В своей сущности и во всех своих Богочеловеческих качествах и масштабах иерархия происходит от Вечного Архиерея, Богочеловека, Господа Иисуса Христа, второго Лица Пресвятой Троицы. Поэтому Богочеловечность — это и сущность, и мерило иерархии, иерархичности. Она от Него, и Он в ней (Еф. 4, 11–13). Поэтому Он и отождествляет Себя с ней, благовествуя святым Апостолам:Слушающий вас Меня слушает, и отвергающийся вас Меня отвергается… И се, Я с вами во все дни до скончания века(Лк. 10, 16; Мф. 28, 20). Поэтому где Богочеловек, Владыка Христос, Вечный Архиерей, — там и иерархия, и вечное священство (Евр. 7, 21–27). Церковь как Богочеловек Христос и есть единственный истинный обладатель и хранитель вечного, Богочеловеческого священства и иерархии, которая своей Богочеловеческой святостью непрестанно источает и раздает через святые таинства все Божественные силы, необходимые человеческому существу для благочестия = для Богочеловеческой жизни и на этом, и на том свете, для обожения, для обогочеловечения (см.: 2 Пет. 1, 2–4). Естественно и логично всё это происходит и совершается в Богочеловеческом Теле как в организме, в котором непрестанно действуют Богочеловеческие законы Богочеловеческой Главы — Господа Иисуса Христа. Поэтому в Священном апостольско–святоотеческом Предании царствует истина: «Епископ — в Церкви, и Церковь — в епископе»[905]. И еще: «Где Христое, там и Кафолическая, соборная, Вселенская Церковь»[906]. Святой Игнатий Богоносец, апостольский ученик, заповедует христианам: «Все почитайте диаконов, как заповедь Иисуса Христа, а епископа, как Иисуса Христа, Сына Бога Отца, пресвитеров же, как собрание Божие, как сонм Апостолов. Без них нет Церкви»[907]. И как организм, и как организация Церковь — [по всему] единственное в своем роде существо в нашем земном мирe. Как организм она — Богочеловеческий организм, Сам Господь Иисус Христос, продолженный через все века и через все вечности. И как организация она — тоже Богочеловеческая организация: собрание клира и мирян и прочих при них земных качеств. Во всем этом и при всем этом Богочеловек и Богочеловечность — всегда и верховная всеценность, и верховное всемерило. Для Церкви же как организации Богочеловек — присно единственная Глава. А где Его, Богочеловека, заменяют человеком, хотя бы и сторицею непогрешимым, там отсекается Глава Богочеловека и — исчезает Церковь. Исчезает Богочеловеческая, апостольская иерархия, а тем самым упраздняется и апостольское преемство.

В своей всецелости Священное Предание Православной Церкви — это Сам Богочеловек, Владыка Христос. Да и что могли бы люди придать и добавить к Священному Преданию = ко Всесовершенному Богочеловеку Христу? По сравнению со всебогатым Богочеловеком все люди всех времен на этой Божией планете и каждый человек в отдельности суть не что иное, как попросту нищие. Самые настоящие нищие, грехом ввергшие себя в полную нищету — в смерть, похищающую у них всё Божественное, всё небесное, всё бессмертное, всё вечное. А всещедрый и всемилостивый Господь Иисус Христос за апостольскую веру в Него дарует каждому человеку все вечные и нетленные Божественные богатства: вечную Истину, вечную Правду, вечную Любовь, вечную Жизнь и всё остальное, что только Бог любви — единый истинный Человеколюбец — может человеку дать. Поэтому для человеческого существа имеется лишь одно истинное благовестие и лишь одна бессмертная радость: Богочеловек, Господь Иисус Христос. В Нем — вся тайна и Бога, и человека. Великая и сладчайшая тайна нашей веры, нашего благочестия:Бог явился во плоти,воспринял плоть человека. Это первая половина вечной Все–истины. А вторая: человек явился в Боге (см.: 1 Тим. 3, 16). По всем этим причинам досточудный Владыка Христос, Богочеловек — и естьединое на потребучеловеческому существу и человеческому роду на небе и на земле (см.: Лк. 10, 42).

Как видимая Богочеловеческая общность Церковь состоит из клира и паствы. Они составляют одно целое — Тело Христово. Спаситель установил иерархию и передал ей Богочеловеческую власть: священнодействовать, учить и управлять. Иерархия продолжает дело Спасителя и святых Апостолов. Так как человек подвержен смерти и потому не может быть постоянным главой Церкви, то Господь Иисус Христос как Глава Церкви управляет Церковью через святых Отцов.

