1

Любезнейший Батюшка Мой! Отец Исаиа!

Спаситесь!

Честь имею вас любезнейшаго моего, с благополучным препровождением истекшаго 812-го Года поздравить. Равное ж имею удовольствие поздравить и со вступлением в новый год, и с сердечным удовольствием желаю, чтоб десница милосердаго и всеблагаго Бога на вас излила токи новых благостей своих, служащих к спасению души вашей и к подкреплению телесных сил ваших; и желаю вам как оной, так и многое множество годов последствующих за оным препровождать в полном здравии, благополучии и удовольствии душеспасительно.

Любезнейшее и почтеннейшее письмо ваше, писанное от 9-го числа сего месяца, я к величайшему моему удовольствию в 24-е число честь имел получить исправно. Радость, которую я ощущаю в сердце моем, есть неизглаголанна; видя из письма вашего, что вы находитесь здоровыми, о сем благодарю Бога.

Благодарю вас чувствительно за поздравление и уведомления ваши; все сие начертал я перстом в памятнике моем... сердечном для причины той: иногда в меланхолические вечера жизни моей, которые непременно быть могущие, разкрыть оной и чести от скуки.

Я, благодарение Богу, за ваши святые молитвы, доколе здоров и нахожусь точно в таковом же виде, как и самом сам известно, уже четыре месяца; и поистинне скажу вам, давно бы мог занять лучшие праздные вакансии, но не хочу тем раздражить братца Кирилла Ивановича, который без повелениия его, ничего мне начинать ничего не повелел; да стыдно бы и несправедливо было мне тако поступить, ибо чрез то б преступил заповедь отчу, (бывшу 808 года июня 18-го), которой в полное послушание меня отдал Ему.

Он теперечи поживает в Мологе и утешается любовию тамошних обитателей, обещается и к нам побывать, но не знаю, скоро ль сие может случиться, ибо мы и в Москве его ждали, так как принца Олденбурскаго, целый год.

Я лично просил батюшку, отца Василия, о черной материи, который напоследок меня и извещал, что оная уже готова, но мне не удалось за хлопотами к нему отписать; теперь же мне настоит нужда в летнем платье, о чем и прошу вас попещись: есть ли можно, изготовить чтоб достаточно могло стать на сюртук, камзол с рукавами и панталоны и есть ли оная будет готова, тогда меня уведомите, а я скажу: когда и куда оную послать. А что будет за оную стоить, то будьте уверены, коль скоро хотя мало-мало разбогатею, то с чувствительной благодарностию от меня получите.

Домашние наши все благодарение Богу здоровы; они вам кланяются и благодарят вас за приписанные к ним поклоны с поздравлениями, и матушка вам благословение посылает.

Впрочем, сам свидетельствую мое всенижайшее высокопочитание, с уверениием, что я был и есмь.

Любезнейший Батюшка Мой!

вас верно и любезно любящим братом Александр Путилов.

28 декабря, Ростов

Живущему в помощи Вышняго: любезнейшему брату Козме Дементьевичу и аз многогрешный и присный брат его Александр, кланяюсь Ему духом с сердечною истинною, прося Его молитв и с новым Годом поздравляю, и всякмх благ усердно желаю.

Любезнейшему батюшке, отцу Василию кланяюсь с засвидетельствованием Ему моей любви; с новым годом и новых благ от десницы милосердаго Бога получить желаю.

2

Христос Воскресе!!!

Любезнейший мне Батюшка отец Исаиа!

С всерадостным праздником живоноснаго воскресения Христа Спасителя! вас, моего любезнешаго батюшку, имею удовольствие поздравить с желанием да в радости оной встретя светло торжествуя и воспоя посреде церкви того Чудеса!

Чувствую я, моя косвенность много оскорбляет ваше добродушие! Но для сего пресвелаго торжества кажется не только оскорбившим, но и ненавидящим вас должно простить вся,– воскресением! да с душевным миром обняв друг друга возопием: "Хритос Воскресе!"

В протекших трех месяцах нужны были труды для усовершенствования дел бахусовых, которыя поистинне были велики, и я почти все забыл, и то, что я – человек, пекущийся и сам не знаю для кого; но однако ж помнил, что я дал вам обещание писать, иногда мучился, что не успеваю исполнить моей обязанности, но все был отвлекаем чем-нибудь. Теперь же, найдя время и не теряя его, свидетельствую вам мое благодарение за ваше писание, кое, помнится, получил я в январе, от коего времени был я здоров и все в трудах от коих несколько поосвободился. Спасибо и батюшке отцу Тимофею: он нас посетил и погостил недели две, мы это время провели с удовольствием и посещению его были рады, ибо и братец Василий Иванович в то время совокупился паки со мною. Он теперь у нас конторщиком, а я по-прежнему подвальным, и живем довольно хорошо, а при том и покойно, вот и все, что хотел вам сказать.

Матушка наша Анна Ивановна с племянницей здоровы и свидетельствуют вам свое почитание и поздравляют вас с праздником живоноснаго Воскресения Христова; они путешествие свое до Москвы оставили до лета, а там может быть и опять до зимы. Братец Василий Иванович так же вам и Козме Дементьевичу кланяется. Впрочем, и я в заключении сего прошу ваших молитв и неоставления в писаниях, и остаюсь при засвидетельствовании моего усерднейшаго почитания, при крем имею долг быть вашим покорным братом А. Путилов. Усердно кланяюсь.

1815 г. Ростов

Прошу засвидетельствовать любезнейшим моим: батюшке отцу Василию и Козме Дементьевичу мое усерднейшее почитание и поздравить их с настоящим прерадостным праздником, который желаю да в радости и во здравии препроводят!

3

Христос Воскресе!

Ваше преподобие! Любезнейший Батюшка мой отец Исаия!

Благословите.

С настоящим днем Ангела Хранителя тезоименитаго вам, имею сердечное удовольствие поздравить вас с новым годом, и с новою милостию Божиею, излиянною на вас всесильной Его десницей, дабы вы благословляли благословящих Господа и освящали всех уповающих на Его всеблагий промысл; да сохранит вас Премилосерднейший Бог во всю жизнь вашу: целых, здравых и долгодействующих, и да ниспошлет вам ангелов своих сохранити тя, во всех путех твоих, да на руках возьмут тя; да некогда предкнеша о камень ногу твою: на Аспида и василиска наступиши и да попереши льва и змия.

Сие пожелание благое прими, любезный батюшка, с тою же искренностию и усердием, с каковою оно подносится вам от вашего покорнаго брата, который просит вас не оставить поминовением при без кровном жертвоприношении, дабы исправил Господь Бог стопы мои.

Родительница наша, Богу благодарение, здравствует и обще с братцем Василием Ивановичем и Татьяной Козмовной свидетельствуют нижайшее почитание и требуют молитв ваших и благословения от десницы Божией, и поздравляют вас с ангелом.

Ныне особеннаго писать вам в предмете ничего не имею, потому что я видел в соборе в великой Четверток того служиваго Иеви Петрова, которой припомните по осени доставил от вас письмо, но к нам он не знаю что не пожаловал, а спросить его откуда и куда идет – не удалось.

Впрочем, свидетельствую вам мое усерднейшее высокопочитание и при каком ныне и навсегда имею долг быть: вашим Вашего Преподобия всепокорнейшим братом Александр Путилов.

Прошу засвидетельствовать Батюшке отцу Василию и брату Козме Дементьевичу мое усерднейшее почитание и поздравляю их со Святою Пятидесятницею!

9 мая 1815 г. Ростов

4

Молитвами святых отец наших (Саровских и Оптинских) Господи Иисусе Христе Боже наш – помилуй нас.

Всепреподобнейший, Богоноснейший, Любезнейший и Всепречестнейший во Иеромонасех Батюшка и Благодетель мой отец Исаиа – благословите!

