Если мир создан, значит, он некогда не существовал, и, следовательно, существует не от вечности. Творец и его творение и не могут быть совечными: причине производящей необходимо существовать прежде того, что от нее произошло. Таким образом за созданным нужно признать начальность иливременность. Мало этого, Бог сотворил все существующее не только не от вечности, а во времени, но ивместе с временем, — формой бытия конечного и условного. Церковь и учит, что Бог есть «Творец не только вещей, но и самого времени и века, в который вещи получали бытие» (Прав. исп. 33).

Откровение утверждает истину ο временности миротворения, когда упоминает прямо ο начале вселенной:в начале сотвори Бог небо и землю, и указывает, что ее некогда не было:прежде даже горам не быти и создатися земли и вселенней(Пс 89, 3), или —ныне прослави Мя Ты, Отче, у Teбe Caмого славою, юже имех у Тебе прежде мир не бысть(Ин 17, 5). Творение самого времени усвояется Богу в словах апостола ο Сыне Божием:Им же и веки сотвори(Евр 1, 2; ср. Притч 8, 22–23).

Здравая мысль может убеждаться в том, что мир не безначален, из наблюдаемой в немизменяемости, из постоянного возникновения и возрастания, распадения и разрушения (Пс 101, 26–28). Что изменяемо, то не может быть вечно; изменение совершается во времени и не может быть представлено без начала. И, напротив, то составляет общепризнанную истину: «что существует от вечности, то должно вечно и оставаться таким, каким оно от вечности существует», т. е. должно быть вечно неизменяемым, и при том — не только по существу, но и по состоянию. Поэтому являлось бы несообразностью со здравым мышлением допускать вечность мира, подверженного постоянным изменениям во всех своих частях. С другой стороны, признавать безначальность или вечность мира значило бы признавать его в этом отношении равным Богу. Но «если Бог не {стр. 186} один вечен, замечает,Тертуллиан, в таком случае Он и не Бог» (Прот. Гермог. 4; Прот. Марк 1, 15). Тогда неизбежны или дуалистические или пантеистические представления ο Божестве, одинаково ложные. В этом особенное значение откровенного учения ο временности мира и превосходство его перед учением (материализма и пантеизма) ο вечности мира.