Ну и самое главное. Да, мы должны быть беспощадны к врагам Царствия Небесного в себе, но ведь само это Царствие Небесное тоже находится в нас. Не в храме Соломона, не в соборе Василия Блаженного, не в Марианской впадине и не на Эвересте. Все духовные подъемы и углубления происходят внутри человеческого сердца.

Конечно, нам мешают мелкие и крупные грехи, но ведь они, как мы уже поняли, — это не мы сами. А скорее, мусор, который должен обойти наш «Витязь-Д» на пути к самой глубокой точке духовного океана. Который должен переступить не погибший, а потенциально бессмертный внутренний альпинист. Полезно читать не только аскетов, но и мистиков (тем более что это часто одни и те же люди): не только для того, чтобы получить «инструкцию», а для чтобы убедиться — человек призван к такому, что дух захватывает. И если мы призваны стремиться к таким высотам, то как мы должны оценивать нашего внутреннего человека, то есть самих себя? Должны ли мы бояться оценить его слишком высоко?

Разумеется, «не усумнившийся в сердце своем», то есть не сомневающийся в уме и не рассекающий непосредственное соединение с Богом, возникшее через веру, как бесстрастный, а вернее как ставший уже в этом единении богом через веру, повелевает горе сей передвинуться, и она передвинется. Этими [словами] [Господь] указывает на плотское помышление и выявляет закон плоти, подлинно тяжкий и непередвигаемый, а в отношении к естественной силе — совершенно неподвижный и незыблемый. Ибо столь глубоко укоренилась в природе человеков через чувство сила неразумия, что многие считают, будто человек есть лишь плоть, обладающая чувством как способностью для наслаждения здешней жизнью. Итак, все возможно верующему (Мк 9:23) и не сомневающемуся, то есть не разрушающему посредством связи души с телом по чувству возникшего в нем вследствие веры единения с Богом по уму. И насколько он делает [свой] ум чуждым миру и плоти, настолько он сближается с Богом, становясь совершенно благим в деяниях [своих].

Прп. Максим Исповедник. Вопросоответы к Фалассию