Церковная иерархия ведет свое происхождение от Самого Владыки Христа и от Святого Духа, сошедшего на Апостолов. С тех пор церковная иерархия непрестанно продолжается в Православной Церкви через рукоположение в святом таинстве священства (см.: Еф. 4, 11–12; Деян. 20, 28; 1 Пет. 5, 2–3; 2 Тим. 4, 2. 5; Тит. 1, 5). Спаситель Сам избрал Апостолов и дал им право и власть проповедовать Евангелие, священнодействовать и управлять. По Воскресении Своем Он сказал им:Как послал Меня Отец, так и Я посылаю вас. Сказав это, дунул, и говорит им: примите Духа Святаго. Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся(Ин. 20, 21–23). Им, Своим избранникам, Он дал неограниченную. Божественную власть, заповедав:Что вы свяжете на земле, то будет связано на небе; и что разрешите на земле, то будет разрешено на небе(Мф. 18, 18). Поскольку Спаситель обещал Апостолам пребывать с нимиво все дни до скончания века(Мф. 28, 20), то Он тем самым возвестил, что служение Апостолов продолжится и после них, по преемству, вплоть до скончания мирa.

Получив от Самого Спасителя полномочия передавать посредством рукоположения иерархическую власть своим преемникам, Апостолы ставили своих преемников — епископов — совершать их служение. При этом они подавали им особую благодать через рукоположение (Деян. 14, 23), возвещая, что епископами в Церкви поставляет их Сам Дух Святой (Деян. 20, 28; ср.: 1 Пет. 5, 2–3; 2 Тим. 4, 2.5; Тит. 1, 5). Эти наследники святых Апостолов наделяли своими правами и обязанностями своих преемников, а те — своих, и так, через непрестанное преемство, апостольское рукоположение непрестанно продолжается до сего дня и будет продолжаться до скончания века. Дабы сохранить полноту и чистоту этой богоданной власти и права, Апостолы давали своим наследникам самые подробные наставления о том,как должно поступать в доме Божием, который есть Церковь Бога Живаго, столп и утверждение истины(1 Тим. 3, 15).

Учение Святого Откровения ясно показывает, что цель Церкви достигается через посредство иерархии. Это значит, что 'в Церкви иерархия необходима и что без нее не может быть Церкви: ведь без нее Церковь не могла бы совершать свое спасительное служение. Поэтому евангельская обязанность паствы — повиноваться иерархии. Апостольский ученик, святой Игнатий Богоносец, пишет христианам: «Старайтесь повиноваться епископу, пресвитерам и диаконам, ибо повинующийся им повинуется Христу, установившему их; а противящийся им противится Христу Иисусу»[908].

Церковью незримо управляют Сам Спаситель как Глава Церкви и Дух Святой. Апостолы — не глава Церкви, а рабы Христовы и служители Церкви. Христовой Церковью на земле видимо управляет церковная иерархия. Высшей властью в Церкви являются Вселенские Соборы. Решения Вселенских Соборов обязательны для всех христиан всех времен.

В управлении Поместными Церквами церковные иерархи должны во всем держаться учения и правил святых Апостолов, постановлений Святых Вселенских Соборов и предписаний святых Отцов.

Богослужения и праздники

Вся жизнь Церкви — это непрестанное служение Богу, непрестанное богослужение, поэтому каждый день в Церкви — праздник. Очевиден факт: в Церкви каждый день возносится служение Богу и празднуется память одного или нескольких святых. Поэтому жизнь в Церкви — это непрестанное жительствосо всеми святыми(Еф. 3, 18). Святые сегодняшнего дня вручают нас святым дня завтрашнего — и так по порядку: годовой круг не имеет конца. Торжественно отмечая праздники и чествуя святых, мы молитвенно и действенно, по мере нашей веры, переживаем их благодать и их святые подвиги. Ведь святые суть не иные кто, как носители святых евангельских добродетелей, этих бессмертных догматов нашей веры и нашего спасения.

