Примерно в 445 году, через тринадцать лет после прибытия в Иерусалим Ездры, из города Сузы туда прибыл царский виночерпий Неемия, тоже из тех иудеев, которые оставались вне родной земли. Виночерпий – это не винодел, а человек, который заведовал доставкой напитков царскому двору. Напитки – вещь серьезная; если там окажется яд, то будут тяжелые последствия; виночерпий был человеком, облеченным доверием царя, и имел достаточно большую власть, на уровне министра. Неемия получил известия о жизни Иерусалима. Стены Иерусалима так и не были восстановлены. Без стен древний город обойтись не мог, поскольку был беззащитен перед лицом вооруженного нападения. Над иудеями стояли местные правители – иноплеменники, жизнь народа была бедственной. Царский виночерпий отпрашивается у царя Артаксеркса I в Иерусалим, для того чтобы восстанавливать стены города. Это первая жертва с его стороны, поскольку он идет на ощутимое понижение в должности. Перед ним стоит непростая политическая задача, потому что Иудея, являясь частью определенной административной области (с центрами в Ривле и Массифе), имеет своего правителя. Водворение Неемии в Иерусалиме – это фактически создание нового административного центра, что не так просто. Тем не менее Неемии это удается. Взяв письма от царя, он прибывает в Иерусалим с небольшим военным отрядом (Неем. 2: 7–11). Само по себе его прибытие уже вызывает волнение иноплеменников. Поименно перечислены Санаваллат Хоронит, Товия Аммонитянин и Гешем Аравитянин (Неем. 2: 10). Двое последних носят еврейские имена. Возможно, что названы они не по происхождению, а по тем областям, которыми они управляли. Если Гешем и Товия были уклонившимися в язычество израильтянами, то понятна их особенная ненависть к предприятию Неемии. Но тот действует очень быстро. Через три дня после прибытия, ночью, он устраивает осмотр стен и на следующий день начинает восстановительные работы, которые ведутся очень энергично. За счет максимального напряжения сил стены начали быстро расти, во что никто из противников его не верил, а когда поверили, то было уже поздно что‑либо предпринимать. Когда иудеи узнали о возможном нападении, к работам были привлечены все: половина народа охраняла с оружием в руках, половина, положив оружие рядом, отстраивала стены. Иерусалимская стена была отстроена за 52 дня, и город пребывал в некоторой безопасности.

Во время строительства Санаваллат предпринимал попытки выманить Неемию из города и убить, начиная от простого шантажа и приглашений на переговоры, и кончая тем, что подсылал к нему подкупленных лжепророков. Они говорили, что им Бог открыл, что он находится в величайшей опасности, и призывали его бежать и прятаться в Храме, для того чтобы спасти свою жизнь, от чего Неемия отказывается. Повествуя об этом, он говорит: «Помяни, Боже мой, Товию и Санаваллата по сим делам их, а также пророчицу Ноадию и прочих пророков, которые хотели устрашить меня!» (Неем. 6: 14). Из этого видно, что такая беда, как лжепророки, не оставляла израильтян и после плена.

После того как были восстановлены стены, Неемия проводит ряд реформ социального характера. В частности, он обнаруживает, что малая часть народа живет в богатстве, а бóльшая часть вынуждена продавать своих детей в рабство и отдавать в залог поля и виноградники, чтобы иметь возможность себя содержать. Неемия требует ликвидировать все проценты и залоги и простить долги, чтобы одни соплеменники не отягчали других. Сам Неемия не пользовался доходами, которые должен был иметь в силу своего нового положения.

Возрожденный Иерусалим не мог сравниться по количеству населения с Иерусалимом допленным. Иерусалим до плена был очень большим городом. После постройки стены оказалось, что в нем нет достаточного количества людей, чтобы обеспечить дежурство на стенах. Тогда Неемия устраивает перепись народа и одну десятую часть людей, которые обитали в окрестных областях, переселяет в Иерусалим (Неем. 11: 1).