После окончания постройки народ собрался в Иерусалиме и просил Ездру читать им книгу закона Моисеева. По мере того как читается Закон, стоящие рядом левиты его толкуют. Это вызвано отчасти тем, что народ уже не понимает того языка, на котором Закон написан. Отсюда берет начало Таргум – перевод или, точнее, пересказ Священного Писания на арамейском языке. Здесь та же самая причина, по которой некогда появился синодальный перевод Библии: многие уже неспособны были понимать по–церковнославянски. Поскольку это происходит во время праздника Кущей, то готовится все необходимое для него, и начинается празднование.

Чтение Закона продолжается и по прошествии праздника. Народ постится и исповедует перед Богом свои согрешения. Вспомнив в торжественном гимне, воспетом левитами, все главные события Священной истории, признавая себя виновными в отступлении от Завета, иудеи говорят: «И вот, мы ныне рабы; на той земле, которую Ты дал отцам нашим, чтобы питаться ее плодами и ее добром, вот, мы рабствуем. И произведения свои она во множестве приносит для царей, которым Ты покорил нас за грехи наши. И телами нашими они владеют по своему произволу, и мы в великом стеснении. По всему этому мы даем твердое обязательство и подписываем, и на подписи печать князей наших и священников наших» (Неем. 9: 36–38). Совершается восстановление Завета с Богом, под которым подписываются и прикладывают печати Неемия и князья народные. Прочие же люди «вступили в обязательство с клятвою и проклятием – поступать по Закону Божию, который дан рукою Моисея, раба Божия, и соблюдать и исполнять все заповеди Господа Бога нашего, и уставы Его и предписания Его» (Неем. 10: 29).

Некоторые обязательства были выделены особенным образом. Не заключать смешанных браков с иноплеменниками (Неем. 10: 30). Соблюдать субботу и не разрешать иноземным торговцам торговать в Иерусалиме в субботний день; в седьмой год прощать все долги (Неем. 10: 31). Неемия даже распорядился, чтобы в субботу запирали ворота, и иноземные купцы сидели за воротами и ждали наступления следующего дня (Неем. 13: 19–20). Все были обязаны ежегодно вносить по одной трети сикля на содержание храма (Неем. 10: 32), что, кстати, было послаблением по сравнению с законом Моисеевым, предписывавшим вносить половину сикля (Исх. 30: 13). Израильтяне должны были по жребию доставлять дрова для храма. Кроме того, напоминалось об обязанности приносить начатки плодов и посвящать все первородное. Исполнение этих постановлений позволило организовать регулярное богослужение в храме таким, каким оно установлено было Давидом со священниками и левитами, распределенными на свои череды, которые бы не были вынуждены заниматься самообеспечением, а могли бы все свое время посвящать служению.

Через 12 лет своего правления, в 432 году, Неемия уезжает ненадолго к царю Артаксерксу в Персию, а когда возвращается, то оказывается, что десятины не вносятся, содержание на храм должным образом не собирается, поэтому левиты вынуждены обрабатывать землю, чтобы прокормиться. Одну из комнат во дворе храма, являющуюся хранилищем, переоборудовали под жилье аммонитянина Товии, который некогда был одним из главных противников восстановления стен Иерусалимских (Неем. 13: 4–10). Некоторые иудеи взяли себе жен – моавитянок и аммонитянок (Неем. 13: 23). Эти реформы тоже не были вполне необратимыми, овцам трудно было пастись без пастыря. Вернувшись, Неемия восстанавливает прежний порядок. Кроме того, он обнаружил, что некоторые работают в субботу, а иноземцы в этот день привозят товары в Иерусалим. Тогда Неемия поставил своих слуг у ворот города, пригрозив расправой нарушителям. Затем обязанность наблюдения за воротами в субботу была возложена на левитов, поскольку напрямую касалась религиозной жизни народа.