Того же[392]иному. О ползе

Еже усты къ устом беседова твоа святыни къ мне, честнейшій мой господине[393]отче, таже[394]и писаніиця[395]о том же присылал ми еси: тре- буеши от моеа худости написано послати тебе слово полезно — еже къ благоугоженію Божію и къ ползе души. И азъ, господине,[396]чело- векь грешенъ и неразумен/лно/есмь и всеми страстми побеждаемь[397], боахся начати такову вещь. Того ради отрицался есмь и отлагалъ. Но понеже духовнаа твоа любовь устрой мя еже дръзнути ми выше меры моеа — писати тебе подобающяа, того раді убедихся на се.

Въпрошеніе же твое пръвое о помыслех блудныхъ: како съпротивитися имь.

И о сем не тебе точію тщаніе и подвигь, но и всем подвизающимся съ Богомь, понеже веліа сіа борба, глаголють отцы, сугубу рать имеа: въ души и теле, — и не имат нужднейши сего естество. Того ради любящим же мир сей в пище и покое веселятся. Это и есть правый путь — претерпевать искушения скорбей за благочестие. И на этот путь направляя, Бог страдальцев Своих приводит в жизнь вечную. И этого ради с радостью подобает шествовать нам непорочно этим путем, следуя заповедям Господним, всем сердцем благодаря Его, что послал нам благодать эту, возлюбив нас, — непрестанно молясь благости Его, поминая конец жизни этой скорбной и бесконечное блаженство будущего века. И Бог, податель всякой радости и утешения, утешит сердце твое и сохранит тебя в страхе Своем молитвами Пречистой Богородицы и всех святых.

Незабвенным же Господа ради сделай и меня, грешника, в молитвах своих, говорящего тебе хорошее, а не делающего, да Господь выведет меня из потопа страстей и из трясины грехов.

О чем устами к устам беседовала твоя святыня со мной, честнейший мой господин отец, затем и писаньица о том же присылал ко мне: требуешь от моей худости написанным послать тебе слово полезное, — о благоугождении Богу и о пользе душе. А я, господин, человек грешный и неразумный, и всеми страстями побеждаемый, боялся приняться за такое дело. Поэтому отказывался и откладывал. Но поскольку духовная твоя любовь заставила меня дерзнуть на то, что выше моей меры, — писать нужное тебе, постольку я решился на это.

Вопрос твой первый о помыслах блудных: как сопротивляться им.

В этом не у тебя только труд и подвиг, но у всех подвизающихся с Богом, потому что тяжелая эта борьба, говорят отцы, из двойной войны состоит: в душе и в теле, — и нет труднее ее у естества. По этой кре/л.но об./пце тщатися подобаеть и трезвьно и бодрено съблюдати свое сердце от сихь помыслъ и, страх Божій имеа пред очима, помина- ти обещаніе наше, еже исповедахомь, — пребывати въ целомудріи и чистоте. Целомудріе же и чистота — не вънешнее точію житіе, но съкровенный сердца человекь, егда чистотьствуеть от сквернных помыслъ. Тем же всячьскы потъщателно отсецати сіа помыслы; сію же победу велію на нихъ поставляти — еже молитися Богу прилежно, якоже предаша святіи отцы, — различны/, j.ж/миобразы, единем же разумомь. Овъ убо рече, от Давида пріемь, сице молитися: «Изгоня- щеи мя ныне обыдоша мя». «Радости моа, избави мя от обышедших мя». Инъ же от тех же глаголеть сице: «Боже, въ помощь мою вън- ми», — и сим подобная. Инъ же — пакы от тех: «Суди, Господи, оби- дящим мя и възбрани борющим мя» и прочее псалма.

Призывай же на помощь и яже слышиши въ Писаніих подвизавшихся о целомудріи и чистоте. Егда же зелне належит ти брань, абіе въставь и на небо очи и руце простеръ, молися/лш об./сице: «“Ты силенъ еси, Господи”, и Твой есть подвигь, Ты ратуй и победи въ томь, Господи, о насъ». И възопи къ Всесилному въ помощехъ смиренеми вещанми: «Помилуй мя, Господи, яко немощенъ есмь». Сіе убо преданіе святыхь есть. И аще въ сих бореніихь, проходя, будеши, познаеши искусомь, яко благодатію Божіею сіа сими зелне побеждаются.

Всегда же Ісусова имене оружіемь рани ратникы: крепчайши бо сеа победы несть.

Съхраняй же ся от виденіа лиць и слышаніа беседъ таковых,/л. н2/иже въздвижут страсти и възъставляют нечистыя помыслы, и Богъ съблюдет тя. И сіа убо о сихь.

Въторое же въпрошеніе твое о хулном помысле.

