Можно много сказать о личности Иисуса из Назарета, какой она предстает перед нами на страницах Евангелия. Он — влиятельный проповедник, провозглашающий Царство Небесное, учащий любви к ближнему и проявляющий ее, поражающий человеческое воображение притчами, которые преследуют ум настойчивыми вопросами об условности приоритетов, приглашающий изгоев общества в свою компанию, не боясь скомпрометировать свое доброе имя, дарующий сострадание и исцеление тем нуждающимся, которые сталкивались с ним. Нужно еще добавить: тот, кто гневается на упрямство отворачивающихся от истины, тот, кто осуждает лицемерие и предостерегает о суде, надвигающемся на город Иерусалим, тот, кто произносит суровую фразу: «Предоставь мертвым погребать своих мертвецов» (Мф 8:22).

Все это делает Иисуса значительной фигурой, с которой надо считаться, но это не выделяет его из ряда других великих религиозных деятелей, таких как Моисей, Мухаммад и Будда. С точки зрения истории религии, уникальна не жизнь Иисуса, а его смерть. Все остальные великие основатели мировых религий умерли в преклонном возрасте, окруженные почтительными учениками, которые продолжили делоУчителя. Иисус же был казнен в середине жизни, покинутый учениками, и на первый взгляд потерпел полное поражение.

Смерть Иисуса

Распятие было мучительной и обычно медленной казнью, которой римские власти предавали уголовных преступников и мятежных рабов. Распятие вызывало особенный ужас у правоверных иудеев, поскольку стих Второзакония (21.23) «всякий, висящий на дереве, проклят Богом», казалось бы, говорил о богооставленности умирающих этой смертью. Именно такой смертью умер Иисус. Все его последователи, кроме нескольких смелых женщин, разбежались, а Петр, их лидер, был в такой панике, что отрекся три раза даже от того, что знал Иисуса. Рассказывая о событиях в Гефсиманском саду, евангелисты говорят о том, что Иисус принял такой конец со смешанными чувствами сопротивления и покорности. Из мрака самого креста доносится вопль богооставленности: «Боже мой, Боже мой, для чего ты меня оставил?» Эта фраза настолько резка и значительна одновременно, что ее понадобилось записать также на арамейском (Мк 15:34) или еврейском (Мф 27:46).

Смерть Иисуса — событие очень неоднозначное. Была ли она лишь смертью праведника, того, кто, как очень многие добродетельные люди до него и после него, был в конце концов побежден системой? Или это был конец человека, одержимого манией величия, того, кто попытался направить руку Господню, и только под конец понявшего свою жестокую ошибку? Была ли его смерть просто одним из тех печальных инцидентов, что постоянно происходят в этом несовершенном мире?

С самого начала последователи Иисуса утверждали, что его смерть не была одним из таких случаев, но что распятие было великим актом воссоединения Бога с человечеством через Спасителя. Голгофа — не место поражения, но место победы и надежды всего человечества. Согласно весьма парадоксальным и ироничным словам Евангелия от Иоанна, крест был троном, на котором вознесся Помазанник Божий, а час распятия был часом славы Сына Человеческого (Ин 12:23, 32). Эти поразительные утверждения могут быть истиной, поскольку с самого начала последователи Иисуса верили, что Бог пролил свет на тайну распятия, воскресив Иисуса из мертвых. Смерть не была его концом. От того, истинно это или ложно, зависит все христианское понимание Бога и его целей, связанных с Иисусом из Назарета.

Воскресение Христа

Для оценки правдоподобия факта воскресения потребуются два вида аргументации. Одна — снизу, основанная на поиске исторических свидетельств, которые могут подтвердить веру, противоречащую всем ощущениям, основанным на здравом смысле. Другая — сверху, основанная на оценке того, может ли идея воскресения Христа найти свое место среди других имеющихся у нас идей о божественных путях и целях. Итак, два основных вопроса, на которые мы должны ответить, — это «Какие есть тому свидетельства?» и «А имеет ли это смысл?» Сначала рассмотрим вопрос об исторических свидетельствах.

Воскресение не следует рассматривать лишь как оживление, возвращение к жизни тела, обреченного снова на смерть. Скорее это трансформация того, кто умер, в новое состояние прославленной и вечной жизни. Воскрешенный Христос уже не ограничен рамками истории, однако его воскресение могло оставить в истории некий след. Поиск такого следа включает в себя несколько этапов.

Что–то должно было произойти, чтобы побежденные и деморализованные апостолы Страстной пятницы превратились в уверенных провозвестников Царства Христова всего несколько недель спустя. А ведь многие из них должны были умереть за эту веру. В чем бы ни заключалась эта трансформация, она должна была быть очень значительным событием, если вызвала полную перемену отношения к Иисусу.