Откуда начну плакати толикаго моего окаянства и каменосердечия, что и самаго сродства своего отчуждился? Вот уже более прошло десяти лет, как я невольно лишился сладкаго для меня лицезрения Вашего; и столько же минуло времени, как я произвольно лишил себя полезнаго для меня собеседования с Вами чрез посредство писем. В таком пороке не....... и отчуждения, чуть ли я не превзошел и самых безсловесных? Почему ныне и предстать пред Вами в человеческом виде не дерзаю, но яко некая увечная скотина прихожу к Вам с пониклою к земле главою, смиренно прося милости сиречь простить меня, не ради меня, но ради Господа всех туне милующаго. Самую истину Вам скажу, что несмь достоин нарещися Сын Твой! На время мне жаловаться нельзя, сколь бы его скучно не было, ибо онаго на праздность всегда бывает достаточно, но жалуюсь Вам на свою леность, от которой в толикое пришел нерадение, что не только что-либо сделать великое, но бывает так, что и перекреститься трудно, как будто бы связаной чем; по сей причине сколько ни силился, не мог желания моего в дело произвесть. Ныне же ощутя в духе некую свободу, видно, молитвами Вашими или благословением моего Батюшки, спешу предстать и сообщить Вам мои сердечныя чувствования в..про.....

Может быть и в самом деле молчание мое было Вам огорчительно, но оное происходило не от того, чтоб я не любил Вас, да и не дай мне, Боже, дожить, чтоб предстать любить и помнить Вас; но более происходило от того, что я обносил в памяти моей слова Божия, к преступнику Каину произнесенныя: "Согрешил ли еси – умолкни". Коему и я в зависти и жертвоприношении уподобился, а в некиих еще пороках и онаго превзошел, почему и самая совесть заграждает уста; и есть ли когда от неудержаннаго ........ моего с кем беседую произностно или и письменно, то после стыдом покрывает лице и думаю, что Господь строго будет судить меня за каждое праздное слово. Вторая причина моего молчания происходит от скудости в разуме.  Всякий соделанной грех помрачает ум и безумным человека делает, а у меня не проходит ни дня ни ночи, и даже ни одного часа свободнаго, от делания многоразличных грехов, а потому истинно безумен есмь... безумно молчу, безумно и говорю!

О себе Вам донесу. что ради молитв Ваших святых глитв Ваших святых Господь Бог еще не погубил меня с беззаконьями моими, но даже до днесь долготерпит мне, и не точию не наказует, но еще и милость свою непрестанно ко мне изливает. Слава Богу, я жив и здоров, довольствуюсь покоем по внешнему человеку. и хотя козлище есмь греховное, но нахожусь в стаде словесных овец Христовых и более осми лет почтен чином Ангельским, а всего удивительнея та милость Божия, что уже и саном священства без заслуги награжден, по чину коего и я мир всем возмещаю, но онаго ( мира) в себе самом не обретаю по Давидову слову: несть мира в костех моих, от лица грех моих.

К несчастию моему в прошедшем году у нас три иеромонаха скончались, в том числе и известный Вам отец Иосиф, то Батюшке отцу строителю разсудилось на место их других возвести, а с оными и меня, почему и был отправлен в губернской город Орел, где августа в 15-й день Преосвященным Гавриилом Епископом Орловским рукоположен во иеромонаха, и вот уже почти год протекло, как ношу на себе иго священства, хотя и недостойне, ибо как в меньших дарованиях Божиих оказался я неверен, так и ныне в большем – с большим безстрашием всегда раздражаю Господа благодеющаго мне, а потому и не знаю, какую казнь буду претерпевать за злодейство свое. Вот Вам сведение о моем чине самое довольное, теперь Вам намерен сообщить от части о должности своей, о занятиях, о бедственном положении своем, но прочем, что придет на память в дурную мою голову; только, ради Бога, не поскучайте беседою моею, я десять лет вас не видал и ничего не говорил, то и желательно мне с вами обо всем переговорить, а там – когда Бог Вашими молитвами поможет мне, то и опять до времени помолчать, ибо чистая и безвременная беседа скуку причиняет ушам и сердцу.

Во-первых, доношу Вам для ведения о должности своей, каковых есть не одна, а именно: 1-е. По перемещении Батюшки отца Моvсея в монастырь начальником, я по нем переведен в архиерейския келлии, в коих, находясь, занимаю должность келейника архиерейскаго, т. е. выметаю сор, наблюдаю чистоту, протапливаю печь, просеваю уголья, приготовляю теплый укроп для немощных и проч. 2-е. Занимаю должность гостиника скитскаго, т. е. всякаго приходящаго к нам первый я должен принять, успокоить, занять разговорами и отпустить с миром. 3-е. Имею должность уставщика и голосовщика церковнаго в скиту, а иногда и в монастыре. 4-е. Должность иеромонаха, а в чем оная состоит Вам давно уже известно. 5-е. За отсутствием батюшки отца строителя занимаю должность его в скиту от части, а не полновластно. Он поступил со мной так, как делают домовитыя хозяева, когда у них мало людей для охранения вертоградов, то оставят мертвое чучело в образе человека, которое хотя слепо-глухо и немо, но пугает хищных птиц. Точно тоже и я собою делаю.

О всех занятиях наших есть ли подробно Вам писать. то будет с лишком отяготительно и слушать, а донесу только о главном упражнении нашем, каковое всегда начинается с весны. Мы всебратственно, яко некия чреву работающие кроты, копаемся в земле, кое-что сеем, поливаем, удобряем, от терния очищаем, в чаянии по трудах от собранных плодов иметь покой для брюха, которое зря гобзование радуется и говорит себе: "имаши блага многа, почивай, яждь, пий и веселися". Вот в кратких словах представил Вам наши общия труды летния. а зимой мы по большей части исправляем должность хомяка. Итак, Господу Богу благодарение, мы действительно изобилуем плодами для брюха, а о духовных в недоумение пришел, не знаю, что и сказать. Однако, некоторыя из числа сообитателей наших, с помощию Божиею, изобилуют и оными. А я, увы мне!..

Старец мой много трудился, много постился, много сеял спасительнаго семени, но нива моя сердечная от нечувства совершенно окаменела, а потому не точию плодов, но и листу зеленеющаго поне для внешняго вида не имею, и как был, так и есмь, с голыми руками и окаменелым сердцем. А потому в правду должен сказать, что душа моя пред Богом, яко земля безводная! Отчего часто унывает дух мой и смущается сердце от обошедших меня зол. Но слава премногому долготерпению Божию ко мне! Яко Он меня за беззакония мои еще не казнил. еще вид мой в звериной не претворил. И действительно, кто из дали на меня посмотрит, то и я похож еще на человека, а есть ли разсмотреть поведение, заглянуть в сердце, то – ей! плача многаго достоин, и сие то есть бедственное мое положение, о коем донеся Вам, прошу Вас, батюшка, сь болезнию сердца воздохните о моем окаянстве пред Богом и излейте к Нему слезу Вашу – да исцелею.

Многия Угодники Божии постом смиряли душу свою, от котораго и у святаго Давида изнемогали колена, а потому Они изобиловали и плодами духовными; а у меня от одного воображения о воздержании заразее делается уныние. Из сего можете Вы заметить, что я с больщим усердием работаю чреву, так что и мои колена изнемогают, но не от поста, а от излишия, и из трапезы как будто бы с кулашнова бою с ноги на ногу едва дотащусь до келлии, пришедши же, абие предаюсь сну, и столь сладко, что проснувшись едва распознаю: утро или вечер есть. Сие Вы, батюшка любезный, не примите за кощунство, ей – истину говорю, пусть иныя величаются как хотят своими исправлениями, а я хоть несладще, да должен о немощах своих пред Вами правду сказать, коими к несчастию и к вечному стыду моему я изобилую очень довольно, а всему сему злу корень, есть страсть обжорства, от порабощения которой да избавит меня Господь Бог Вашими молитвами.

Сколько я ни глуп, однако собственным искусом отчасти узнал, что из всех чинов иноческих нет тягостнея, нет бедственнея и горестнея как быть начальником над братиею! Я в скитской убогой обители хотя и не уполномочен. но первый год провел с довольною горестию и хлипанием, и едва ли который день прошел без уныния, но и ныне есть ли бы не духовная любовь ко мне батюшки отца строителя удерживала меня в пределах терпения, то паки возвратился бы в пустынную землю, которая оставила в сердце моем неизгладимое впечатление премногих духовных неизглаголанных удовольствий бывших некогда там. Но видно и я, не еже хощу, но и что не хощу – то соделать соделаю.

