Вот теперь я и перейду к выяснению главного смысла праздника. Не легко это дается. У святых отцов многократно отмечается, что крещение Христово, — как, впрочем, и все во Христе, от рождения до вознесения Его, — есть великая тайна… Поэтому и мы скажем, елико можем.

Вон даже и Иоанну Крестителю Господь не стал объяснять, почему Он должен креститься от него. И только, когда он смиренно сознавался: мне надо креститься от Тебя, и Ты ли приходишь ко мне?… сказал ему в ответ: оставь теперь; ибо так надлежит нам (с тобой) исполнить всякую правду (Мф. 3, 14—15). Вот какой сокровенный ответ! В самом деле, все же остается вопрос: почему это было нужно? и какую всякую правду Им надлежало исполнить? Так поступил Господь с Иоанном. Однако же теперь, когда совершилось (Ин. 19, 28, 30) уже все «домостроительство» спасения нашего, нам нужно попытаться вскрыть смысл крещения Господня, сколько можем. И теперь нам в этом помогут и богослужебные книги, и отеческие проповеди, и даже церковные обычаи.

Мне не сразу открылся основной смысл крещения Господня. Но когда я прочитал проповеди святого мученика Ипполита, папы Римского[8](† 235), а особенно отца Иоанна Кронштадтского († 20 декабря ст. стиля 1908 г.) в неделю по Просвещении{9}, сразу озарил меня свет — и все стало ясно.

Но прежде чем говорить об этом свете, сначала нужно раскрыть о тьме, которая лежала до крещения Господня на всем ветхозаветном мире и доселе лежит на язычниках, неверующих и на не кающихся грешниках. Для этого я прежде всего сошлюсь на апостола Павла.

Вот что тогда было.

Открывается гнев Божий с неба на всякое нечестие и неправду человеков, подавляющих истину неправдою; ибо, что можно знать о Боге, явно для них, потому что Бог явил им; ибо невидимое Его, вечная сила Его и Божество, от создания мира и через рассматривание творений, видимы, так что они безответны.

Но как они, познавши Бога, не прославили Его как Бога, и не возблагодарили, но осуетились в умствованиях своих, и омрачилось несмысленное их сердце; называя себя мудрыми, обезумели; и славу нетленнаго Бога изменили в образ, подобный тленному человеку, и птицам, и четвероногим, и пресмыкающимся, то и предай их Бог, в похотях сердец их, нечистоте, так что они сквернили сами свои тела. Они заметай истину Божию ложью и поклонялись и служили твари вместо Творца, Который благословен во веки. Аминь.

Потому предал их Бог постыдным страстям: женщины их изменили естественное употреблете противоестественным; подобно и мужчины, оставивши естественное употребление женскою пола, разжигались похотью друг на друга, мужчины на мужчинах делая срам и получая в самих себе должное возмездие за свое заблуждение.

И как они не заботились иметь Бога в разуме, то предал их Бог превратному уму делать непотребства, так что они исполнены всякой неправды, блуда, лукавства, корыстолюбия, злобы; исполнены зависти, убийства, распрей, обмана, злоправыя; злоречивы, клеветники, богоненавистники, обидчики, самохвалы, горды, изобретательны на зло, непослушны родителям, безрассудны, вероломны, нелюбовны, непримиримы, немилостивы.

Они знают праведный суд Божий, что делающие такие дела достойны смерти; однако не только их делают, но и делающих одобряют (Рим. 1, 18 — 32).

Таково было язычество: безбожие, идолопоклонство, животнопоклонение, небывалая срамота, злоба, гордыня и проч. И в заключение всего — даже одобрение делающих беззакония!.. Одобрение беззаконников! Подумать только!

Но был ведь и другой мир, по видимому — иной: мир «избранного» Богом народа, мир иудеев. Они почитали истинного Бога, не общались с язычниками, не впускали их в храм свой, имели обрезание, славились законом, были и святые у них: Моисей и пророки; и мудрецы; и религиозные братья Маккавеи, и целомудренные Сусанны, и праведные Симеон и Анна. Но вот как характеризует их апостол:

Скорбь и теснота всякой душе человека, делающего злое: во–первых, иудея, потом и эмина (язычника)… Те, которые, не имея закона, согрешили, вне закона и погибнут; а те, которые под законом согрешили, по закону осудятся (Рим. 2, 9, 12).