И сій помыслъ безстуденъ и лютъ есть[398]зело. Стужает же крепце и не постоателне. И не точію ныне, но и древле бысть, и великымь отцемъ и святымь мученикомь, и въ самое то время, егда хотяху мучители предаати телеса их на раны и смерти горкыя исповеданіа ради веры еже въ Господа Бога нашего Ісуса Христа. И на сій помыслъ победу имети сице/л. 142об./ —еже не свою душу, но нечистаго беса виновна быті сему. Глаголати же противу хулному духу сіа: «Иди за мя, сатана! Господу Богу моему поклонюся и Тому единому послужу. Тебе причине очень стараться подобает и трезвенно и в бодрости сохранять свое сердце от этих помыслов и, страх Божий имея пред очами, помнить обещание наше, которое мы исповедали, — пребывать в целомудрии и чистоте. Целомудрие же и чистота — это не внешняя только жизнь, но — сокровенный сердца человек когда остается чистым от скверных помыслов. Потому надо всячески тщательно отсекать эти помыслы; а оружие против них следует применять такое — молиться Богу прилежно, как научили святые отцы, — различными способами, тождественно же по смыслу. Один ведь говорит, что, от Давида научившись, молится так: «Преследующие меня ныне окружили меня»(Пс.16, 11); «Радость моя, избавь меня от окруживших меня» (ср.:Пс.30, 16). Другой из них говорит так: «Боже, о помощи мне услышь»(Пс.70, 12), — и тому подобное. Другой — тоже из тех же: «Суди, Господи, обижающих меня и запрети борющимся со мной»(Пс.34, 1), — и дальнейшее псалма.

Призывай также на помощь тех, о ком слышишь в Писаниях как о подвизавшихся в целомудрии и чистоте. Если же тяжелой оказывается для тебя брань, тут же встав и к небу очи и руки устремив, молись так: «“Ты силен, Господи”(Пс.88, 9), и Твой это подвиг. Ты воюй и победи в этом, Господи, за нас». И воскликни, обращаясь к Всесильному в помощи, смиренным голосом: «Помилуй меня, Господи, ибо я немощен». Таково предание святых. И если это в борьбе применять будешь, узнаешь по опыту, что благодатью Божией враги этим решительно побеждаются.

И всегда Иисусова имени оружием наноси раны ратникам: крепче ведь этой победы нет.[399]Сохраняй себя и от того, чтобы смотреть на лица и слушать беседы такие, которые возбуждают страсти и возвращают нечистые помыслы, и Бог охранит тебя. Об этом достаточно.

Второй же твой вопрос — о помысле хуления.

И этот помысел бесстыден и очень лют. Нападает же он так сильно, что ему невозможно сопротивляться. И не только ныне, но и в древности он был, и у великих отцов и святых мучеников, и в то самое время, когда мучители собирались подвергнуть их тела ранам и горькой смерти за исповедание веры в Господа нашего Иисуса Христа. А побеждать этот помысел надо так — не свою душу, но нечистого беса считать его виновником. Говорить же против духа–хулителя следующее: «“Отойди от меня, сатана! Господу Богу моему поклонюсь и Ему одному послужу” (ср.:Мф.4, 10;Лк.4, 8). Тебе же хула твоя на же хула твоа на верхь твой възвратится, и тебе напишеть сію Господь. Отступи убо от мене. Богъ, създавый мя по образу Своему и по подобію, да упразднит тя». Аще ли и по сихь стужаеть, безъстудствуа, преложи помыслъ на ину некую вещь божествену или человечьску, аще что не/л. і4з/вне подобающих.

Съхраняй же ся от гордыня и въ путех смиреніа тъщися проходи- ти. Речено бо есть отцы, яко от гордыня раждаются хулныя помыслы. Бывают же и от зависти бесовскыа. И аще от сего или оного бывають, но якоже ални губителна ядовитым зверем, тако и сей страсти губи- телно есть смиреніе. Не точію же сей, но и прочимь, — речено бысть святыми отцы.

въпрос.

А еже испытуеши, како отступити от мира, — и сіе добро усердіе твое. Но тщися деломь сему съвершитися /.«.нзов./сице в тебе. Сіе бо есть потлаченый путь къ вечному животу, имже, въ внятіи премудрости познавше, идошя преподобніи отцы.

Наипаче бо тому[400]подобно отступленіе міра, емуже въ обычаи бысть съвкупленіе съ миромъ. Аще бо не отступить, якоже образи не- ціи и начертаніа мира, прежде бывшяа въ немъ от слышаніа и виденіа мирскых вещей, пакы поновляются. И не может трезвьно пребыти въ молитве и Божіимь волям поучатися. Хотяй же поучати себе благо- угожденію Божію длъженъ есть отступи/…ш/ти мира.