Воли Божией кто противиться может? Батюшка отец Моvсей бремя на себе несет самое тяжкое, я – полегче, а Вы чуть не более обих, ибо когда-то сказали: "столько мне хлопот по должностям и неприятных случаев было, что я от печали едва жив остался". Вот выгода начальства! Пусть честолюбцы послушают. Я не могу довольно надивиться безумию тех, кои всяким образом даже и предосудительным проискивают себе чинов и высоких престолов; в том ли наше утешение, когда во храмах возглашают и всечестнаго отца нашего, или в том, когда колена пред нами преклоняют и лобызают десницу, или в том еще, естьли сажен за двадцать и более не доходя до нас, благоговейно покланяются? Но какой же для меня интерес, есть ли поклонятся мне в ноги и, вставши, осыплют меня многою укоризною, яко некою гнусною блевотиною? Ей! От сего и самое игуменство невкусно будет. Есть, правда интерс и от начальства, когда кто захочет нажить себе дебелое брюхо, то лучшей оказии найти к тому нельзя, как быть штатным игумном, но с такою постыдною толстотою не только пред Богом в молитве, но и пред людьми явится крайне стыдно, ибо это украшение не монашеское.

Я Вам, батюшка, тяжесть начальника представил только по одному телу и то кратко, а сколько Он по душе бедствует, того и изъяснить никак неудобно; довольно к познанию будет о том, есть ли я Ваше недавно бывшее мнение сообщу Вам: "Не только отнимает (начальство) у нас спокойствие и свободу, но даже охлаждает ум и сердце к Богу". Вот мнение самое истинное и святое! Бывало, когда-то меня, есть ли не совершу правила своего, то замучит уныние и не усну пока не кончу, а ныне по месяцу не молюсь, и тоски никакой не чувствую; книги же отеческия не точию читать, но иглядеть не хочется. Скажите же мне, какое может еще более сего быть бедствие? Есть ли не исправлюсь, то постигнет мою душу бедствие в часе смертном, от котораго, не знаю, избавят ли меня братия, но надеюсь, что Они с помощию Божиею избавят и тогда – в таковом чаянии моем, батюшка, Вы меня, Бога ради, не обезнадежите.

Еще мне от праздности на свободе пришло желание сообщить Вам некоторыя ненужныя сведения, которыя прошу сделать мне удовльствие выслушать...

Батюшка отец строитель наш имеет у себя братии в монастыре 60 человек, да в скиту поболее 20-ти, а всего слишком 80 человек; при том кроме управления еще он же и общий всем духовник, должность казначея, благочиннаго и письмоводителя исправляет сам; закупкою разных потреб для обители занимается по большей части сам; имеет монастырь три водяные мельницы расстоянием от обители в верстах осми и менее, над которыми почти еженедельный надсмотр имеет сам, посетители обоего пола и благодетели, хотя изредка бывают, но по обычаю здешняго края принимаются и угощаются в келлиях настоятельских, чем он также сам занимается; экономией и постройками с большою охотою занимается сам, но скудость обители не попускает распространяться, ибо доходу церковнаго от мельниц и от доброхотов не более всего бывает в год 10 т. р. Письма просителныя и благодарныя, хотя не часто, но сам пишет. А потому, видя его такой труд, Вы не будете на него негодовать, что нечасто к Вам пишет, есть ли бы мне досталась такая тягота, то давно бы я тогда ушел где бы меня никто не нашел, да и Он от многих забот и неприятностей имеет у себя довольно поседевшую браду.

О нравах и поведении братии говорить Вам ничего не смею, да и не должен, ибо и своего горя не преплакать, чуть ныне и везде одинаковы. Есть ли бы и теперь были общежития таковыя, как древле, по-писанному: «Народу же веровавшему бе сердце и душа едина; и не един же что от имений своих глаголаше свое быти, но бяху им вся обща» То истинно такая жизнь была бы сладка, да и смерть не горька, а то кийждо у себя имеет свой ковчежец и вметаемая в оный хранит.

Новый наш архипастырь Преосвященный Гавриил обещался в нашу обитель быть в августе на праздник Успения Богоматери. Нрав его многия одобряют, на первый раз и к нашему отцу строителю слишком благосклонен был и возложил на Него новую тяготу – в добром монастыре, отстоящем от нас в 40 верстах, поручил строить церковь на казенную сумму, присланную из п. т. б. заимообразно; хлопоты хлопотами. а за недосмотр в награду выговор, либо штраф, а братия отсутствием настоятеля расстроится.

Наша скитская убогая обитель год от года богатеет жильцами. Братия умножается, а безмолвие, единодушие и душевное спокойствие умаляется; но еще, слава Богу, хранение совести продолжается, которое необходимо нужно для духовной жизни. В конце прошедшаго года поселился у нас наш авва и столп пустынный, старец отец Досифей, живший в пустыне более сорока лет, из которой нашедшу на него искушению, уклонился к нам. Он нрава добраго и примернаго, я его водворением у нас крайне доволен. Еще известный Вам послушник Гаврило Молдаван у нас безмолствует третий год. Еще двое благородных, кажется известныя же Вам, гостили  у нас; один Илья Степанович Розанов, воспитанник Потемкиной, жил у нас месяц, а другой, тульский богатый помещик Павел Николаевич Хрущов, жил более полугода – которыя обещались возвратится к нам на коренное жительство.

Еще в конце июня месяца был у нас мимоездом из Александро-Свирскаго монастыря достопочтеннейший старец отец Леонид, который погостил у нас полтора дня и отправился для поклонения в Киев. Он оставил у нас во уверение двоих учеников своих с тем, чтоб паки к нам возвратится в половине августа. Он из Свирскаго со всем намерен уклонится, и чуть ли в нашем скиту не поместится, чего однако наугад Вам не  скажу, ибо о сем предмете у нас с ним беседы не было. У него всех учеников десять человек, а когда у нас останутся, тогда и скит будет похож на монастырь.

Братец Василий Иванович писал сюда из Ростова, кажется уже шестой год, и поручил мне свидетельствовать Вам Его усердное почитание и поздравить Вас с должностию казначея, каковое поручение Его ныне только исполняя, Вам свидетельствую. Не знаю, кто из нас с ним деятельнея во исполнении своих обязанностей?

Чувствительнейшую и покорнейшую приношу Вам благодарность за оказанную приязнь и любовь к нашему странствующему брату отцу Макарию, он о гостеприимстве вашем с благодарным чувством нам пересказывал, и доставил мне двои четочки к напоминанию о Вас в молитвах, за которыя Вас усердно благодарю...

В Тульской губернии есть город Одоев, который от нашей обители не в дальнем разстоянии, где жители занимаются тканием мухояру, который ныне в Никольскую ярмонку самый лучший сорт недороже был 25 40 аршин, он немного добротою похуже Киевскаго и поуже, весма хорош для мантий - ряс и подрясников, то не будет ли угодно Вам для своей обители зделат поручение: купить потребное количество, когда найдете выгоду; думать надо такой мухояр в ваших краях недешевле рубля аршин: а) отсюда его можно при оказии доставить в Москву, а из оной без труда к вам.

Послушник вышесказанной Илья Степаныч поручил мне спросить Вас: где ныне находится отец Евгений Астраханский? Он же еще сказывал мне о поемом у вас славословии великим болгарским распевом, то нельзя ли сделать одолжение приказать переписать оное и доставить нам для обучения здешних крылошан, за что мы оба с ним в свое время будем Вас усердно благодарить.

а) Образчик онаго мухояру я при сем письме посылаю Вам особо в мешце, котораго доброту прошу разсмотреть, и буде понравится, то прошу оной принять от меня в место убогих двух цат.

С приближающимся всеобщим, а в особенности и Вашим, Пресвятым нерадостным праздником безсмертнаго Успения Пресвятыя и славныя Царицы нашея, Богородицы и Приснодевы Марии, Вас, батюшка, поздравляю, и от всего сердца желаю сей вожделенный праздник препроводить во здравии радостно.

