Я, по милосердию Божию, с 30 июля заболел, и с тех пор до ныне не освободился еще от болезни. Были часы самые тяжкие, но Господь Бог помиловал меня по велицей милости Своей.

Сердечно сожалею я и о Ваших почти безпрерывных недугованиях, и о том, что свирепствует смертность в селении Вашем. Что делать? Все мы теперь живем и ходим посреде сени смертной; ибо смерть не за морями, а у каждого за плечами. Страшимся за смерть одного и другого, но мысль о исправлении своем отлагаем впредь, когда язык наш не будет говорить.

20 Августа 1855 г.