Вечные истины святых добродетелей претворяются в нашу жизнь, прежде всего и более всего, — молитвой, богослужением. Молитва — лучший помощник (букв, «оптимальная атмосфера». — Примеч. пер.) для преуспеяния в каждой евангельской добродетели.Слова, которые говорю Я вам, суть дух и жизнь(Ин. 6, 63). Богослужение низводит благодать в нашу свободу, так что Божия благодать и наша свобода, сопряженные между собой, претворяют в жизнь догматические и нравственные евангельские истины. Церковь как Тело Христово вся участвует во Христе через Евхаристическое Тело, Которое есть верховное Богочеловеческое «Святое Святых» в нашем земном мирe, а также всюду, где только обитают люди. Все в святом Теле Церкви присно трудятся, соработничаютсо всеми святыми,так что через Пресвятую Богородицу и всех святых мы предаем себя, и друг друга, и всю жизнь нашу Христу Богу. Всё здесь небоземное, Богочеловеческое: всё это соединяет человека с Богом, небо с землей, вечность со временем; всё земное живет небом, всё временное насыщается вечным, весь человек живет Богом. Так совершается непрестанный благодатно–добродетельный подвиг спасения, обожения, обогочеловечения, отроичения. Ведь Церковь — это небо на земле, Бог в человеке и человек в Боге.

Кто сему свидетели? Все святые Христовой Церкви, от первого до последнего. Святые богослужебные книги ясно нам сказуют, что каждый святой соткан из всех добродетелей: каждый созидал себя святыми добродетелями, каждый ими себя возделал и преобразил. Это относится и к святым Апостолам, и к святым мученикам, и к святым исповедникам, и к святым пророкам, и к преподобным, и к святым бессребреникам, и вообще ко всем святым. В каждом из них присутствуют и все–действуют святые добродетели во главе с верой. Вообще говоря, каждая святая добродетель — это добровольный подвиг нашей богообразной свободной воли. Ведь наше личное содействие Спасителю в нашем спасении и состоит преимущественно в наших святых добродетелях. Все добродетели составляют одно органическое целое, единый организм, и причем — организм Богочеловеческий. Они вырастают одна из другой, обитают одна в другой, укрепляются одна с помощью другой и одна через другую входят в бессмертие. Каждая добродетель — это в какой–то степени все–добродетель. Так, вера — это все–добродетель: ведь чтобы быть живой, она должна насыщать себя любовью, надеждой, молитвой, постом, милостыней, покаянием и прочими святыми добродетелями. Точно так же и молитва, и любовь, и надежда, и пост, и все прочие добродетели, — все одна другой насыщаются, и оживотворяются, и совершенствуются, и пребывают в бессмертии.

«Святителие священнии, и пророк Божественное сословие, и преподобных лицы, и жен святых единственное торжество, Богу угодивше добродетельными деянии(εναρέτοις πράξεσιν), и прославишася»[909]. «Святителие Христовы, и преподобных лик, и пророк, и праведных всех единственное торжество, добродетельными красотами блистающеся, внидоша к небесным селениям»[910].

В Православной Церкви Богочеловек — это Альфа и Омега, Начало и Конец, Первый и Последний (Откр.1:8, 10, 17, 21:6). В ней действуют Богочеловеческие законы. Весь человек формируется в ней и управляется Богом; всё человеческое — Божиим и Божественным. Человек в ней — всегда в молитвенном отношении к Богу. Как Богочеловеческий организм Церковь есть дом молитвы. И как храм она — дом молитвы. Каждый член Церкви — это богоподобная клеточка в Богочеловеческом Теле Церкви. Спасение — это, в действительности, непрестанное участие во всей молитвенной жизни Церкви. Это подвиг воцерковления и оцерковления. Каждый член Церкви живет целокупной Богочеловеческой жизнью Церкви, по мере своей веры и ее святых таинств и святых добродетелей. Каждый верующий — это Церковь в малом.

Вся Богочеловеческая жизнь Церкви и все Богочеловеческие истины Церкви наиболее совершенно и верно выражают себя в богослужениях. Совершается молитвенное восприятие и переживание всего Богочеловеческого — и так созидается (букв. «ваяется». — Примеч. пер.) молитвенное богословие. В своей всецелости богослужебная жизнь Церкви — самое верное Предание Церкви, живое и бессмертное Священное Предание. И в нем — весь досточудный Богочеловек, Господь Иисус Христос; а с Ним, и Им, и вслед за Ним — святые Апостолы, святые Отцы и все святые, от первого до последнего.

