бог напоминает Ионе о том, что нужно сделать. Он отправляется в Ниневию, проповедует там, говоря, что «еще сорок дней – и Ниневия будет разрушена! И поверили Ниневитяне Богу, и объявили пост, и оделись во вретища, от большого из них до малого» (Иона 3: 4–5).

Господь умилостивился над ними, а Иона крайне восскорбел (Иона 4: 1). Почему? Потому что в результате он оказался лжепророком: он пророчествовал о том, что Ниневия будет разрушена, а пророчество не сбылось. Таким образом, не подтвердилось его пророческое достоинство. Господь вразумляет его явлением растения, которое вырастает и закрывает его от солнца и потом засыхает. Иона огорчается необычайно, что было хорошее растение, которое давало ему тень, и вдруг оно засохло. И Господь говорит ему: если«ты сожалеешь о растении, над которым ты не трудился и которого не растил, которое в одну ночь выросло и в одну же ночь и пропало: Мне ли не пожалеть Ниневии, города великого, в котором более ста двадцати тысяч человек, не умеющих отличить правой руки от левой, и множество скота?»(Иона 4: 10–11).

«Не на пост призрел Бог, но на оставление худых дел; поэтому за покаяние вознаграждает Своим раскаянием, раскаиваясь не нам подобно; потому что Богу не бывает ныне то, а завтра иное угодно. Напротив того, отмену угрозы нарек пророк раскаянием; ибо для того и угрожал Бог. Намереваясь же наказать, не произносил бы угрозы, но наложил бы само наказание», – говорит блаженный Феодорит Кирский [74, т. 29, с. 346].

В пользу подлинности данной книги можно привести еще два соображения. Во–первых, критичность, с которой раскрываются поступки пророка. Такой подход скорее свидетельствует в пользу автобиографического характера книги. Во–вторых, идеи книги весьма далеки от жесткой позиции по отношению к иноплеменникам, характерной для послепленного периода. Однако она была внесена в канон.

Книга пророка Ионы читается целиком в качестве паремии в Великую Субботу.