За что же осудятся они? Ведь они были верующими, да еще обрезание и закон имели от Моисея? На это апостол так отвечает:

Вот ты называешься иудеем, и успокаиваешься законом, и хвалишься Богом, и знаешь волю Его, и разумеешь лучшее… и уверен о себе, что ты путеводитель слепых, свет для находящихся во тьме, наставник невежд, учитель младенцев, имеющий в законе образец ведения и истины. Как же ты, уча другого, не учишь себя самого? Прошведу я не красть, крадешь? говоря: «не прелюбодействуй», прелюбодействуешь? гнушаясь идолов, святотатствуешь? Хвалишься законом, а преступлением закона бесчестишь Бога? Ибо ради вас имя Божие хулится у язычников (Ис. 52, 5; Иез. 36, 20). Обрезание полезно, если исполняешь закон; а если ты престутик закона, то обрезание твое стало необрезанием… и необрезанный по природе не осудит ли тебя, преступника закона при Писании и обрезании? Ибо не тот иудей, кто такое по наружности, и не то обрезание, которое наружно, на плоти; но тот иудей, кто внутренно такое, и то обрезание, которое в сердце, по духу, а не по букве: ему и похвала не от людей, но от Бога. Итак, какое преимущество быть иудеем, или какая польза отобрезания? (Рим. 2, 17 — 29; 3, 1).

Итак, что же? Имеем ли мы преимущество? Нисколько. Ибо мы уже доказали, что, как иудеи, так и эллины, все под грехом (Рим. 3, 9).

Таким образом, иудеи были лишь лицемерные обрядоверы и, имея закон, подлежали большему осуждению.

Если кто хочет подтверждения этой вины и из исторических источников, тот пусть обратится и туда, и он увидит, как духовно опустился иудейский народ! Постоянные восстания, политическая борьба, революции, — вот картина жизни пред Христом. Наконец, Иудея подпала под власть Рима: ему, — как и прежде другим, — надоели эти постоянные возмутители общественной) спокойствия, и с ними решено было покончить. В 70–м году по Рождестве Христовом Иерусалим был взять римлянами и разрушен. Но и это не уничтожило буйного народа: неспокойный элемент везде давал поводы к восстанию против евреев.

Есть еще и третья «держава»{10}, лежавшая в основе тех народов, — держава диавольская. Некоторым нежелательно верить в нее. Пусть! Но она — есть! Эта держава начала свою власть в мире после того, как первые люди своим непослушанием в раю захотели освободить себя от власти Божией над ними. И Адам ссылался на жену Еву, данную ему Богом; Ева же — на змия, вместо того чтобы обоим смиренно покаяться в грехе непослушания и тем получить себе милосердное прощение. Ведь покаяние есть утверждение правды Божией, а потому оно свидетельствует о правильности духовной основы падшего человека и заслуживает помилования и прощения. Но первые люди, вместо покаяния, встали на путь самооправдания; следовательно, они не себя обвинили, а Бога, и, значит, заявили себя врагами Божиими. Что же оставалось делать с ними? Удалить их от Себя. Да они сами уже удалились своим самооправданием и должны были оставить рай послушания Богу и теперь — подчиняться тому, кого уже послушались и продолжали слушаться своим самооправданием, то есть соблазнителю, искусителю, богоборцу — диаволу.

Как свободные, они вольны были избрать себе желаемый путь мнимой свободы, а в сущности — повиновения врагу Божию, который уже прежде их отпал от Бога с множеством небесных духов. И когда Господь создал вместо них невинных людей, то враг, по зависти своей к ним, и задумал их соблазнить на свой путь противления Богу. И, соблазнив их, приобрел в свою власть новых подданных, тоже уже испорченных, падших людей с их наследниками, с теми же задатками непослушания, самости, озлобления, богоборчества, о чем мы уже слышали от апостола Павла. И он сам сначала был гонителем христиан и Христа, пока до него не коснулась милость Божия и не явилась ему на пути его новых намерений — гнать христиан и в Дамаске.