Самое ранее из доступных нам свидетельств о том, что это была за трансформация,—это Первое послание св. Павла к Коринфянам.В нем он напоминает о том, чему он учил их, когда основывал их церковь, включая утверждение, что Иисус «воскрес в третий день» (1Кор 15:4). Он прибавляет к этому заявлению список свидетелей, говоривших, что они видели воскресшего Христа, и многие из этих людей были в тот момент еще живы. По словам св. Павла, он «преподал» коринфянам то, что «сам принял», вероятно, после своего обращения на дороге в Дамаск — а оно случилось лишь через несколько лет после распятия. Таким образом, это свидетельство относится к самому началу существования христианской общины, и оно близко по времени к тем событиям, о которых повествует.

Чтобы узнать о том,как выглядел воскресший Христос,нужно обратиться к Евангелиям. Здесь мы находим большую разницу в деталях, как самой внешности, так и места, в отличие от более или менее согласованного описания всеми евангелистами событий, предшествующих распятию. Однако есть один общий и неожиданный момент, присутствующий во всех Евангелиях, а именно, что воскресшего Христа было сложно узнать — осознание того, что это именно он, после первоначальной неспособности понять, кто это. Этот очень настойчиво повторяющийся мотив «неузнавания» можно понимать как указание, что это были реальные исторические события.

Все четыре Евангелия,различаясь в небольших деталях,содержат рассказ о пустой гробнице,которую обнаружили женщины наутро в воскресенье Пасхи. Римляне обычно хоронили казненных на кресте в общей безымянной могиле, поэтому правдивость этого рассказа была подвергнута сомнению. Однако в иудейской полемике по поводу христианского утверждения, что воскресение было на самом деле (а эту полемику можно проследить до I века н. э.), никогда не отрицается, что гробница все–таки была. Иудейский аргумент состоит в том (а это совершенно невероятно), что апостолы просто украли тело, чтобы ввести всех в заблуждение.

Другим источником сомнений является тот факт, что в писаниях Павла (которые по времени предшествуют Евангелиям) нет никакого ясного свидетельства о пустой гробнице. И все же, в кратком пересказе обсуждаемых нами событий в Первом Послании к Коринфянам находится место для слов о том, что Иисус «был погребен», что говорит о значительности этих слов. Многие считают, что иудей I в. н. э., каким был св. Павел, не мог одновременно верить в то, что Иисус жив (во что он, без сомнения, верил), и в то, что его тело гниет в могиле. И, наконец, если это только сказка, сочиненная последователями Иисуса, то зачем именно женщины, которые не могли считаться официальными свидетелями в древнем мире, были названы теми, кто обнаружил пустую гробницу? Не говорит ли это о том, что так было на самом деле?

Некоторые аспекты жизни церквидают косвенные свидетельства истинности утверждения о воскресении, например выбор первого дня недели специальным христианским днем (вместо седьмого дня, еврейской Субботы) согласуется с верой в то, что этот день был днем Воскресения Господня. Со времен Нового Завета христиане стали говорить о Христе как о живом современнике, а не как о почитаемом основоположнике из прошлого.

Таковы аргументы, дающие веские основания верить в воскресение. Они представлены здесь кратко, но их можно развивать дальше. Можно также добавить, что если бы Иисус на самом деле не воскрес, вряд ли бы мы знали о печальном конце его жизни. Однако отношение к этим свидетельствам зависит также и от ответа на второй из поставленных выше вопросов. Итак, мы должны выяснить, «Имеет ли это смысл?» В качестве ответа можно привести несколько пунктов:

• имеет смысл то, что Бог не оставил того, кто всецело предал себя его божественной воле, а оправдал его веру, вернув его из могилы;

• имеет смысл то, что жизнь Иисуса не закончилась поражением, но ее кульминация — принятие крестных мук — принесла в итоге победу над всеми разрушительными силами, которые могут помешать человеку выполнить его предназначение;

• имеет смысл то, что Иисус еще до конца истории испытал то, что каждый испытает после ее конца. Павел писал к коринфянам: «Как в Адаме все умирают, так во Христе все оживут» (1 Кор 15:22). Глубокое человеческое чувство надежды, бросающее вызов смертности, — часть свойственного человеку стремления к совершенству, и в факте воскресения Христа она находит свое оправдание. Мы еще вернемся к данной теме в этой главе. Воскресение Христа — не такое событие, которое может быть подтверждено после того, как оно произошло, или понято непосредственно. Но если оно действительно случилось, это самое значительное событие в истории, и оно также свидетельствует, кем Христос был на самом деле. Если этого на самом деле не происходило, христианство заблуждается или сводится к благочестивому мечтанию о том, как было бы хорошо, чтобы оно было так. Сложно в точности сказать, что понимается под словом «происходило» в отношении настолько уникального события, но его значение зависит от того, истинно или ложно фундаментальное для христианства утверждение, что «Иисус жив». Конечно, скептиков нельзя убедить против их воли, но существуют серьезные исторические и богословские основания для веры в это. Эта вера разделяется и автором данной книги.