Православное богослужение — это живая жизнь Церкви, в которой г каждый член Церкви участвует, общаясь во всем Богочеловеческом, во всем апостольском, во всем святоотеческом. Одним словом — во всем православном. В этом общении всё Богочеловеческое прошлое Церкви всегда присутствует как современное и настоящее. В Церкви всё прошлое — настоящее и всё настоящее — прошлое. А на самом деле в Церкви существует только одно: безбрежное настоящее. Всё здесь бессмертно и свято, всё апостольски соборно и Богочеловечески кафолично, вселенско. Каждый принадлежит всем и все каждому — по благодатной силе богочеловеческой любви, всецело источающейся из богочеловеческой веры и пребывающей в бессмертии через прочие святые богочеловеческие добродетели; прежде всего — через молитву.

Это богослужебное, молитвенное Предание Церкви с благочестивым страхом и трепетом сохраняет для нас величайшее достояние всех людских миров: Богочеловека, Христа Господа и всё Ему присущее. Так оберегаемый, Он во всей полноте Своей Богочеловеческой Личности — и есть вечно живое всесовершенное Священное Предание Церкви. А в Нем, и с Ним — всё Его Евангелие спасения и обожения и все Его истины спасения и обогочеловечения. Во всех богослужениях постоянно совершается святая Богочеловеческая тайна Богочеловеческого домостроительства спасения. Особенно в святой Литургии. В заключительных молитвах святой Литургии святого Василия Великого говорится: «Исполнися и совершися… смотрения[911]таинство». Наше живое молитвенное участие в этом и составляет наше спасение, наше усвоение Христу, наше обожение, наше всестороннее обогочеловечение через Церковь, словом — наше всестороннее оцерковление. Добровольный благодатно–добродетельный подвиг сочетания со Христом, обогочеловечения — это всегда только подвиг [в]оцерковления.

Человеческое спасение состоит, собственно, в богочеловеческо–соборном жительстве человека со всеми святыми (Еф.3:18) в Богочеловеческом Теле Церкви. Это жительство непрестанное, каждодневное. Ведь каждый день празднуется память одного или нескольких святых, трудящихся над нашим спасением и содействующих ему. Наше молитвенное общение со святыми уготовляет нам спасение. Поэтому необходимо празднование всех праздников: Господских, Богородичных, ангельских, апостольских, мученических и прочих. Равно как наше спасение созидают и все дневные и ночные богослужения. А через всё это и во всем этом — весь Богочеловек Христос как Церковь, как Глава Церкви и ее Тело со всеми святыми и непреходящими истинами, и всецелая Богочеловеческая жизнь во всех бесконечностях.

В безмерно таинственный Богочеловеческий организм Церкви врастают более всего молитвой и живут в нем всегда молитвой. Молитвенным участием в богослужениях каждый из нас совершает свой подвиг усвоения себя Христу, преображения, обожения, отроичения. И причем никогда не сам по себе, но присно со всеми святыми. Это жительство всегда всесторонне личное и всесторонне соборное. В обществе святых живут и общаются, по большей мере, молитвой. Поэтому молитва — самая необходимая святая добродетель для каждого христианина. Молитва — регент в хоре добродетелей. Каждой добродетели назначает она место и дает от своего духа и дыхания. Ню каждая добродетель возрастает и укрепляется, удерживая свое место среди прочих святых добродетелей, ибо молитва богочеловечески сообразует действие святых добродетелей в подвиге спасения.

Православное богослужение — это Святое Евангелие и Священное Предание, переложенное в молитвы, воспетое в чудных и животворящих стихирах, тропарях, кондаках, канонах, стихах, песнопениях, воздыханиях, воплях, слезах. Вся Богочеловеческая Истина, Богочеловеческая Правда, и Любовь, и Премудрость, и Жизнь, и Бессмертие, и Вечность — вручаются нам как молитва, как Святое Причащение, как святые заповеди, как святые таинства, как святые добродетели. Где бы ни коснулся ты богослужения — увидишь Священное Предание: его кровообращение, его нервы, его кости, его сердце, его глаза, рассудок, ум, разум. И когда душа молитвенно распростирается по этим Богочеловеческим истинам и по этой Богочеловеческой жизни, все добродетели растут возрастом Божиим (Кол.2:19). И вся душа возрастает к благодатному богочеловеку — к истинному христианину.

Через опытное восприятие богослужебной жизни Церкви созидается христианская личность: богочеловек по благодати, муж совершенный—в меру полного возраста Христова(Еф. 4, 13). Это самый надежный путь и самый спасительный подвиг. Непрестанный благодатно–богочеловеческий рост совершается через каждую молитву, и прошение, и слезу, и вопль, и возглас, и рыдание, и исповедь. При этом все святые суть наши путевожди и учители. Они — «очи Христовы Церкве»[912]—ведут нас и наставляют к Богочеловеческой цели нашего человеческого бытия.