Не въсхощи же пріати и обычныхь друговь беседы, иже мирская мудрьствующихь и упраждняющихся въ безсловесная попеченіа — яже въ прибыткы монастырьскаго богатъства и стяжаніа именій, — яже мнятся сіа творити въ образе благости и от неразуменіа[401]божественых Писаній и[402]от своих пристрастій добродетель мнять проходи- ти. И ты, человече Божій, таковым не приобщайся. Не подобает же и на таковыхь речми наскакати, ни поношати, ни укоряти[403], но — Бого- ви оставляти сіа: силен бо есть/л. mot./Богъ исправити ихъ.

Съхраняй же себе въ всячьскыхь от дръзновеніа. Дръзновеніе бо, якоже писано есть, подобно огню велику, еже егда бываеть, вси бежат от лица его. И отвращайся слышати и видети вещи братняа и таиньства их и деаніа. Сіе бо сътворяет душу пусту всякого блага и устрааеть смат- ряти недостаткы ближъняго и съставляеть еже плакати своя грехы.

твою голову возвратится, и тебе припишет ее Господь. Отступи же от меня. Бог, создавший меня по образу Своему и подобию, да удалит тебя». Если же и после этого он нападает, бесстыдствуя, переведи мысль на какой‑то иной предмет божественный или человеческий, только не вне подобающих.

Сохраняй же себя и от гордыни и путями смирения старайся ходить. Ибо сказано отцами, что от гордыни рождаются хулительные помыслы.[404]Но бывают и от зависти бесовской. От того ли, или от иного они бывают, но как олени суть губители ядовитых зверей, так и для этой страсти губительно смирение. И не только для этой, но и для прочих, — сказано было святыми отцами.

Третий вопрос.

А что ты спрашиваешь, как отступить от мира, — и это усердие твое хорошо. Но старайся, чтобы на деле это совершилось так в тебе. Это ведь выровненный путь к вечной жизни, которым, внимая премудрости, его познавшие, шли преподобные отцы.

Особенно же тому нужно отступление от мира, у кого в обычае было совокупление с миром. Ведь если он не отступит, то образы некие и картины мира, прежде бывшие в нем от слышания и видения мирских вещей, вновь обновляются. И не может он трезвенно пребыть в молитве и Божиим волям поучаться. Желающий же поучаться благому угождению Божию должен отступить от мира.

Не возжелай также принимать обычных друзей с беседами, о мирском думающих и занятых попечениями о бессмысленном — о прибыли монастырского богатства и стяжании имуществ, — которым кажется, что они это делают как благое дело, и от незнания божественных Писаний или от своих пристрастий полагают, что идут путем добродетели. И ты, человек Божий, с таковыми не общайся. Не подобает же на таковых и словами наскакивать, ни поносить, ни укорять их, но надо предоставлять это Богу: в силах ведь Бог исправить их.

Также уберегай себя во всем от дерзости. Дерзость ведь, как написано, подобна великому огню, от которого, когда он возникает, все убегают. И отворачивайся, чтобы не слышать и не видеть принадлежащего братиям, их тайн и их дел. Ибо это делает душу опустошенной от всякого блага, приучает смотреть на недостатки ближнего и мешает оплакивать свои грехи.

И не тщися скороглаголивь быти въ беседах къ[405]братіи, аще и полезна быти мнятся. Но аще который брат извещеніе/л 145/имат къ намъ и истинно требуеть слова Божіа[406], и аще имамы, длъжни есмы подати ему не точію слово Божіе, по апостола сведетельству,[407]но и свою душу. Събращай же ся съ таковымі и съблаговоли темь[408]въ деланіихь, иже духовне мудрьствують, яже суть чада таинъ Божіих. Съ не таковыми же беседы, аще и малы суть, изсушають цветы доб- родетелей, иже вънове процветающя от раствореніа безмолвіа и ок- ружающяа съ мяккостію и младостію сад душа, всажденному при ис- ходищихъ[409]вод/л. 145об./покааніа, якоже рече премудрый святый.

въпрос.

А еже ищеши, како не заблудити отъ истиннаго путі, и о семь съвет благъ даю ти.

Свяжи себе законы божественыхь Писаній и последуй темь, — Писаніем же истіннымь, божественымь. Писаніа бо многа, но не вся божествена суть. Ты же истинная[410]известне испытавь от чтеній сих и беседъ разумных и духовныхь мужей, — понеже не вси, но разумніи разумевають сихь, — и безъ сведетельства Писаній таковыхь не тво-/л.ль/ри что, якоже и азъ. О себе поведую ти, понеже яже по Бозе любовь твоа безумна мя сътворяеть — еже о себе глаголати ми. Но якоже речено есть: «Таиньства Моя любящим Мя открываю». Того ради глаголю ти.

