50. 5 октября 1885 г.

Впервые – в кн.: А. П.Чехов. Полн. собр. соч. под ред. А. В. Луначарского и С. Д. Балухатого, т. XI. Фельетоны. М.-Л., 1932, стр. 201–203.

Очерк был запрещен цензурой; текст печатается по гранке, сохранившейся в деле о журнале «Осколки» (ЦГИАЛ, ф. 777, оп. 3, ед. хр. 97, дело начато в 1880 г.).

В издании 1932 г. и вПССПтексту, предназначавшемуся для № 40 «Осколков», предшествует отрывок о мамонтовской опере, который был послан Лейкину позже и появился в № 41, завершив чеховский цикл «Осколков московской жизни» (см. очерк 51*).

Пятидесятый очерк «Осколков московской жизни» был написан Чеховым после пятинедельного перерыва в работе фельетониста. 14 сентября Чехов в письме Лейкину объяснял паузу отсутствием материала. Лейкин соглашался на бо́льшие, чем раньше, интервалы, но требовал регулярности (письмо от 26 сентября –ГБЛ).

Чехов на это ответил 30 сентября: «Посылаю Вам: а) „Осколки моск<овской> жизни“. Как бы ни было, хоть с грехом пополам, но писать их буду и, вероятно, чаще, чем раз в месяц. Дело в том, что они читаются и перепечатываются. Обыкновенно у меня воспевается то, что прозевывается или недоступно для «Буд<ильника>“ и „Развл<ечения>“…» Чехов ожидал, что его «обозрение» появится в № 40 «Осколков», 5 октября. «Последний номер „Осколков“ немножко удивил меня отсутствием в нем „Оск<олков> моск<овской> жизни“, – писал он Лейкину между 6 и 8 октября 1885 г. – Если не поздно, то прибавьте к обозрению еще один куплет» (см. очерк 51*). Лейкин отвечал на это 10 октября: «Случилась беда <…> Целый погром. Цензор все захерил: и Ваших „Зверей“ <…> и „Москов<скую> жизнь“. Последнюю, я думаю, просто из озорничества. Дело в том, что ему был нагоняй за то, что он пропускает слишком резкие статьи в „Осколках“, и именно за № 39 <…> „Московс<кая> жизнь“ захерена просто из озорничества, и когда все уляжется, я попробую послать ее в цензуру еще раз, и она, я думаю, пройдет» (ГБЛ).

На Чехова цензурный погром подействовал, «как удар обухом». «С одной стороны, трудов своих жалко, – писал он Лейкину 12 октября, еще не имея 41-го номера „Осколков“, – с другой – как-то душно, жутко… Конечно, Вы правы: лучше сократиться и жевать мочалу, чем с риском для журнала хлестать плетью по обуху. Придется подождать, потерпеть… Но думаю, что придется сокращаться бесконечно. Что дозволено сегодня, из-за того придется съездить в комитет завтра, и близко время, когда даже чин „купец“ станет недозволенным фруктом».

В докладе цензора Сватковского о статьях для журнала «Осколки» сказано о 50-м очерке «Осколков московской жизни»: «Эта статья не может быть дозволена, как состоящая из обличений, не ограничивающихся простою передачею фактов, но сопровождаемых обсуждением их» (Журнал заседания Санкт-Петербургского цензурного комитета. Октября 9 дня 1885 года. № 41. –ЦГИАЛ, ф. 777, оп. 27, ед. хр. 513, л. 382); эта резолюция цензора повторена и в деле журнала «Осколки».

Стр. 174.Общедоступный театр. – Основан антрепренером Щербинским. Открылся 24 сентября 1885 г. в помещении бывшего Пушкинского театра постановкой драмы Е. Карпова «Тяжкая доля».

Стр. 175.Пока его не требует к священной жертве Аполлон…– Вольный пересказ первой строфы стихотворения Пушкина «Поэт».

Кончат«Смертью Уголино». – Чехов обыгрывает название мелодрамы Н. А. Полевого «Уголино».

…Д. А. Дриль ~ магистерскую диссертацию«Малолетние преступники». – Диссертация была отклонена юридическим факультетом Московского университета на том основании, что она «слишком много черпает из психиатрии и других медицинских наук»; при обсуждении диссертации в Харьковском университете 22 сентября 1885 г. это же было поставлено автору в заслугу («Диспут Д. А. Дриля в Харькове» – «Русские ведомости», 1885, № 266, 27 сентября, без подписи). Сочетание юридического и медицинского аспекта представляло для Чехова, видимо, особый интерес.

Стр. 176. «И от„Жизни“ничего не жду я…» – Каламбурно обыграна строка из стихотворения Лермонтова «Выхожу один я на дорогу»: «Уж не жду от жизни ничего я…».