И люди, с прародителей, впали в плен диаволу. А что есть его держава, это видно из Священного Писания и из горького опыта жизни человечества. У апостола Павла читаем, что Господь для того и пришел на землю, чтобы смертию Своею лишить силы имеющего державу смерти, то есть диавола (Евр. 2, 14).

То же самое говорит и апостол Иоанн: Для сего–то и явился Сын Божий, чтобы разрушить дела диавола (1 Ин. 3, 8). И когда диавол искушал Господа в пустыне, то показал Ему все царства мира и славу их, и говорит Ему: все это дам Тебе, если, падши, поклонишься мне (Мф. 4, 8—9). Дать кому–либо можно лишь то, что принадлежит тебе: иначе как будешь распоряжаться чужим, а не своим? И Сам Господь называет диавола «князем мира сего» (Ин. 12, 31; 14, 30; 16, 11). И Церковь часто говорит в своих богослужениях о «смертной державе» его.

А какова была сила его над людьми, видно и из того, что он покушался прельстить Самого Господа (см.: Мф. 4, 2 — 11); и в Евангелии указывается множество случаев изгнания Господом из людей и бесов. И с какою властью, безбоязненностью и силою! Я всегда удивлялся этому. И со Христом — мы сильны. Опыт же жизни истории человечества говорит нам, что без Него, без Христа, бесы имели и доселе имеют страшную силу над человеком.

Сообщу о том, что слышал я от английского миссионера в Лондоне: «Кто не был среди язычников, тот не знает еще силы диавола над некрещеными. И лишь там, среди них, видишь воочию его господство». Да так и должно быть! Не иначе! Без Христа Спасителя род человеческий находился в плену у диавола. И для исхищения от этого плена и нужен был Избавитель (Рим. 11, 26). Он не мог быть человеком, так как сам подлежал бы освобождению; не мог быть и ангелом, ибо и пленитель–диавол сам был ангелом. Избавителем мог быть лишь Всесильный Господь Бог. И Он был послан Отцом Небесным для этого. Но не сразу после падения прародителей. А прошло несколько тысяч лет. Для чего? — Для того, чтобы люди сами узрели, до какой степени падения может дойти человек без Божией помощи и что нет иного помощника, кроме Господа!

И вот это время пришло… Для этого воплотился Сын Божий.

Это мы и праздновали на Рождество Христово. Славное было это празднество! Но мы, христиане, радуемся этому только теперь. А во время воплощения и рождения Христа Спасителя об этом могли знать лишь немногие. И, когда Христу исполнилось уже тридцать лет, приспело время началу избавления. Для этого и пришел Господь на Иордан; а Иоанн пришел из пустыни.

Теперь мы оставим вопрос о том, почему Господь начал Свое служение с крещения… Об этом будем беседовать после.

Здесь же сосредоточимся на мысли о том, КАКОВА БЫЛА ЦЕЛЬ ЕГО ПРИШЕСТВИЯ? Для этого мы и остановились так надолго на предшествующей состоянии мира пред Христовым явлением. Апостол Павел пишет к ефесянам: Каждому из нас дана благодать по мере дара Христова. Посему и сказано: восшед на высоту, пленил плены дал дары человекам (Пс. 67, 19). А «восшел» что означает, как не то, что Он и нисходил прежде в преисподние места земли (Еф. 4, 7 — 9). А «пленить плен» означает освобождение плененных, отнятие их у пленивших. Пророк Исайя задает такой вопрос: может ли быть отнята у сильныя добыча? И могут ли быть отняты у победителя взятые в плен? И сам отвечает: Да! так говорит Господь: и плененные сильным будут отняты, и добыча тирана будет избавлена; потому что Я буду состязаться с противниками твоими и сыновей твоих Я спасу (49, 24 — 25).

Необходимо было, чтобы спасать человечество явился Сам Господь: …всякая плоть узнает, что Я — Господь, Спаситель твой и Искупитель твой, Сильный Иаковлев (ст. 26).

