Две книги: Венок на могилу Преосвященного Иннокентия и Афон, или Критические рассказы о нем г. Благовещенского, имел удовольствие получить исправно. Книги оные, по Вашему совету, я прочитал, а книгу об Афоне я прочитал с великим негодованием на сочинителя, который написал свои рассказы в духе Б. П., и из хорошего извлекает только нехорошее, и за это надо наименовать сочинителя не Благовещенским, а зловещенским. Справедливо Вы сделали замечание, что сочинитель этой книги не имеет в себе даров Святаго Духа. В Домашней Беседе, на странице 594-й сказано: «не христианская рука водила этим пером». Посему удивительно, что этот сочинитель по своей фамилии происходит из духовного звания, а в таком черном виде описал святое место. Я с своей стороны прибавлю то, что если не сатана, то кто нибудь из первых его чиновников, диктовал сочинителю писать так, а всего удивительные, что цензурою дозволено напечатать такую ругательную книгу, которую и другим давать читать совестно.

19 Сентября 1864 г.

Афон сияет истинным Богопочитанием и благочестием. Там земная воинствующая Церковь, и небесная, торжествующая благодатию Божиею. Там обитают истинные подвижники, земные ангелы и небесные человеки, работают Господу со страхом, по слову св. Давида, и радуются Ему с трепетом, и всем благочестивым людям подают своею жизнию назидательный пример. Одни только беси и нечестивые люди в Свете Христовом находят тьму, и в благочестивой жизни тамошних смиренных иноков видят личину и черноту, которых в самой вещи нет — и сообщают о том публике. Так поступил и Благовещенский в издании своей книги об Афоне, который не только все святые Обители тамошние, то есть, штатные и общежительные монастыри, скиты и отшельнические жилища, насмешливо и ругательно описал, но и чудотворные Иконы, находящиеся в тамошних монастырях, похулил, и о чудесах самой Божией Матери недоверчиво написал, как будто все это обман; а всего удивительнее, что в той книге его воплотившийся нашего ради спасения, Сын Божий нигде даже не удостоен имени Господа, и называется только Иисусом Христом, как бы обыкновенный человек. Посему и тамошние бедные иноки, посылаемые в Россию для испрошения милостыни ради Христа, обруганы за то, что они привозят с собою части Святых мощей и Животворящее Древо Спасителя, и, по желанию благочестивых людей, служат молебны и святят воду, и за это из России вывозят тысячи золотых полуимпериалов, которые ругатель Православия Благовещенский пересчитал. А о том, что иностранные музыканты, актеры и актрисы и отличные певицы приезжают в Россию, задают музыкальные вечера, разные представления и действительно вывозят многие тысячи из России, никто справедливой критики об этом не написал, кроме чрезвычайной похвалы, что они удивили своими талантами глупую публику. Но, к сожалению моему, эта книга об Афоне Б. П. понравилась, потому что написана в духе его, ибо и Б. П. о монашестве имеет суждение не лучше Благовещенского; ибо когда две родные его сестрицы оставили светскую жизнь и удалились в пустыню, то он горько плакал о них, как о погибших… а о том, что он более двадцати лет живет развратно ни разу не вздохнул и не прослезился, и брачную жизнь, Самим Богом благословенную, презрел, да и в Других оную не одобряет, чем он новому поколению дворян служит камнем претыкания; ибо юные, взирая на престарелого и весьма умного Б. П., могут так же жить, как и он, и живут, то есть, не знать ни в чем греха и все себе позволять…. Но, по моему мнению, следовало бы предать умного Б. П. церковной епитимии, то есть, запрятать его лет на семь в монастырь, чрез каковое средство он образумился бы и принес бы плоды покаяния. Впрочем, не посетуйте Вы на меня, что я осмелился о высокородных людях так писать, ибо писал наиболее от сердечного сожаления моего о будущей участи их.