У православного христианина каждая мысль выливается в молитву и оканчивается молитвой. Равно как и каждое чувство. Молитва у него пронизывает его отношение и к самому себе, и к окружающему мирy, а прежде всего и превыше всего — ко Господу и Богу нашему Иисусу Христу. При этом всё обогочеловечивается, всё завершается Богом: мысль преображается в богомысль, ибо в этом божественный и бессмертный смысл мысли; чувство вырастает в богочувство, ибо в этом божественный и бессмертный смысл чувства; совесть восходит в богосовесть, и ум — в богоум, и воля — в боговолю, ибо в этом их божественный и бессмертный смысл; одним словом — человек возделывается в богочеловека, ибо в этом божественный и бессмертный смысл человека.

Снова и снова: в Богочеловеческом Теле Церкви каждый член этого Тела как его живая богоподобная клеточка живет всей Богочеловеческой жизнью Церкви, по мере веры и прочих подвигов в добродетелях. Каждый день, каждую минуту —со всеми святыми.Многочисленные образы и силы богочеловеческой жизни постоянно присущи и непрерывно действенны через святых каждого дня: Апостолов, мучеников, исповедников, постников, бессребреников, преподобных. Всё и во всем Христос: через ежедневно чествуемых святых. При их посредстве Он как Глава Церкви владычествует и управляет в Богочеловеческом мирe Церкви.

Каждый святой догмат нашей Богочеловеческой веры имеет свой праздник: Боговоплощение — Рождество, Воскресение — Пасху, вера — празднование святых мучеников; и все прочие святые добродетели — память разных святых. Истины святых догматов живо воспринимаются каждым верующим в Теле Христовом — в Церкви. Каждая догматическая истина переживается [им] как [собственная] жизнь, как жизнь вечная, как органическая часть вечной Ипостаси Богочеловека:Я есмь… Истина и Жизнь(Ин. 14, 6). Святые богослужения суть не что иное, как живое восприятие и опытное переживание святых вечных догматических истин. Догмат о Богочеловечестве Господа Иисуса Христа? — Сильно выражен в святых Праздниках Господних (Господских): в Рождестве, Богоявлении, Преображении, Пасхе и прочих. Эта вечная истина непрестанно во всей полноте переживается и в прочие праздники, большие и малые, в течение всего календарного года и, таким образом, становится нашей жизнью каждого дня, каждой секунды. Отсюда и всерадостное бессмертное благовестие:Наше жительство — на небесах… сокрыто со Христом в Боге(Флп. 3, 20; Кол. 3, 3).

Благодать святых праздников и святых богослужений — это и есть безграничная Божественная сила, неугасимым пламенем возжигающая святые добродетели в душе христианина. И вся душа безмерно устремляется ко Христу, к Богу, так что нигде нет предела ее вживанию во Христа, а через это — и ее обогочеловечению, а опять–таки через это — ее отроичению, ее обожению. Ревностно, и мученически, и радостно совершается подвиг Богочеловеческой все–добродетели: врастания во Христа, воплощения Господа Иисуса Христа в душе, жительства во Владыке Христе и Владыкой Христом. А через это достигается и другое Богочеловеческое все–совершенство: отроичение = обожение. В душе христианина всё бытийствует, всё происходит от Отца через Сына в Духе Святом. Так, только так достигает своей высшей, своей Богом поставленной цели богообразное, Троице–образное человеческое существо: соединения с Троичным Божеством во Христе Иисусе, Господе нашем, при содействии святых таинств и святых добродетелей.

Для достижения этой цели и дано нам Богослужение превыше всех богослужений, Святая святых — Божественная Литургия, святое Причащение живому Богу и Господу Христу и через Него — Трисолнечному Божеству. В Богочеловеческой, небоземной реальности святая Литургия — это вершина всех вершин, богатство всех богатств, цель и все–цель всех праздников, всех богослужений, всех святых таинств, всех святых добродетелей: всесовершенное облечение во Христа, всесветлое отроичение. А в этом и через всё это — воцерковление и оцерковление, весь удивительный и чудотворящий Владыка Христос, а в Нем и Им — всё Его Богочеловеческое создание, Его святое Тело — Православная Церковь… Да, именно так! Она — всё и вся во всех сотворенных Богом Словом мирax…