Да! освободить пленников от победителя–диавола мог только Сын Божий, Бог. Для этого Он и пришел, и воплотился. Для этого Он и открывается теперь крещением на Иордане. Много смыслов Крещения Господня.

Но мы теперь подробнее остановимся на самом существенном, на том именно: какая ЦЕЛЬ пришествия Христова?

Ныне — начало восстановления погибавшего Царства Божия. Доселе оно было похищено врагом Божиим, а теперь пришло, приблизилось время быть Царству Божию (Мф. 3, 2; 4, 17; 10, 7; Мк. 1, 15; Лк. 10, 9, 11).

Читающий Евангелия и Деяния не может не обратить внимания на то, как часто в них употребляется это слово: «Царство»… Даже и в молитве Господней мы постоянно читаем: «Да приидет Царствие Твое»; «Яко Твое есть Царство». Блаженное, славное, Божественное, сверхъестественное бытие! В Боге оно — Божье, а в нас — по благодати, по дару Святого Духа, — следовательно, благодатное Царство. Таково оно и было в раю, в прародителях.

— Это Царство Мое, — сказал Господь Пилату, — не от мира сего.

— Итак, Ты Царь? — недоуменно спрашивает Пилат, не зная никакого царства иного, кроме земного.

— Я — царь. Я на то родился (на земле) и на то пришел (с неба) в мир, чтобы свидетельствовать об истине; всякий, кто от истины, слушает гласа Моего (Ин. 18, 36, 37).

В чем истина? Скептика Пилата ничуть не интересовал какой–то философский вопрос: что есть истина? И он, не дожидаясь ответа от Господа, опять вышел к иудеям и сказал им: я никакой вины не нахожу в Нем (ст. 38).

Но он напрасно отнесся легкомысленно к слову «истина». Пилат подумал, что Христос — безвредный мечтатель, и только. Но знающий Господа мог ли так отнестись к Его слову? — Никак! Что же оно значит? И кажется, что оно совсем не вяжется с словом «Царство». На самом деле — не так. Есть два мира: один — подлинный, другой — призрачный. Еще Царь Давид, который уж и по опыту своему знал, что такое — царство, сказал о нем унизительно: Подлинно… человек ходит подобно призраку; напрасно он суетится, собирает сокровище и не знает, кому достанется оно. Подлинно, совершенная суета — всякий человек живущий (Пс. 38, 6 — 7). А если «призрачен» сам человек, то тем паче — земной мир, которым он пользуется как средством. Где же тогда мир настоящий, подлинный? О нем и говорит Царь Давид: Век мой — как ничто (нуль, — говорим мы теперь) пред Тобою. А потому, Ты скажи мне, Господи, кончину мою (ст. 5, 6): там лишь у Тебя и в Тебе — истинная жизнь вечная (1 Ин. 5, 20). Ты Сам открыл имя Свое: Я есмь Сущий! так скажи сынам Израилевым: Сущий послал Меня к вам (Исх. 3, 14).

В собственном, истинном, смысле — только Один Бог истинно существует! А все прочее существует постольку, поскольку Он есть и дает всему бытие. В Нем подлинная жизнь. В Нем и подлинное Царство. Вот это — истина. А что Пилат и евреи считают таковою, это — «призрак», не подлинная жизнь.

Христос пришел проповедовать об истинной жизни, об истинном, Божием Царстве; а земное — падшее, испорченное царство; кривое зеркало с Божьего Царства. Это — призрак! В самом деле: умрет человек — и прах лишь останется от него. Стоит ли такую жизнь называть «царством»? И потому смотрите, как равнодушно относился Христос к Пилатову царству. Для Христа оно было как ничто, как мираж, как призрак, а не «истина». А Пилат скептически отнесся к истине… Да и он ли один?

Это Божье Царство вот начнет бороться против земного, — что люди считают «настоящим»… И триста лет оно будет страдать, но все же победит мир (см.: Ин. 16, 33). Христианство восторжествует. Рим падет. Римское царство развалится. О, если бы Пилат это знал!

