I5

1 Зачинается повесть о Светомире царевиче6, сыне Владаря–царя:7

2 В белом царстве, христианском государстве8, держал власть царь Володарь.

3 В его руке утвердилось державство9и возвеличилось, и простерлось владычество его на восток солнца и полдень, и запад, и полночь далече, и имя его наполнило вселенную;10

4 а народ работал на державу, и несла земля тяготы царства11.

5 А сел государить Володарь в разруху и разоренье великое, и родину от супротивных целу отстоял, вскоре же и в вящей славе воздвиг,

6 не отчий в наследье прияв стол, но излюблен быв и показан и посажен Божиею милостию, церкви благословением и всея земли соборным изволением;

7 при явленных от Святого Егорья знамениях12, яко восставший вождь в силе Егорьевой, отпрыск от кореня прозябший Господня Воина;13и не постыдило земли упование14.

8 А допрежь того житие Володарево таково было.

II

1 Жива по мipy память: было у Егория у Храброго шесть лесных сестер15, их же, во тьме неведения сидящих, брат по естеству светом Христовым просветил16.

2 Сих водами крещения убеленных жен непорочных17сыны и внуки, паче матернего наставления отцов и дедов бесоугодию и чарованию приверзшися и от святыя веры отступивши, — опричь единого Христова исповедника, и того в юные лета замучена18, — братогубительным одержимы неистовством, в междоусобной распре друг друга мало не искоренили19.

3 Один уцелел внучатый племянник Егорьев Горыня–богатырь с двумя сынами, от них же и Горынские князья пошли20.

4 И прослыли те неключимые богатыри в молве Змиевым Семенем:21зачались, мол, — толковали простецы, — от потопа кровавого, как хлынула наземь полыньею кровь из утробы Дракона лютого22, которого Божий посол Егорий благословенною стрелою пронзил23.

5И сии невегласы толико пустобредили24, иные же иное измыслили нечестие: будто Егорьевы сестры, как в дубравах жили, змеиные стада пасли25и с демонами Змеевиками совокупились26.

6 Оное же о Змиевом Семени слово в притчу, разумей, старые люди молвили, охуждаючи окаянство племени; молодые из присловья да порекла небыль о пращуре Змие сплели27.

7 Ино Горынских прозвание надоумило, от силы–де расплодились Змея Горыныча28, как и в еллинских баснословиях сказуется зубов драконовых посев, что исполинов–извергов возростил.

8 Сим убо Кадмовым волотам подобно, своею же и те истребились яростью, брат брата боря29.

9 А раздорили из–за урочища малого, где чудотворную стрелу Егорий, пред живота кончиною, в сыру землю, мнили, вогнал; и кто, мечтали, ту стрелу добудет, всю землю себе под ноги покорит30.

10 А в котором месте стрелы тайник, ни допредь не знавали, ни последи так и не доведались.

11 И заглох о стреле послух, и усмирилось древлее бесование, и сродников кровью политое урочище быльем поросло.

III

1 Миновали века стародавние:31поредели темные леса да боры глухие, и зверье рыскучее от топора да плуга в дальние трущобы ушло, и в безлюдных местах города понастроились.

2 Было в те новые времена: оставалось от рода Горынских всего двое мужей — князь Давыд, веком из двоих старший, и князь Боривой32, что друг друга и за родню не почитали, да и в глаза не видывали, сидючи Давыд в лесных угодьях, в серединной земле, близ оного кровавого урочища, именуемого Егорьевым, Боривой у степи окрайней;

3 а как сыновей, имени наследников, у них не было, издревле пресловутый — болезновали старцы памятливые, — вымирал род.

4 В те поры оному князю Давыду Лазаревичу и княгине его Василисе Никитишне, из рода Микулиных, что вели себя от древлего богатыря Микулы Селяниновича33, людям уже пожилым, боголюбцам и странноприимцам, даровал Бог первенца вожделенного, долгожданного, о нем же и повесть сия;

5зане тому суждено в совете Господнем было землей володать, откуда и Володаря прозвище ему в годах приложилось34.

6 Сына рождение матери еще в девичестве вещий знаменовал сон.