Аз убо не творю что безъ сведетельства божественыхь Писаній, но по святых Писаніихь последуа, творю елико по сіле. Егда бо сътво- рити мі что, испытую[411]прежде божественая Писаніа. И аще не обря- щу съгласующа моему разуму въ начинаніе дела, отлагаю то, донде- же/л. 146об./обрящу. Егда же обрящу, благодатію Божіею, творю благо- дръзностно яко известно. От себе же не смею творити, понеже невежа и поселянинъ есмь.

Сице и ты, аще хощеши, сътворяй по святых Писаніихь и по сих разуму тъщися делати заповеди Божіа и преданіа святых отецъ. И аще влъненіа житейскых вещей каа подвижут сердце твое, не ужасайся,

И не старайся быть скорым в речах при беседах с братией, хоть и полезным это кажется. Но если какой‑то брат обращается именно к нам и поистине нуждается в слове Божием, то, если имеем, мы должны подать ему не только слово Божие, но, по свидетельству апостола, и свою душу (см.: 1 Фес.2, 8). Общайся с таковыми и помогай тем в делах, кто духовно мыслит, каковые суть дети Божиих тайн. С людьми иного рода беседы, пусть и малые, иссушают цветы добродетелей, только–только расцветающие от сохранения безмолвия и наполняющие мягкостью и молодостью сад души, насаженный при источниках вод покаяния, как сказал премудрый святой.[412]

Четвертый вопрос.

А что ищешь, как не заблудиться, сбившись с истинного пути, и об этом совет благой даю тебе.

Свяжи себя законами божественных Писаний и последуй им, — Писаниям же истинным, божественным. Писаний ведь много, но не все они божественные. Ты же, в их истинности в точности убедившись из чтения их и из бесед с разумными и духовными мужами, — поскольку не все, но разумные люди различают их, — без свидетельства Писаний таковых ничего не делай, как и я. О себе говорю тебе потому, что по Боге любовь твоя безумным меня делает настолько, что о себе говорю я. Но как сказано: «Тайны Мои любящим Меня открываю». Того ради говорю тебе.

Я ведь не делаю ничего без свидетельства божественных Писаний, но, святым Писаниям следуя, делаю сколько по силе: ведь когда нужно мне что‑то сделать, прежде всего я пытливо читаю божественные Писания и, если не найду согласное с моим соображением о начинании дела, откладываю его, пока не найду; когда же найду, благодатью Божией, делаю в благой уверенности как одобренное. От себя же не смею делать, поскольку я невежда и деревенщина.

Так и ты, если хочешь, поступай по святым Писаниям и согласно их смыслу старайся осуществлять заповеди Божии и предания святых отцов. И если какие‑нибудь волнения, связанные с житейскими делами, подвигнут сердце твое, не пугайся, утверждаясь на недвижи- утверждаемъ на недвижимемь камени заповедей Господнихь и ограж- даемь преданми святыхь отецъ. И о всемь буди ревнитель темь, ихже зриши и слыл. /^/7/шиши, от святых Писаній имущихь сведетельство- ванно житіе и мудрованіе. Сих бо право есть шествованіе пути. И сіа написуа в сердци своемь, поиди неуклонно въ путь Божій, и не заблу- диши, благодатію Божіею, от истины. Писано бо есть, яко невъзможно праве мудрьствующу[413]и благочестне живущу погыбнути. Но ели- цы растленнемь разумомь творять дело Божіе, сіи погрешають от пра- ваго пути.

Шествуй же невъзъвратно, положивь руку на рало Господне и не зря въспять, да управлен /,*.шов./будеши[414]въ царство Божіе. И по- тъщися, пріемь семя слова Божіа, не обрестися сердцу твоему путь, ни камень, ни терніе, но — благаа земля, сътворяа многосугубенъ плодъ въ спасеніе душа своеа. Да и азъ, разумное твое въ услышаніи слова Божіа разъсмотривь и яже достоіная похваламь въ исправле- ніи добродетелемь въ тебе обретъ, възрадуюся, благодаря Бога, — уведевь тебе слышавша слово Божіе и храняща е. Молю же тя Господа ради молити за мя грешника, глаголюща ти доброе,/а. не/а не тво- ряща николиже[415].

Богъ же, творяй преславная и подаваа всяко дааніе благо творящим волю Его, да подасть ти разумъ и утвержденіе творити волю Его святую молитвами Пречистыа Владычица нашеа Богородица и всехь святых, яко благословенъ в векы. Аминь.