Потом и весь земной мир приидет. Будет новый мир, новое Царство, новое небо, новая земля, на которых обитает правда (2 Пет. 3, 13), Царство Божие, Царство Отца (Мф. 26, 29), Царство благословенныя Отца… уготованное от создания мира (Мф. 25, 34), «жизнь вечная» (ст. 46), «Царство Христа» (Еф. 5, 5), Царство Мое… Царство Мое не отсюда (Ин. 18, 36). Царство мира сделается Царством Господа (Апок. 11, 15).

Вот об этом Царстве и пришел Господь проповедовать ныне, начав с крещения Своего. Это Царство устрояется Духом Святым, или благодатию Его. Потому оно и должно быть названо «Благодатным Царством».

Где же это Царство?

Оно на земле назовется Церковью Христовою (Мф. 16, 18). И суть его будет заключаться В БЛАГОДАТИ БОЖИЕЙ. Потому на Крещение Господне читается Апостол из послания к Титу. Вот оно: явилась благодать Божия, спасительная для всех человеков, научающая нас, чтобы мы, отвергнувши нечестие и мирские похоти, целомудренно, праведно и благочестиво жили в нынешнем веке, ожидая блаженного упования и явления славы Великого Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа… Когда же явилась благодать и человеколюбие Спасителя нашего Бога, Он спас нас не по делам праведности, которые бы мы сотворили, а по Своей милости банею возрождения и обновленья Святым Духом, Которого излил на нас обильно через Иисуса Христа, Спасителя нашего, чтобы, оправдавшись Его благодатию, мы по упованию сделались наследниками вечной жизни. Слово это верно; и я желаю, чтобы ты подтверждая о сем (Тит. 2, 11–13; 3, 4–8).

Как видно, крещенский Апостол во главу, или в основание, христианской жизни ставит именно БЛАГОДАТЬ Святого Духа, даруемую нам через Господа Иисуса Христа. Так же точно говорится и в прочем Новозаветном Писании. Укажем на это. Самое Евангелие называется «Евангелием благодати» (Деян. 20, 24). Витая благодать была на всех христианах (Деян. 4, 33). На Пасху мы читаем в Евангелии: мы сделались чадами Божиими (Ин. 1, 12), ибо от Бога родились (ст. 13); и это даровано по вере во имя Его, то есть Христа: Он, Слово стало плотию и обитало с нами, полное благодати и истины; от полноты Его все мы приняли и благодать на благодать·, и эта благодать и истина произошли чрез Иисуса Христа (ст. 14, 16—17). И на Воскресение Христово не читается Апостол об этом, вопреки общему порядку на двунадесятые праздники, а читается Слово Божие именно о «благодати» через Христа.

Легко заметить и то, что почти все послания апостола Павла и начинаются и кончаются словами о благодати: через Христа Господа мы получили благодать и апостольство на проповедь о Нем; и всем… благодать вам и мир от Бога Отца нашего и Господа Иисуса Христа (Рим. 1, 5, 7; 1 Кор. 1, 9; 2 Кор. 1, 2; Гал. 1, 3; Еф. 1, 2 и т. д., и т. д.). Исключением является только Послание к евреям, которое начинается без этого приветствия, но кончается, как и все, тем же пожеланием: Благодать со всеми вами (13, 25; 1 Пет. 1, 2; Апок. 22, 21 и т. д.).

Да что много говорить об этом, если Сам Господь в последней прощальной беседе говорит скорбящим ученикам: Я истину говорю вам лучше для вас, чтобы Я пошел; ибо, если Я не пойду, Утешитель не приидет к вам; а если пойду, то пошлю Его к вам… Когда же приидет Он, Дух истины, то наставит вас на всякую истину (Ин. 16, 7, 13).

Я еще многое имею сказать вам; но вы теперь не можете вместить (ст. 12). Я умолю Отца, и даст вам другого Утешителя, да пребудет с вами вовек (Ин. 14, 16): Дух Святый… научит вас всему и напомнит вам все, что Я говорил вам (ст. 26).

