Не все религиозные традиции можно назвать теистическими. Теравада–буддизм по большей части агностичен, а понятие нирваны играет в нем примерно ту же основополагающую роль, что Бог в других религиях. И все же, все религиозные традиции характеризуются связью со сферой духовного опыта, какая бы разница ни существовала в описаниях и толкованиях этой сферы. Это, видимо, объединяет все традиции в общей для них встрече с божественным (которое понимается как реальность, превосходящая все сиюминутное и земное). Мы уже отмечали сходство описания мистического опыта, из какой бы традиции он ни происходил, в меньшей степени это верно для сверхчувственного опыта. Когда убежденные и серьезные последователи разных религиозных традиций встречаются друг с другом, они часто могут распознать аутентичность духовного опыта другого, несмотря на все лингвистические различия, присутствующие в описании.

Мировые религиозные традиции можно понимать как хранилища свидетельств против редукционистского, материалистического, взгляда на реальность. Все они предлагают некие возможности совершенствования, которое можно найти в духовной реальности. Однако, если мы попытаемся поподробнее узнать о характере этого совершенствования, сразу станет очевидным ошеломляющее разнообразие описаний.

Сравнение осложняется и значительными отличиями, характеризующими каждую традицию в отдельности, а также разным культурным контекстом, в котором каждая традиция находит свое классическое выражение. Упрощающие описания, такие как заявление, что религии авраамовой традиции — мироутверждающие, а восточные религии — мироотрицающие, конечно, в грубой форме выражают реальную разницу в тех аспектах, которым придается особое значение. Но, с другой стороны, это противоречит традиции бодхисатв (просветленных, которые откладывают свое погружение в нирвану, чтобы помочь тем, кто все еще остается в мире, тоже стать просветленными) в буддизме и христианской традиции отцов–пустынников (чей невероятный аскетизм приводил к отвержению ими нормальной человеческой жизни). Культурные различия делают процесс перевода писаний разных религиозных традиций делом очень сложным и деликатным, что еще больше усложняет проблему взаимопонимания. Но, несмотря на все вышеозначенные предупреждения, нам все же кажется возможным попытаться найти основные моменты разногласия между традициями.

Человеческая личность.Религии авраамовой традиции согласны в том, что каждый человек обладает высочайшей значимостью в глазах Бога. В древнем Израиле было сильное чувство семьи и рода (отцы и дети жили вместе, говоря патриархальным языком этой культуры), но с пророками Исхода, такими как Иезекииль, пришло понимание индивидуальной значимости и ответственности, а позже — понимание индивидуальной вечной участи после смерти. Согласно Евангелию, Иисус утверждал, что Бог настолько заботится о каждом человеке, что у него «и волосы на голове все сочтены» (Мф 10:30).

Восточные религиозные традиции, с другой стороны, и особенно буддизм, видят личность, в конечном счете, как иллюзию, от которой нужно искать освобождения, поскольку привязанность к индивидуальности — источник страдания. В отличие от христианского поиска очищения, ведущего к правильности желаний (а именно, страстному стремлению души к Богу — основополагающий тезис Августина), цель буддизма — просветление, ведущее к отсутствию желаний.

Природа времени.Существуют и различия в восприятии времени, тесно связанные с различиями в восприятии личности. Авраамова традиция характеризуется ярко выраженным линейным восприятием времени, сравнимым с образом тропинки, по которой шагает странник. В восточных религиях, с другой стороны, время понимается как нечто более цикличное, периодически повторяющееся. Это понимание связано с доктриной перевоплощения — реинкарнации, такой, кажется, ясной, для восточного ума и ставящей в такой тупик ум западный. Те, кто привязаны к иллюзии личности, обречены жить целую череду жизней, поскольку колесо сансары (олицетворяющее реинкарнацию) постоянно вращается. И так будет до тех пор, пока они наконец не найдут выхода из этого бесконечного круговорота.

Страдание.В пределах цикличности сансары судьба человека на каждом повороте колеса определяется кармой — следствием добра и зла, принесенного из прошлой жизни. Эта концепция обеспечивает готовое, хотя и непроверяемое, объяснение страданий, которые человеку приходится испытывать в настоящем. Страдание — отработка плохой кармы, приобретенной в прошлой жизни. Для последователя восточных религий проблема страдания в конце концов решается анаттой (безличием) и приносимым ею освобождением из колеса сансары.

В религиях авраамовой традиции страдание совершенно реально, и оно никоим образом не является следствием зависимости от иллюзии. Начиная с Книги Иова, этим религиям приходилось сталкиваться с большими затруднениями по этому поводу. Мы уже частично обрисовали христианское понимание данной проблемы (глава 6, «Христология», подразделСовременные идеи),когда сосредоточили внимание на распятии Христа.

ИсторияРелигия, ориентированная на достижение просветления, — это религия, чье основное внимание сосредоточено на вневременных истинах. Это может пролить свет на историю. Ганди очень высоко ценил учение Христа, например Нагорную проповедь, но говорил, что ему безразлично, жил ли Христос на самом деле. Христианство привержено историческому своеобразию жизни, смерти и воскресения Христа, так же, как иудаизм, — спасению Агнца Божьего из Египта, а ислам — жизни Мухаммада и передаче ему Корана. Религии авраамовой традиции объединяет существенная для них связь с историей, соответствующая их линейному, поступательному ощущению природы времени, в котором происходили фундаментальные для них события откровения.

Монизм.В религиях авраамовой традиции делается упор на четкое различие между Творцом и творением. Вселенная и Бог — не одно и то же. Восточные религии монистичны в утверждении первичного единства всей реальности, включая божественную. Говоря в терминах адваитической традиции индийской мысли, Первичное — это ниргуна Брахман, реальность, не имеющая качеств, хотя религиозная практика делает уступку и говорит о сагуна Брахман — реальности, обладающей качествами. Монизм подчеркивает утверждение об исходной иллюзорности личности, поскольку все мы — только капли в океане бытия. В этой области опасность непонимания между религиями повышается, учитывая разные культурные и философские традиции и различные языковые способы их выражения. С другой стороны, фундаментальные разногласия, по–видимому, действительно имеют место.

Наконец, нужно заметить, что помимо наличия общих черт в религиях авраамовой традиции также наблюдаются серьезные расхождения, и в немалой степени это касается их оценки Иисуса из Назарета. Ислам расценивает его как одного из пророков, второго после Муххамеда. Многие иудеи признают его выдающимся представителем своего народа, хотя и не Мессией. Но ни ислам, ни иудаизм не признают христианской веры в его божественный статус.