Его Высокопреподобию Всепречестнейшему и Предостопочтеннейшему батюшке Вашему, Господину отцу Игумну, прошу свидетельствовать мое всесердечное почитание с поклонением главы моей к стопам Его, и доложите Ему, что Его святое имя в памяти моей содержится, и попросите у него милости, чтоб когда-нибудь Он и о моем недостоинстве воздохнул пред Христом Срасителем в молитвах святых. А так же и их Преподобиям честнейшим и достопочтеннейшим отцам священно-иеромонахам: батюшке отцу Исаакию, батюшке отцу Виталию и батюшке отцу Василию, прошу свидетельствовать им мое сердечное почитание с нижайшим поклонением, и попросите их, чтоб они замолвили о мне пред Богом, да исцелею. Еще прошу свидетельствовать мое почитание и поклонение любезным братиям: отцу Емелиану, отцу Василию и брату Самсону, и пожелать им от меня успеха в деле послушания. Изредка случается, что некоторыя из Вашей обители прохаживаются и бывали у нас, когда Они возвратились к Вам, то прошу и им от меня поклонится и пожелать постоянства.

Любезнейший и благодетельнейший мой Батюшка! Крайне мне стыдно и совестно пред Вами, что я, выступя из границ благопристойности самую меру потерял в изъявлении сих прекрасных слуху и взору слов, хотелось мне пред Вами из сердца моего всей вытряхнуть, но ей! – никак невозможна. Господа ради простите меня от всего сердца за мою болтливость и примите уверение, что я с помощию Божиею Вас впредь таким пространным многоречением беспокоить никогда не буду.

Желательно мне от Вас получить хоть в половину против сего ответец, а когда нельзя, то и малую крупицу, яко пес приму от Вас, Господина моего, со многою благодарностию.

Прости, дражайший благодетель мой, и когда-нибудь поплачь о мне, не знаю, сподобит ли меня Господь Бог видеть лице Ваше в жизни сей?

Остаюсь к Вам до последняго моего издыхания с искреннею сердечною любовию всеистинным почитанием; Вашего здравия, душевнаго мира и спасения усерднейший желатель и бездерзновенный ко Христу Спасителю молитвенник есмь Господа Иисуса раб неключимый, Ваш бывый брат, а ныне Сын по духу и слуга, убогова скита грешный чернец и пренедостойный Иеромонах Антоний Бездвероустный. Непотребную голову мою повергаю к святым ногам Вашим и с любовию оныя лобызаю. Простите!

P.S. При сем прилагаю Вам поучительное слово Преосвященнаго Евгения Курскаго к сафроньевским старцам, которое вообще и для всех монашествующих нравственно; я им попользовался и Вам для того же сообщаю, которое примите и простите.

21 июля 1828 г. Скит Св. Иоанна Крестителя, находящийся при Оптиной Введенской пустыне.

5

Всепреподбный и достойнопочтенный во Иеромонасех Господин мой и о Господе благодетелю!

Вселюбезнейший батюшка отец Исаия, благословите!

Сердечную любовь и благоговейное почитание при незабвенном памятовании, выну сохраняю к любезной мне особе Вашей, а ныне теже самыя чувствования осмелился при случившейся оказии и с благословения батюшки отца строителя чрез сии скудныя строки изъявить Вам, которыя и изъявляю от глубины сердечной с благоговейным пред Вами поклонением!

О себе любви Вашей доношу, что я по благости Всеблагаго Бога за Ваши Святыя молитвы жив есмь, и еще Господь доселе долготерпит, не наказывая меня за грехи.

Многия хвалятся, – кто чем! – а я не точию хвалюсь и сердечно утешаюсь, что я недостойный благочестивых родителей сын и имею у себя весма добрых и благоговейных братьев!.. При таковом же утешении моем еще и печаль имею, что я не по внешнему, а по внутреннему образу нисколько на них непохож, и сим не точию своей душе, но и всему сродству безчестие наношу и так, любезный батюшка, инова способа ко исправлению своему не обретаю, кроме надежды на Ваши Святыя молитвы, кои меня, грешное козлище, сильны соделать Христовою овцею, почему со слезами молю и прошу Вас о исправлении моем умолить Премилосердаго Господа Бога.

Хотя Св. Апостол и учит: не дети бывайте умы, – но я уже довольною и бородою обросший, но не могу детских обычаев изменится, а именно: пришло мне детское желание попросить у вас.

6

Ваше Высокопреподобие!

Всечестнейший и достопочтеннейший батюшка отец Исаия! Благословите!

Воображая приближающееся Пресветлое торжество – Рождества Христа Спасителя нашего, почему приятным долгом поставляю принесть Вам, моему отцу, чрез сии скудныя строки, усерднейше поздравление с Сим Великим Праздником, сердечно желая да по словам Преподобнаго Иоанна Лествичника наградит и Вас, прежде век Рождшийся Небесный Царь, Своими Благодатными Дарами!

Причем приношу Вам, батюшка, всечувствительнейшую благодарность мою с земным поклоном за присланной безценный дар – образа своего, которым восхищен был я до радостных слез! Батюшка отец игумен, получа оной и поставя у себя, спросил меня: узнаешь ли, кто это. Ответствую ему: ей, не знаю. Да и узнать никак бы нельзя, ибо я воображал Вас в том виде, в котором видел в 1818 году; и тут же пришел мне на память св. Климент Папа римский, которой своих родителей и братьев 24 года не видел: подобно и мы, хотя и в едином чине служим Господу, но лишены утешения друг друга видеть более 20-ти лет, о чем нередко скорблю и духом, но видно так Господу Богу угодно; в протчем, я премного утешен и сим, а может быть, и нас не лишит Господь свидания, якоже и преподобнаго Симеона, Христа ради юродиваго, со Иоанном Постником Своим прежде из шествия от временной жизни, каковаго утешения и нам молитвами их получити – буди, буди!

Вот, отче святый и возлюбленный мне, приближается к нам и Новый год! Премногие сотрудники наши оставили нас и переселились к нестареющему животу, а многие, держа Лествицы в руках, текут еще и возвышаются, обновляяся по вся дни в духе, а мы трое, подобно Единой Жене Марфе, ежедневно находимся в молве и в попечении мнозем, от чего, почти ежедневно, унывает во мне дух мой! Вы и батюшка отец игумен хотя во многом попечении находитесь, но того приобрести и от безмолвия едва ли можно кому, что приобретаете Вы от ежедневных трудов о благоустройстве обители братства; больши бо сея любви никтоже имать, да кто душу свою положит за други своя, по слову Господню, что самое Вы, обои, с усердием выполняете, полагая душу свою за спокойствие и спасение братства. А я нерадивый ничем иным похвалиться не могу – только о немощех и о потере времени; есть ли образ жительства мой можно почесть за доброй, то оной похож на того насчастнаго путешественника, о котором упоминает св. Иоанн Лествичник, который несколько шедши по правому пути, совратился на неправой и попал в кал тинной, и из глубины коего к мимогрядущим взывал: братцы, Бога ради, не ходите вы этим путем, а то и вы, подобно мне запачкаетесь, от каковой предосторожности некоторыя уцеломудрившись спаслись; о, когда бы и меня молитвами нас благоволил Господь Бог из тины многих грехов вытащить и спасти, и для наступающаго Новаго года дух прав обновить во утробе моей, почему и Вы поспешите мне в помощь святыми своими молитвами, в надежде коих и остаюсь к Вам навсегда с сердечною любовию моею и истинным высокопочитанием нижайший послушник Ваш и богомолец многогрешный Иеромонах Антоний земно кланяюсь благословенную десницу Вашу целую моим истинным усердием.

P.S. Батюшка отец игумен наш на краткое время, по крайней надобности теперь в отлучке до Москвы, откуда к празднику Р.Х. хотел возвратиться в обитель, но едва ли успеет, а Вам он оттуда хотел писать сам.

17 декабря 1838 г. Скит св. Иоанна Крестителя.

7

Получ. 6 августа

Ваше Преподобие! Всечестнейший и Достопочтеннейший Батюшка Отец Исаия!

Благословите.

