Межрелигиозный диалог хорош тем, что может дать объемный взгляд на ту или иную проблему, т. к. эта проблема рассматривается с разных точек зрения. Что можно увидеть таким образом, когда в зоне внимания семья и дети?

Так случилось, что я в какой–то степени оказался приобщен к проблематике иудео–христианского диалога. Иудеи, надо сказать, в значительной своей массе вовсе не собираются признавать Иисуса Христа Мессией Израиля. Максимум, на что готов «официальный иудаизм» — это на некоторый диалог, в ходе которого можно так или иначе сопоставлять «два Завета». И вот в этом сопоставлении обычно выявляются некие весьма существенные различия. Различий этих довольно много, и одно из них касается того, какой из Заветов считать, если так можно выразиться, главным. Христиане обычно говорят, что Ветхий Завет (а соответственно и всё иудейско–библейское наследие) — это лишь путь к Новому Завету, в котором если уж происходит не завершение Божественного откровения, то, во всяком случае, является большая полнота. А «вредные иудеи» говорят, что нет: это христианский Завет — лишь дверь, ведущая в Иудаизм (Ветхий Завет). Основные откровения там.

Про Новый Завет и христианские откровения нам, христианам, более–менее известно. А что это за такие «ветхозаветные откровения», о которых христиане не знают?

Заметим, что далеко не всегда в Ветхом Завете громким словом «откровение» обозначаются те или иные нюансы жизни человека, вовлеченного в пространство богообщения. Например, «откровение о семье», т. е. о некоем онтологическом единстве мужчины и женщины с вытекающей отсюда заповедью «не прелюбодействуй», можно и не счесть за откровение. Тем более, что Новый Завет довольно красноречиво семье по плоти противопоставляет семью по духу: «И отвечал им: кто матерь Моя и братья Мои? И обозрев сидящих вокруг Себя, говорит: вот матерь Моя и братья Мои; ибо кто будет исполнять волю Божию, тот Мне брат, и сестра, и матерь» (Мар. 3:33–35). Кстати, из этой фразы Иисуса иногда выводят ту мысль, что семья и родовые отношения в Новом Завете уходят на задний план, а на передний план выходит христианская община и духовные, а не родовые отношения внутри этой общины. Налицо некая коллизия, которая усугубляется тем обстоятельством, что становится непонятно, что делать с детьми, которые могут появиться в семьях, оказавшихся внутри христианской общины.

В рамках представленной «новозаветной антропологии» возможны, по сути, два варианта ответа: первый — это попытаться совсем отказаться от детей (так или иначе это достижимо только в монашестве — предельной форме несемейной жизни), и второй вариант — посвящать детей (если не всех, то хотя бы некоторых) Богу, причем, что понимается под таковым посвящением, ещё нужно специально разбираться (в XIX–ом веке в России кое–где существовала практика одного из сыновей отдавать в монастырь). Надо сказать, что монашеское христианство, а также христианство духовных движений и братств, терпимо вообще относясь к семейной жизни, всё–таки считает путь одинокого служения более богоугодным.

Что же по поводу этого может сказать иудаизм (а с ним вместе и весь Ветхий Завет)? Да, в общем–то, одну простую вещь, а именно: отношения в семье, а, следовательно, отношения между мужем и женой должны быть не только плотскими и родовыми, а ещё и духовными. История из книги Бытия об Адаме и Еве, по сути, ставит задачу обретать «семье по плоти» общение с Богом. И только через обретенное богообщение возможна гармоничная полноценная жизнь супругов друг с другом и окружающим миром. Также и с детьми. Дети — это дар Божий, и как каждый дар, они должны быть посвящены Богу, т. е. отданы Ему обратно в некоем жертвенном акте. И через этот жертвенный акт отношения с детьми, также как и в случае отношений между супругами, становятся не только родовыми, но и обретают духовное измерение. Прообраз таких чистых, избавленных от родового эгоизма отношений — отношения Авраама и Исаака после событияАкеды(жертвоприношения Исаака). Отношения Авраама и Исаака — это не только отношения отца и сына, но ещё и отношения двух членов народа Божьего. Идет ли в этом случае речь о каком–то особом посвящении Исаака? Нет. Просто противопоставление семейно–родовых и духовных отношений стирается. Конечно, это еще «ветхозаветное откровение», но христианам нет особой нужды от него отказываться.

Октябрь 2011 г