И конец Христова дела был в день Пятидесятницы, когда Дух Святой сошел на человечество, в лице апостолов (Деян. 2, 4), и потом и на три тысячи человек (ст. 38—41); после — на пять тысяч (Деян. 4, 4). И стала возрастать Церковь Божия в Духе Святом, несмотря на гонения, и даже отчасти — вопреки и благодаря им. Слово Божие росло, и число учетное весьма умножилось (Деян. 6, 7). Савл стал гнать и терзать Церковь в Иерусалиме, входя в домы и влача мужчин и женщин, отдавал в темницу… Все, кроме апостолов, рассеялись по разным местам Иудеи и Самарии. Но рассеявшиеся ходили и благовествовали слово (8, 1—4). И Христово учение распространялось и распространялось…

Вообще, жизнь ХРИСТИАНСКАЯ ЕСТЬ ЖИЗНЬ В СВЯТОМ ДУХЕ… Послания полны учения о Духе Святом, особенно к Римлянам (гл. 8), вся книга Деяний, где излагается жизнь первых христиан (1, 8; 2, 17; 5, 32; 8, 18 и т. д.). Христиане называются «духовными» (Гал. 6, 1; 1 Кор. 3, 1 и т. д.). Евангелие от Иоанна, как известно, называется «духовным».

Особенно нужно обратить внимание на преподобного Серафима Саровского[11]. В известной беседе его с Мотовиловым[12]он прямо сказал, что сущность христианства состоит в стяжании благодати Святого Духа… И это в настоящее время, когда христианство стало заключаться в вере во Христа и в обрядности, нужно нам всем помнить, что такое понимание есть «новоиудаиство»… А мы, грешные и даже недостойные носить это великое имя, и перестали думать о благодатном Духе его! Нас, пустых монахов, преподобный Серафим уже назвал «черными головешками»… Он — такой смиренный!

И славный епископ Феофан Затворник[13]в своих письмах против «пашковцев»[14](теперешних сектантов, баптистов и др.) в том именно их обличал, что они во главу угла поставили веру во Христа. Конечно, это необходимо. Но цель, но сущность Христова дела — излияние Духа Святого, которого лишились падшие ветхозаветные люди. Поэтому Он и называется «Духом Христовым» (см.: Рим. 8, 9), то есть досылаемый во имя Его, но исходящим от Отца чрез Сына (см. «Письма к разным лицам»). А мы и не думаем об этом. Да и самая вера во Христа — есть дело Святого Духа (см.: 1 Кор. 12, 3).

Да что больше говорить, когда Сам Спаситель отнес в Назарете слова пророка Исаии к Себе: Дух Господень на Мне, ибо Он помазал Меня благовествовать (Ис. 61, 1). И начал говорить слушателям, что на Нем ныне исполнилось Писание сие… И все свидетельствовали Ему это, и дивились словам благодати, исходившим из уст Его (Лк. 4, 18–22).

Не будем далее вдаваться в различение Духа Святого и благодати Его; скажем только: первое относится к Нему по существу, а второе к христианам — по дару, как действие Его, как «плоды» (Гал. 5, 22; Еф. 5, 9).

Я так долго и много остановился на этом вопросе, чтобы понять сильнее дело Христово и смысл Его крещения и нашего.

Вот проповедь о восстановлении «Благодатного Царства» и есть это дело Его: Я на то родился и на то пришел в мир (Ин. 18, 37), — сказал Он Пилату; потому Он и начал Свою проповедь со слов: Дух Господень на Мне; потому и стал проповедовать Евангелие Царствия Божия и стал говорить: исполнилось время, и приблизилось Царствие Божие; покайтесь, и веруйте в Евангелие (Мк. 1, 14—15; Мф. 4, 17).

Потому Он после искушения от диавола (Мф. 4, 1 — 11) начал набирать Себе помощников–апостолов (см.: Мф. 4, 18 — 22); начал творить чудеса, исцеления, изгнания бесов, проявлять Свою царственную власть над природой, прощать грехи людям (см.: Мф. гл. 8 — 9), то есть показывать «благодатное Царство Свое».