Имея верную оказию, нашей обители двух братов – О.Илариона и О.Николая, отправляющихся в Нижний Новград по монастырским нуждам, почему приятным долгом поставил писать к Вам и свидетельствовать сыновнюю любовь мою и сердечное почитание, каковыя и изъявляю Вам  сими скудными строками с поклонением до лица земли, прося молитв Ваших святых и благословения. Причем приношу вам, батюшка, мою всеусердную благодарность за приятное писание Ваше от  12-го генваря писанное, и за святый образ  Христа Спасителя,  посланный Вами на благословение, который доставлен мне нашим старцем  Макарием во всей исправности; Господь Бог  да помянет  Вашу отеческую любовь ко мне недостойному! – Присем и я, от любви моей к Вам, посылаю в дар святый образ трех Угодников Божиих, находящихся в  Калужской  Епархии: преподобн. Пафнутия  Боровскаго, преп. Тихона Калуж. и блаженнаго Лаврентия Калуж. чудотв, –  который прошу Вас принять благосердно. Да батюшка отец игумен от любви своей к Вам, для общей пользы посылает Вам 60-т книжечек сокращенных "Правил монашескаго жития". Да еще издатель писем Задонскаго затворн. Георгия, нашей обители  рясофорный монах Петр, усердствует Вам Своего издания три книги, взамен коих просит Ваших святых молитв и четочки костяные на благословение. В обители нашей и в скиту, благодарение Господу Богу, доколе благополучно и мирно; батюшка отец игумен особым письмом свидетельствует Вам свою любовь; а старец наш отец Макарий благодарит Вас за странноприятиие и упокоение и свидетельствует Вам почтение: он по многолетных и тяжких трудах своих, ныне приемлет отдохновение и безмолвие в келлии.

За сим поручаю себя продолжению Вашей о Господе любви, и молитвам святым, в надежде коих и остаюсь к Вам  навсегда с истинным высокопочитанием моим и с сердечным желанием душевнаго мира, здравия и спасения.

Нижайший послушник Ваш многогрешный Иеромонах Антоний.

Земно кланяюсь.

10 Июля 1839 г. Скит Св. Иоанна Крестителя.

8

Всечестнейший и Достопочтеннейший Батюшка Отец Исаия.

Благословите!

Неожиданная оказия подала мне приятный случай писать к Вам, чрез Вашего знакомаго г. Николая Александровича Мотовилова, с которым мы в Воронеже на одной квартире покоились. И не почудись, любезный батюшка, тому, что я чрез 24-х-летнее безмолвие пустился плавать по житейскому морю: ибо нужды врученной мне Обители вынудили меня в Странствие сие, и я за пользе Обители и за Спокойствие всей Братии решился всю тягость неблаговремяннаго путешествия взвесить прежде на Своем хребте, и поучится ради Христа просить Милостыню – ходя из дома в дом и переезжая из Града во Град; труд этот по видимому хотя и не велик, ибо где и чаем попояти, а где и головку помоют... и естли б не Христовы Слова утешали меня  – что больши сея любви никтоже имать, да кто душу свою положит за други своя, то кажется и невозможно бы всех прискорбий встретивших меня на пути сем перенести. Но достигши Богоспасаемаго Града Воронежа, где Господь Бог сподобил меня поклонится Великому Чудотвор. Святителю Митрофану, и лобызать Его Святыя и Цельбоносныя, и неизреченнаго благоухания исполненныя Мощи, и принесть Ему мое недостойное моление как о себе самом, купно и о всех – в числе коих и о Вас – да сподобимся Его Святыми и Всесильными Молитвами  часть со Святыми получити! При раке Его Святой, я столь великое ощутил в сердце Своем утешение, что все забыл  прискорбия свои; истинно, Великий Он Угодник Божий, и скорый в скорбех помощник! И можно кажется без погрешения Блаженными тех назвать, которые с верою притекают к Нему, почему и я недостойный благодарю Бога сподобившаго меня сей  великой милости!

От всея души благодарю Вас Батюшка за любезное и многоприятное писание Ваше, и за изображенное в нем соболезнование о участи моей; прошу Вас Батюшка не оставлять меня и впредь словом утешения, которое мне недугующему вместо бальзама бывает.

Отселе я сего дни отправляюсь на Курск, а от туда буду держать путь свой чрез Тулу в обитель, в которую уповаю не ближе достигнуть как во второй половине ноября.

За сим поручаю себя Вашей о Господе любви и молитвам святым, в надежде коих и остаюсь к Вам навсегда с истинным к Вам уважением и любовию.

Ваш всенижайший Послушник и всегдашний богомолец недостойный Иг. Антоний.

Земно кланяюсь.

Октября 23-го 1840-го года. Воронеж.

9

Ваше Высокопреподобие!

Всечестнейший, Достопочтеннейший, и Милостивейший Отец мой и Благодетель

Батюшка Отец Исаия!

Давно имел сердечное желание писать к Вам моему Отцу, но случающияся немощи, а наипаче окружающие ныне обстоятельства лишали сего удовольствия, ибо от избытка приятных удовольствий – уста неудержимо глаголют, а от умножения скорбных наведений и витийствующий язык – больше помалчивает. Может быть Вам уже известно, что я ради многих и тяжких грехов своих из Скита сослан на поселение – при Граде Малом Ярославце – в Черно-Острожской штатной монастырь, в коем с 6-го Декабря и водворяюсь до ныне; но не подумайте Батюшка, чтоб новое место и новое звание изменило меня в Духе к Вам? Ей нет! Я все тот же нерадивой грешник – что и прежде; а честь Игуменская не на дыбки меня подымает, но к земли главу мою склоняет. Я великой сан сей с такою радостию принял – как бы кто честолюбивой лишаем был онаго; ибо, во всю мою жизнь никогда столь горько не плакал, как при разлуке со Святым моим Отцом и Благодетелем, с которым 24 года пребывал вкупе. О теперешнем же моем новоселье тоже могу сказать, что древле Св. Давид о Израильтянах находившихся в плену у вавилонян сказал: Тамо седохом и плакахом! вот и я почти ежедневно болезную сердцем моим при воспоминании о первом моем жительстве, а взирая на настоящее редко остаюсь без слез, и когда нечувственное дерево при пересадке с одного места на другое болит часто, а иногда и засыхает, то возможно ли человеку с чувствительным сердцем быть нечувствительну? Для ведения Вашего донесу Вам – Всепочтеннейший Батюшка: врученной мне монастырь – есть штатный, в полном смысле сего имени, при самом городе /без промежутку/ на большой почтовой Московской дороге, кельи настоятельския мною занимаемыя – окошками на оную в растоянии 10 или не более 15 сажен, так что всякой идущей и едущей виден и разговор емщиков пьяных слышен, так что и очи и уши мои наполняются всякою нечистотою; Братии 20 человек, на коих в течении года покупалось по две бочки сивухи, а пиво варивали сами (и сие неложно); Чин Церковной службы отправлялся по скору, и ради облечения по очередно на прим. если кто сего дни был у утрени то после того 5 дней почивал, а в день седмый схаживались на славословие вкупе; настоятель – предместник мой в монастыре и третий части года не проживал а когда и бывало то более упражнялся внешними занятиями около монастыря, а посему братия жила по подобию всегда празднующих! А праздник Рождества Христова с такою радостию был встречен что все Овцы не сказавшись Пастырю разбрелись по граду славить или прямее сказать безславить Христа, так что на крилосе не кому было сказать и Господи помилуй, почему на другой день все врата монастырския запер чтоб Овцы мои на прежнюю пажить не разбрелись. Первые три месяца провел я один с несказанной печалию, и на все взирал с заплаканными очами, так что от частых воздыханий и груд стала болеть, и лишился было и сна и апетита: но батюшка Отец Игумен по любви и милости своей отделил ко мне из своего братства человек десяток весьма благонадежных и с ними то теперь при помощи Божией за Ваши святыя молитвы начинаю вводить в штатной обители пустынной общежительной чин, и весь теперешней подвиг мой в истреблении хищничества и во изгнании ангела сатанина – бахуса, с которым разстаются не без слез, однако по субботам и воскресным дням по рюмочке во утешение плачущих подношу, а в новь поступающим ко мне в есенции сей отказываю. К сему скажу, что по смерти моего предшественника безначалие продолжалось три месяца, и какие были припасы все истощились или выменяны на горилку, ибо лишась добраго Пастыря – кроме сей нечем было себя и утешить, и когда еще продолжилось безначалие то Бог весть чтобы и было? вот в какое Братство я попал! Более же всего стесняет мое сердце воображение о слабости моего здоровья и не способности к начальствованию, да еще оставленной долг на монастыре до 30 т.р. и храм Соборный во имя великаго Чудотворца Николая 16-т лет выстроенный и до  сих пор не освященный. Пересказавши Вам от многова – весма скудное о моем бедном и горестном житии, теперь мысленно повергаю себя к Святым ногам Вашим, и со слезами прошу: Отче Святый! пролей о мне рабе твоем моление свое ко Господу Богу чтоб возложенной от Него крест укрепил меня несть, и не попустил ежедневно погружаться в мучительном унынии, а также спасая других не дал обезнадеживаться в собственном спаcении, ибо я по благости Божией хотя не во пламени, но по подобию вверженнаго во оной грешника из глубины души взываю к Вам моему Аврааму: устуди язык мой, т.е. даруй сердцу страждущему слово утешения, коего буду ожидать с искренним желанием! Желал всю сию хартию изписать в... к Вам, но сердце отягоченное печалию не дает продолжать, простите! Честь имею поздравить Вас со Святою, но уже и преполовившеюся Пасхою Христовою, которую по многолетном праздновании на земли да Сподобит Воскресщий Спаситель имеете воспраздновать и на небеси в невечернем дни Царствия Божия. Поздравляю Вас и с другим Праздником со днем Тезоименитства Вашего, которое даруй Господи встретить и совершить с радостию о Господе и в душевном спокойствии. А вместе с сим желанием поручаю себя Вашей о Господе любви и молитвам святым, в надежде коих и остаюсь навсегда к Высокопреподобнейшему лицу Вашему с благоговейнеешим уважением моим и с покорностию.

