***
181. М. П. ПОГОДИНУ.
Печатается по подлиннику (ПД).
Впервые опубликовано — с большим пропуском — в «Сочинениях и письмах», V, стр. 415–421. Пропуск напечатан в «Материалах» Шенрока, III, стр. 315–316, с характерными смягчениями; полностью и исправно — в «Письмах», II, стр. 77–84.
Потому только, что я не писал к тебе…Последнее перед этим письмо к Погодину Гоголь написал из Вены 10 августа 1840 г. (см. № 178*).
…я тебе прощаю, что ты огорчил меня. На это письмо М. П. Погодин отвечал Гоголю 28 ноября 1840 г.: «Как я плачу! Виноват, прости меня! Признаюсь — я был огорчен, я негодовал на тебя! Прости меня… Успокойся, успокойся! Я вижу, тебе надо путешествовать, чтоб привести в ровность твой организм… Надеюсь прислать тебе скоро на дорогу. У меня надежды много на журнал…» («Русская Старина» 1889, VIII, стр. 382; см. также «Материалы» Шенрока, III, стр. 328).
Благодарю за известие об Лизе. См. письмо Погодина к Гоголю от 28 ноября 1840 г.
Анета— Анна Васильевна Гоголь.
Рад очень твоему счастию, т. е. редким находкам…В 1839–1840 гг. Погодин начал собирать старинные рукописи, положившие начало его знаменитому Древлехранилищу.
Сюжет, который… держал я в голове своей… развернулся…В. А. Панов, сопровождавший Гоголя при его возвращении из Москвы в Рим, в письме к С. Т. Аксакову от 21/9 ноября 1840 г. рассказывает: «Хотя я в душе никогда не переставал быть убежденным, что Гоголь непременно пробудится с новыми силами, но, признаюсь, мне кажется — я уже забывал видеть в нем Гоголя, как вдруг в одно утро, дней 10 тому назад, он меня угостил началом нового произведения!..Это будет, как он мне сказал, трагедия. План ее он задумал еще в Вене, начал писать здесь. Действие в Малороссии. В нескольких сценах, которые он уже написал и прочел мне, есть одно лицо комическое, которое, выражаясь не столько в действии, сколько в словах, теперь уже совершенство. О прочих судить нельзя: они должны еще обрисоваться в самом действии. Главное лицо еще не обозначилось…» («Сочинения и письма», V, стр. 425).
Нервическое расстройство и раздражение возросло ужасно. В том же письме к С. Т. Аксакову от 21/9 ноября 1840 г. В. А. Панов рассказывает: «… должен сказать вам, что знаю о состоянии, в котором он находится с выезда своего из России и до сих пор. Вообще мне кажется, что он ошибался, если думал, что ему стоит только выехать за границу, чтобы возвратить деятельность и силы, которые он боялся уже потерять. Хорошо, если бы так. Но, к несчастию, его расстройство не зависит от климата и места и не так легко поправляется… Может быть, целые десять лет его жизни постепенно расстроивали его организацию, которая теперь в ужасном разладе. Его физическое состояние действует, конечно, на силы душевные; поэтому он им чрезвычайно дорожит, и поэтому он ужасно мнителен. Все эти причины, действуя совокупно, приводят его иногда в такое состояние, в котором он истинно несчастнейший человек…» («Сочинения и письма», V, стр. 424).
При мне был один Боткин— Николай Петрович, старший брат (от первой жены отца) известного врача-клинициста, профессора СПб. Медицинской академии, Сергея Петровича Боткина.
Дорога, мое единственное лекарство…В. А. Панов пишет в цитированном выше письме: «Теперь он тешит себя другою мыслию: он убежден, что для поправления своего здоровья ему необходимо сделать огромное путешествие, жалеет, что слишком скоро приехал в Рим, и хотел бы, чтоб его теперь курьером отправили в Камчатку, разумеется, с возвратом» («Сочинения и письма», V, стр. 424).
…надеяться ли мне на место при Кривцове. См. письма №№ 158*и 168*и примеч. к № 158*.
Шадов, Фридрих-Вильгельм (1789–1862) — немецкий художник; писал на исторические и религиозные сюжеты.
Обервек— Овербек Иоганн-Фридрих (1789–1869) — немецкий художник. После исключения Овербека из венской Академии художеств, в связи с его борьбой против господствовавшего в академии классического направления, он поселился в Риме. В 1840-х годах Овербек окончательно утверждается на позициях своеобразного религиозного романтизма в живописи.
Бессмертный купол— купол собора св. Петра в Риме.
Сергей Тимофеевич— Аксаков.
Правда ли, что будто бы Жуковский женится?В 1841 г. В. А. Жуковский в возрасте 58 лет женился на восемнадцатилетней Елизавете Рейтерн, дочери немецкого художника Рейтерна.
