Прошу извинения, что за раз не ответил на вопрошения Ваши; ибо при безпрерывной болезни своей еще и безпрерывные посетители лишают меня свободы писать. А посему ответствую только ныне на первое вопрошение по поводу уклонения Вашего от подписи одобрения М. П., в чем Вы весьма добросовестно поступили. Но высказав эту справедливость, должно опасаться, чтоб не потерять дружбу их, и не подпасть мщению их. Впрочем лучше пострадать за истину радуяся, нежели мироволить и кривить душею своею из человекоугодия. Но вот искушения с Вами случаются другого рода, — что Вы иногда в дружеских беседах с своими родными, или знакомыми делаете себе свободу в шуточном тоне высказывать то, что бывает не только неприятно, но и обидно выслушивать. По поводу сему получил я недавно записочку от С. М, которую и решаюсь приложить при сем не для досады Вашей на нее (или на них) и прибавления упреков, но для удержания себя от празднословия, от которого невозможно избежать греха, как и святой Давид советует, говоря: чадо, аще хощеши видети дни свои благи, то удерживай язык свой! А вместе с сим смиренно прошу простить мне, что осмелился написать Вам о сем.

Вы изъявляете скорбь свою о неплатеже оброчных денег крестьянами, о чем и я сердечно сожалею, но помочь этому горю — не знаю, чем. Но вот тяжкое горе, что самые лютые и непримиримые враги Поляки готовятся варварски истребить всех православных Россиан, против которых должно всем единодушно готовиться, и нам — к отражению, кто грудью, кто имением, а кто усердными молитвами, и просить и молить Господа Бога: заступи, спаси, помилуй и сохрани нас, Боже, всех Твоею благодатию, и отврати от нас праведный Свой гнев.

10 Августа 1863 г.