Всенижайший послушник Ваш и всегдашний богомолец малоярославецкаго, Николаевскаго Черно-Острожскаго Монастыря недостойный Игумен – и купно раб неключимый многогрешный брат Ваш Антоний. Земно кланяюсь простите!

Маия 5-го 1840-го года. Монастырь Св. Николая, что в Малом Ярославце.

10

Высокопреподобнейший и достопочтеннейший батюшка отец строитель! Благословите!

В конце минувшаго сентября быв утешен приятнейшим писанием Вашим, я за должное поставляю восписать Вам мою сердечную благодарность за писание оное, каковую благодарность и приношу Вам, батюшка, с земным поклонением и с напрошением великодушнаго прощения в том, что не абие ответствую.

Почитавши Ваши строки несколько крат, усмотрел из них и Ваше теперешнее горькое состояние по внутреннему ощущению сердца своего. О чем вельми поскорбел и я по искренней любви моей к Вам и поплакал! Святый апостол Павел говорит, что "аще страждет един уд, с ним страждут вси уди: аще ли же славится един уд, с ним радуются вси уди". Посему Ваша скорбь – моя скорбь! и не точию едина скорбь любимых мною опечаляет мое сердце, но и самое прославление нас и возведение на степени предстоятельства как батюшку отца Моисея, так и Вас не столько утешало мою душу, сколько опечалило, воображая соединенные с высоким саном многие труды и злострадание! А когда меня недостойнаго торжественно облекали в сан игуменства, то мне в то время представлялось, как будто некоего свободнаго человека без всякой вины как злодея связывают железными веригами и приговорили заключить в темницу, почему в то время плакал неутешно, да и ныне, по большее части, все дни сетуя, хожду. В прочем, вот уже три года протекло моему неопытному начальству, которое не иное что есть, как крест непрестанных скорбей и различных неприятностей и забот! Но когда многия скорби и праведным бывали, то нам грешным не будет прощения от Бога, когда откажемся от претерпения скорбей, без которых ни спасения души, ни царствия небеснаго наследовать невозможно. Почему, любезнейший батюшка, именем Божиим прошу Вас под бременем возможнаго на Вас ига не пренемогать духом; успокоивая свое воображение словами Христа Спасителя, которой гласит: "Больши сея любве никтоже имать, да кто душу свою положит за други своя", – таковому и мзда от Господа неизреченно велика. По справедливости скажу: очень трудно и больно сердцу, когда братия наша за труды наши и непрестанные безпокойства, вместо благодарности платят нам всегдашним негодованием и ропотом; но мысленные и произносные удары слов их в сердце наше – легче тех камней, которыми первомученик был уязвляем!..

Простите меня, что тако дерзнул оказать – не имея сам и малейшаго терпения.

Батюшка отец игумен Моисей на прошедшей неделе посетил меня недостойнаго, которой не был у меня полтора года; и какое же постигло меня искушение? по многократном обещании его быть у меня, я пристально ожидал его, и наконец, известившись, что не будет; почему я по встретившейся надобности выехал в округу за 60 верст, а он в то время пожаловал ко мне и два дня со скукою ожидал меня, и только успел застать его на пороге при выезде из обители моей; и таковое краткое свидание с ним для сердца моего крайне было неудовлетворительно и прискорбно! Он тоже окружен многими скорбями и стеснен недостатками; открыл мне, что поехал ко мне только с десятью рублями, а братии у него 200 человек, почему я и утешил его от себя сотнею рублей. Вот батюшка, что и честь, как нечего есть!..

После сего приношу Вам, моему отцу, усерднейшее поздравление с приближающимся днем Рождения Вашего и бывшим тезоименитством! Сердечно желаю, чтобы со умножением лет Ваших увеличивалось спокойствие душевное и умножалась бы милость Божия к Вам. О чем я и келлейно и во святом храме со всею братию велегласно ко Господу взываю: пробави, Господи, милость твою, ведущим Тя! А вместе с сим поручаю себя вверенную мне обитель Вашей о Господе любви и молитвам святым, в надежде коих и остаюсь во всю жизнь к высокопреподобнейшему лицу Вашему с истинным высокопочитанием моим, любовию о Господе, и с покорностию; Вашим благожелательным богомольцем и всенижайшим послушником многогрешный и недостойный И. Антоний.

Земно кланяюсь.

25 октября 1842 г. Малоярославецкий монастырь.

11

Ваше Высокопреподобие!

Дражайший, достопочтеннеший и вселюбезнейший батюшка мой отец строитель, благословите!

Чувствую я, что долговременным безмолвием моим пред Вами, может быть оскорбляю Вас, но кто перед Богом не грешен? а посему и я многогрешный прежде всего, по примеру блаженнаго ...ю талантов и неимущаго что воздати, кланяюсь пред Вами лицем до земли и смиренно прошу: простите меня многогрешнаго Господа ради! Истинно, и сам не знаю от чего я стал, как невольник – не еже хощу, но что не хощу, то содеваю? а посему и не знаю, как бы мне себя пред Вами на будущее время поправить? почему и прошу Вас, батюшка, вразумить меня и помолится ко Господу Богу; кто знает, может быть я и исправлюсь.

Я как глубоко спящий опоздал принесть Вам свое временное поздравление со Святою Пасхою, то уже вместо оной поспешаю поздравить Вас с двумя приближающимися другими великими праздниками, во-первых, со днем Ангела Вашего – святаго пророка Исаии и потом со святою Пятидесятницею и с пришествием Пресвятаго Духа! Усердно желаю, чтобы Всесвятый, Всеблагий и Животворящий Дух в торжественныя дни оныя излился и на Вас, и сердце Ваше соделал святою обителию себе, сохранил здравие Ваше, обвеселил Вас радостию о спасении своем и Духом своим Владычним утвердил Вас в благодушном несении возложеннаго на Вас креста – всех тягостей по званию настоятельства. Чего, при поздравлении с оными торжественными днями, богомольчески от всея души Вам моему Отцу желаю!