7 Снилось Василисе, будто гуляет она меж веселых подруженек по раздолью зеленому, да про себя думу думает: «И отколь красных девиц собралось такое множество? И в лицо ни единой, поди, не признаешь!»

8 Глядь, а навстречу ей, по–над лугом низехонько, плывет на воздусех, ровно челн по озеру, облак червленый35, и на том облаке, диво дивное36, сам Свет—Егорий стоит, юноша красный в доспехах пресветлых, и копье лучевидное в руке держит37.

9 И как наплыл на нее, водрузил ей копье–луч прямо в темя, и проник в нее луч сквозь все тело38, и под тем она копьем под Егорьевым до самых грудей в землю вошла39.

10 Перешепнулись подружки Василисины, как про сон тот сведали: «К могиле, знать, ей в сыру землю уход примнился».

11 А как посватался вскоре к Василисе князь Давыд, на сына рожденье толковали весть разгадчики: «через ее–де материнское чрево, оно же и есть Мать—Земля сама40, хочет Егорий Святой в осталом своем роду новую славу явить».

12 И стала в супружестве Василиса ждать сына милого; но целых двадцать лет прошло и два года, а чета пребывала бесчадною41.

IV

1 Бродила в Ильин день Василиса по дубравам окольным и набрела на заповедное урочище Егорьево.

2 Видит дуб старый, грозою опаленный, и родник под ним из земли бьет42, по мху зеленому да по камушкам гладким разливается, плещется, на солнце играет.

3 Загляделась, залюбовалась Василиса на журчливый родник и востужила о своем бесплодии43.

4 Окликнула ее старица прохожая44и говорит ей: «Почто тужишь? Сей дуб Егорьев, и родник сей Егорьев ключ45. Испей, по молитве, воды от источника46и ступай до грозы домой с миром»47.

5 И, сказавши те слова, скрылася старица в дебри лесной.

6 Испила Василиса с молитвою воды ключевой студёной и пришла до грозы в дом свой, и в ту же ночь во чреве понесла.

7 Когда же родился младенец на Егорья вешнего48и наречен был над святою купелью, деду в честь, Лазарем49, повелел Давыд:

8 ветхий, что над Егорьевым ключом, дуб срубить, и из комля цельный крест вытесать, и Святого Егорья образ в крест врезать, и сень из того же дуба соорудить, и поставить крест и сень над криницею50.

9 И хвалили Бога родители обрадованные51, и обновилась жизнь их, и ключом взыграла, словно давняя им вернулась младость52.

V

1 Отрок же возрастал пригож и статен, телом не нарочито крепок, но упруг и гибок, и вынослив, и ловок; нравом пылок, но незлобив; мыслию высокомнителен, на язык воздержен;

2 в играх, охотах и ристаниях борз и смел; к учению книжному весьма горазд; в ответах сметлив и быстр;53родителям и старшим покорлив; с домочадцами и пришлыми людьми ласков.

3 И до тринадцатого года иным часом некое надмение без бахвальства являл и скорым, хоть и отходчивым, распалялся гневом.

4 А как пошел ему тринадцатый год и диковинное нечто промеж ребячьих затей ему приключилось, прежнее любоначалие то ли вовсе избыл, то ли обуздал и от благоуветливого и смиренномудренного обычая не уклонялся.

5 Приключилось же ему в игре от сверстников, княжьих и боярских детей, в цари выбрану быть54, и повел он потешную рать в леса походом55.

6 А родня его по матери, Васька Жихорь56, из зависти всяческое ослушание и охальство ему чинил, и подражнял его и змеенышем поганым обзывал, и на кулачный бой, силою похваляяся, вызывал.

7 И сказал Лазарь: «Не подобно мне, царю, с тобою битися, ино тебя, крамольника, смертию казнить. Вяжи–ка его, дружина хоробрая!»57

8 И, сколь ни дюж был детинка, скрутили его лихие товарищи по рукам и по ногам и, под деревом оставивши одного, по лесу рассыпались и над воплем его и ругательством издалече потешались,

9 как внезапно заглушил его клики вой волчий, и оробели ребята, и ужаснулись. Ринулся Лазарь, ног под собою не чуя, к месту, где Васька лежал, и видит:

10 оскалилась на отрока волчица лютая, и шерсть на ней от ярости вздыбилась58, а самого не трогает, будто чего ждет; и, видючи Лазаря, бегущего на нее и возбраняющего ей, голову на выю вскинула и, взвывши, в чащу ушла59.