После приветствия сего доношу Вам о Себе, что я недостойный, милостию Божиею и Вашими святыми молитвами доселе живу-дышу-и движусь, но здоровьем своим не похвалюсь, ибо оное ощутительно стало оскудевать; и хотя не Лазарь я, но в ранах... В минувшем годе августа 26-го соборный храм наш, более двадцати лет несвященный, благодарение Богу, торжественно Преосвященнейшим нашим Николаем освящен; но я в то время столько был болен, что в торжестве он и участия иметь Бог не сподобил; почему должен был со слезами ко Господу сказать: чертог Твой вижду, Спасе мой, украшенный, но одежды не имам да вниду в онь! – Что делать, видно тако Господеви изволися; ибо толико был болен, что и живота своего едва было не отчаялся. Подавал в болезни своей прошение ко Владыке об увольнении меня от должности, но не было ему угодно приклонить уха своего к смиренному прошению моему, ибо чужие страдания редко кому бывают чувствительны. Кроме болезней и трудов, настоятельство еще и тем опасно, что незаметным образом может человека преложить в скота несмысленнаго, и тоже вещать, что и безумный оный: Душе, имаши многа блага, почивай-яждь-пий-веселися... Это может быть не потому, чтоб произвольным образом столько обезуметь, но невольным, ибо при посещениях и угощениях других лиц и сам в том же участие имеешь и помалу навыкаешь и разстраиваешьься; но кроме сего устрашает меня еще и ответственность о приставлении домовнем, которыя неминуемо должна встретить меня по истечении жизни сей в вечности. Почему и в нынешнем году, думаю, повторить мое прошение ко Владыке, и посильнее попросить Его, всем прошу помогнуть мне, унылому и многогрешному, своими святыми молитвами ко Господу Богу, дабы благоволил услышать молитву мою и вопль мой пред Ним!

В минувшем в Великом Посте по делам монастырским был я и в Москве, где имел удовольствие познакомиться с отцом Серафимом, святой обители Вашей Иеродиаконом; порадовался я о том, что Вы, батюшка, имеете в братстве столь хороших и благонадежных отцов! аз же, в разсуждении сего, нищ есмь и убог, ибо не только что-либо поважнее поручить сделать, но иногда и в повары избрать способнаго человека, не вдруг потрафишь. Прошу Вас, батюшка, отцу Серафиму передать мое поклонение и благодарение за приятное собеседование его.

Из Москвы с собою ничего добраго я не привез, кроме болезни, две недели – Страстную и Светлую – нудился я, ежедневно ходил во храм ко всякой службе и служил; а с Фоминой досели и из келлии вон не выхожу по болезни в ноге, истинно – многи раны мне грешному! Батюшка отец игумен Моvсей, узнавши о моем бедном и скорбном положении, решился было меня больнова посетить, но встретило Его на дороге искушение, утонул было в грязи, почему и возвратился пеший в спять, обещаясь утешить меня посещением своим после праздника Вознесения, ко дню празднования святителя и чудотворца Николая, купно и Вашего святаго Ангела! Бог благоволит, я Его посещения дождусь; когда же буду утешен я Вашим благоприятнейшим лицезрением? Время жизни сокращается, а умереть, не повидавшись с Вами и не принявши от Вас благословения – ей, не хочется! – а посему прошу Вас и молю: нельзя ли придумать каковый ближайший способ ко свиданию? А иначе горько будет мне умирать!..

При сем, или в случае за сим, посылаю Вам две книги, а третью к ним вышлю по напечатании, которыя в день Ангела Вашего приношу Вам в дар, которыя прошу принять как малейший знак искренней любви моей к Вам, и на скудное приношение прошу на меня убогова не попенять!

В заключении сего поручаю себя Вашей отеческой любви и молитвам святым, в надежде коих и остаюсь на всю мою жизнь к Высокопреподобнейшему лицу Вашему с истинным высокопочитанием моим, любовию о Господе и с сердечным благоговением моим к Вам и преданностию, Вашим благожелательным богомольцем и всенижайшим слугой немощный и многогрешный послушник Ваш Антоний.

Земно кланяюсь и молитв святых прошу.

1 маия 1844 г. Малоярославецкий монастырь.

12

Ваше Высокопреподобие!

Всечестнейший, любезнейший и всемилостивейший благодетель мой, батюшка отец Исаия!

Благословите!

Вот паки исполнился год молчания моего пред Вами, за которое, кажется, самые стены келлии моей вопиют на мя! Истинно, егда кто приидет во глубину зол, не радит ни об чем; тако и я многогрешный! А посему не имею что представить Вам, любезнейший батюшка, во извинение свое, кроме самых слов Христа Спасителя нашего, сице к Вам говорящаго: Аще согрешит к тебе брат твой и кается – остави ему! Почему смиренно припадаю к ногам Вашим, испрашиваю великодушнаго прощения за мое невежественное безмолвие пред Вами; и хотя я сознаю себя незаслуживающим Вашего милостивейшаго извинения, но прошу простить меня ради спасительнаго и всерадостнаго Воскресения Христова, с святым и великоторжественным празднованием коего, приношу Вам, батюшка, от всей души моей всеусерднейшее поздравление, с сердечным желанием праздновать оное во славу Воскресшаго Господа многолетно; и наконец, и той велией и священнейшей Пасхи Господней празднования истея причаститься ... сподобит Вас Господь Бог, которая по окончании века сего будет праздноваться без конца в Небесном Царствии, чего от всей души моей богомольчески Вам желаю!

Дражайшие и любезнейшие мне писания Ваши: 1-е от 8-го июня, 2-е от 19 декабря минувшаго года писанныя, – с святым образом Христа Спасителя нашего, благословляющаго миром и четками, имел удовольствие получить исправно и был премного утешен оными; за что в то время благодарил Вас мысленно, а ныне благодарность оную повторяю пред вами и письменно с земным поклонением. Спаси вас Господи и помилуй за любовь и за милость! Прошу вас, батюшка, не посетовать на меня за то, что я не имею никакого рукоделия и художества, коим бы взаимно мог ответствовать Вам, ибо мы есмы – монахи штатные, не навыкшие ничему доброму, любящие одну лишь праздность и разрешение на все и назирающие часто где пирове бывают; почему хотя бы чужими трудами усердствую Вам одною книжкою писем затворника Георгия, которую прошу принять вместо самой малейшей лепты, впрочем от сердечной любви к Вам приносимую.

О себе Вам доношу, что я милостию Божиею и Вашими святыми молитвами доселе живу и движусь, но здоровьем своим не похвалюсь, ибо с умножением лет и болезни стали множиться, при коих более всего немоществую унынием – в духе и немирствием к месту, а более – к должности; что самое обратилось почти в недуг, ничем необлегчаемый, чему наступил шестой год. В минувшую осень посылал форменное прошение ко Владыке, а потом и письмо (с коего при сем прилагаю Вам копию), но Владыка решительно отказал мне так, чтоб я более  и не думал об увольнени, отчего в крайнее пришел я изнеможение и недоумение что сотворить, почему решился еще поохать нынешний год, а далее не знаю, что о мне устроит Господь Бог? Прошу Ваших святых молитв да не пожерт буду печалию.

Сердечно порадовался я и благодарил Господа Бога о благоволении к Вам и ко вверенной Вам обители добраго архипастыря Вашего Преосвященнейшаго Николая. Даруй, Боже, чтобы и впредь благоволение его продолжалось к Вам без оскудения, ибо милостивое обращение архипастыря подает бодрость в духе и облегчает труд.

Также порадовался я и об отце Серафиме Вашем, что Господь удостоил его священства и облек в ризы спасения. С сею великою милостию Божиею усердно его поздравляю и всенижайше кланяюсь ему и прошу святых молитв его о мне нерадивом грешнике.

Несколько лет тому назад писал я к Вам, батюшка, и просил Вас о жизнеописании преподобнаго отца Назария игумена Валаамскаго, о коем и ныне прошу Вас и молю утешить меня присылкою онаго, за что Вам смиренный мой поклон будет лицем до земли. Также всепокорнейше прошу Вас снабдить меня и жизнеописанием святаго старца Вашего отца Серафима, если имеете оное у себя пополнея от напечатаннаго, за что такоже должен буду Вам чувствительною благодарностию.

Приложенное при сем письмецо благоволите отправить г. Мотовилову Николаю Александровичу в местопребывание его, которое мне неизвестно, а посему и прошу Вас.

За сим поручаю себя Вашей отеческой любви и молитвам святым, да Господь Бог полезное устроит о мне; в надежде сей остаюсь навсегда к Высокопреподобнейшему лицу Вашему с сыновним высокопочитанием моим, любовию о Господе и с сердечною благодарностию за милости – Вашим благожелательным богомольцем и всенижайшим послушником, недугующий душою и телом, многогрешный брат Ваш, недостойный игумен Антоний. Земно кланяюсь.

4 апреля 1845 г. Малоярославецкий монастырь.

P.S. Александросвирскаго монастыря Иеромонах Иннокентий, бывший у меня мимоходом в первой половине февраля, просил меня передать Вам поклонение его с благодарением, что сим приписанием и выполняю его поручение.

13

Ваше Высокопреподобие!

Всечестнейший, любезнейший и достойнопочтеннейший батюшка мой, отец игумен Исаия!

Благословите!

Всякий раз, когда пишу к Вам письма, аще за нерадение свое и каюся, но и паки каждый раз лож пред Вами обретаюся; почему паки смиренно прошу Вас простить мне нерадивому и грешному! А за вину мою прошу наложить на меня епитимию, которая – уповаю – будет мне во спасение от застарелаго нерадения.

Приношу Вам, дражайшему моему отцу, всеусерднейшее поздравление с окончанием Светлаго Христова Праздника – Святыя Пасхи и с текущею святою Пятидесятницею, которую даруй, Боже, допраздновать во здравии и в душевном спокойствии и радостно встретить пришествие Святаго Духа!

Недавно услышавши от батюшки отца игумена Моисея о возведении Вас в степень игуменства святой обители Вашей, чему сердечно порадовался я, и от всей души моей благодарил Господа Бога, венчающаго Вас милостию Божиею всеусернейшее поздравление, с сердечным желанием, чтобы имущим Вам сие, и еще – по слову Господню – дано было и преизбыло, т. е. смиренные перси Ваши были бы украшены крестом святым, а глава Ваша облеклась бы лепотою архимандритства. Чего от всей души моей усердно Вам, батюшка, желаю!

Вместе с Сим приношу Вам, достопочтеннейший батюшка, усерднейшее поздравление с приближившимся днем Ангела Вашего святаго пророка Божия Исаии. Сердечно желаю Вам, чтобы и сей праздник во здравии и в спокойствии душевном радостно встретить и препроводить! Даруй, Боже, чтобы и все дни живота Вашего – до старости и престарения – были бы и для Вас благоприятны и богоугодны и с пользою бы для святой обители Вашей и всего Богособраннаго братства Вашего протекали так. чтоб по святому Давиду можно было рещи: в мире вкупе усну и почию, яко Ты, Господи, единаго на уповании вселил мя еси! Более же сего на сей раз – по разсеянному моему уму – сказать не знаю что, простите мне! При сем прилагаю Вам книжек, одно в переплете жизнеописание Великаго старца Паисия Молдавскаго и две такие же и одну маленькую в пользу для братии Вашей, которыя вместо краснаго личка и благоволите принять от меня недостойнаго и ради Светлаго Воскресения Христова прошу простить меня многогрешнаго!

После сего доноша Вам, любезнейший батюшка, о себе самом, что я милостию Божиею и Вашими святыми молитвами доселе живу и движусь. Усиливался было по болезненному состоянию своему освободится от должности и вступился было в посредство о мне Высокопреосвященный Филарет, Митрополит Московский и писал о том к нашему Владыке, но наш Владыка свои представвил резоны к удержанию меня, а при том и батюшка отец игумен Моисей не только одобрил стремление мое, но еще и опорочил оное, указав мне в пример распятаго Христа Спасителя нашего, которому хотя и говорим: сниди со Креста, но Он не сошел, посему и меня малодушнаго и нетерпеливаго приговорили к смерти, т.е. чтоб не мыслил я сойтить с своего креста, но претерпевал до конца – до смерти и погребения. Что делать, чаша сия – по многоболезненному моему состоянию моему – хотя и очень горькая для меня, но решился упорную волю свою покорить воле Божией, сказавши к нему со слезами: отче наш, да будет воля Твоя, а не моя! А теперь мысленно обращаюсь я и к Вам, батюшка, и смиренно прошу и молю Вас, Бога ради, помогите мне безсильному в несении моего креста святыми и всесильными молитвами своими о мне ко Господу Богу! Коим с верою и надеждою себя вручая, остаюсь навсегда к высокопреподобнейшему лицу Вашему с истинным высокопочитанием моим, с покорностию и любовию о Господе, всегдашним богомольцем Вашим и всенижайшим слугою, немоществующий телом и душой, многогрешный брат Ваш, недостойный игумен Антоний. Земно кланяюсь и мысленно целую стопы Ваши.

P.S. Калужской Духовной Консистории присутствующий Воскресенский протоиерей Петр Стефанович Алексинский, который Митрополита Киевскаго Филарета племянник родной, убедительно просил меня попросить Вас о бывшем архимандрите Сергие, находящемся в обители Вашей в числе послушников, о неоставлении его Вашею отеческою милостию и снисхождению к немощам Его, которой лишен достоинства хотя и не безвинны, но все есть в нем черта и добрая, почему и просит вас не оставить Его. И когда удостоите меня ответом своим, то благоволите что-нибудь упомянуть и о несчастном оном – на особом лоскутке бумаги, чтобы я при случае свидания с от. прот. мог что-либо сообщить по просьбе его.

21 апреля 1847 г. Малоярославецкий монастырь.

14

Ваше Высокопреподобие!

Всечестнейший, любезнейший и достойнопочтеннейший батюшка, отец игумен Исаия!

Благословите!

Во-первых, приношу Вам, дражайший батюшка, всеусерднейшее поздравление с приближающимся великим торжеством святой обители Вашей, Успения Преблагословенной Владычицы нашей Богородицы и Приснодевы Марии! Сердечно желаю Вам сей благознаменитый праздник встретить и совершить в духовной радости и во спокойствии душевном, вкупе со всею о Христе братиею Вашею. Даруй Вам, Боже, сей святый праздник в честь и славу Матери Божией, праздновать многолетно, а потом за святыя и всесильныя молитвы ея удостоится и в небесных обителях радостнейшаго празднования. Чего от всей души моей богомольчески Вам желаю!

Вместе с сим приношу Вам, любезнейший батюшка, всечувствительнейшую благодарность за благоприятнейшее писание Ваше от 15-го Маия писанное и за приложенныя изображения, любезныя мне, которые получил исправно, и оные сердечною любовию лобзал я благоговейно. Спаси Вас Господи и помилуй за милость сию! В то время, когда получил я посылку Вашу, случилась у меня быть проездом племянница Татьяна Космовна с дочерью-невестою Елизаветою Ив., которым пожелалось иметь у себя изображение Ваше, и я решился утешить их оным, в надежде той, что Вы не только не огорчитесь поступком моим таковым, но и еще окажете мне милость присылкою таковаго изображения вновь, в чем по времени и не откажите утешить меня, за что паки и паки сердечно благодарить Вас буду!

После сего доношу Вам о себе, что я благостию Божиею и Вашими святыми молитвами доселе живу и движусь, но также как и Вы, от многих забот и безпрерывных неприятностей столько одряхлел, что кто знает батюшку отца игумена Моисея и меня, то не его, а меня считают старшим братом, а из сего можно заключить, что должность настоятельская есть бремя самое претяжкое, сокрушающее и душу, и тело! Особенно мое горькое положение: монастырь в городе и семеры в нем ворот, почему если бы настоятель и сто глаз у себя имел, то всего бы не усмотрел. Решился нынешним летом выстроить себе келлии при главных св. вратах, и быть вратарем, чтоб входящих и находящих видеть очами, а прочия ворота заградить и отпирать только по необходимой нужде; может быть сие недовольным братиям и не по сердцу будет, но что ж делать, подуются да одумаются. Седмь лет силился оставить всех в покое, но начальство не уволило меня, а теперь должен же что-нибудь тут принимать в пользу ввереннаго мне братства.

Усердно благодарю Вас, батюшка, за уведомление об о. Сергие; благодарит Вас и то лицо. которое желало слышать о нем; вот какова нахлебника определило к Вам начальство.

Если описание святой обители Вашей имеется написанное при Вашем настоятельстве, то благоволите пожаловать мне одну книжку. Да еще нет ли у Вас описания санаксарскаго монастыря, то прошу пожаловать одну же книжку.

За сим земно Вам кланяюсь и смиренно прошу святых молитв Ваших и благословения, в надежде коих остаюсь навсегда к высокопреподобнейшему лицу Вашему истинным высокопочитанием моим, любовию о Господе и с сердечною благодарностию за любовь Вашу ко мне недостойному и за все милости, всегдашним богомольцем Вашим и всенижайшим послушником, многогрешный игумен Антоний.

6 августа 1847 г. Малоярославецкий монастырь.