11 Бросился Лазарь узлы на связне рубить, да тут же и забился в судороге, с пеною у рта60, и на недолгое время оцепенел.

12 Но не успела ватага оторопелая собраться и срядиться, в себя пришел и на резвы ноги вскочил, и весело мирился с Жихорем.

13 А тот его потай убоялся, и николи с оного часа ему не грубил и не досаждал.

14 И велел Лазарь о приключившемся ничего дома не сказывать; нрав же свой оттоле на доброхотство и кротость преложил.

15 Также и в юношеский возраст вступив, благоразумия и целомудрия и добронравия образ носил.

16 А жил он в те лета уже не под кровом родительским, но отдан был отцом именитым военачальникам под руку, к ратному делу приобыкнуть, и от тех за воинскую доблесть изрядную похвалу имел.

VI

1 Прослышал князь Давыд, что у князя Боривоя дочь–красавица на выданье, и засылал в Боривоев дальний удел присных своих и искренних сватами61сказать ему:

2 «Челом тебе бьет Горынский родич, Давыд Лазаревич, и так говорит: у тебя товар, у меня купец; у тебя в дому душа–девица, а у нас удалой молодец;

3 детей женитьбою, давай, род наш, славою великий и землями обильный, совокупим и всей земле оплотом поставим; кому иному и землю спасать, как не нашему роду Егорьеву?»

4 Нахмурился князь, ответа поджидая, нахохлился, нетерпеливые из–под бровей меча взоры; был он ростом невелик, сухощав, смуглолик, нос орлиный, глаза серые, острые.

5А княгиня Василиса Никитишна день и ночь Богу молилась да вздыхала и напоследях мужу открылася:

6 «Уж и ума я, свет мой, не приложу, на что сие прикинуть, — будто чей голос мне в уши без ослабы твердит: сулена, да не сужена, — сулена, да не сужена62.

7 А и сон мне намедни приснился: вижу ее во сне, Боривоеву дочь, как живую, с глазами большими, темными, красивую да печальную; и лежит она будто окрай Лазаря на ложе пышном, а промеж ними булатный меч»63.

8 Буркнул в ответ Давыд в сердцах: «Коли бы сны женские да сбывалися, давно бы тебе было в могиле тлеть, а не сына со мною прижить», — и поехал с любимым соколом на охоту.

9 Вернулись сваты и докладывали: «Принимал нас князь Боривой радушно и тебе с княгинею на почете благодарствовал.

10 А дочь моя, — сказывал, — за другого сговорена, за витязя доброго, его же я за сына воспитал, великую себе в бранях надёжу и подмогу.

11 Да и не к лицу, — говорит, — нам, говорит, степнякам–порубежникам, сторожевым земли оборонникам, с вами, вельможами, своиться: вы себе на лебяжьем пуху нежитесь, а мы в седлах ночуем.

12 У вас, бают, стрела Егорьева в земле зарыта лежит, и не шелохнется; а у нас калены стрелы в тулах звенят64.

13 А за то, — говорит, — я князя Давыда люблю, что горд и, как орел, в уединенном гнезде сидит65, почестей и жалованных вотчин деля с новыми людьми перед великим государем не угодничает».

14 Осерчал на родича князь Давыд Лазаревич, не любил, чтобы ему перечили, и сыну о сватовстве ни слова не сказал.

VII

1 Привязался в походах Лазарь к надёже–князю Симеону Игоревичу Управде.

2 Он же за ним, как за младшим братом, засматривал и в опасных делах, дабы по неопытности и рьяности не зарвался молодец, при себе попридерживал, уму–разуму учил; и на охоте, раз было дело, из–под бурой медведицы вызволил, еле жива.

3 Слушался его во всем Лазарь совестливо, и крестами витязи поменялись66.

4 Сей доблестный княжич, в детстве осиротев, воспитан был по соседству князем Горынским Боривоем.

5Крут был меньшой Горынский, и дерзкосерд, и до браней охоч; и как окрай степи ордынской сидел, с нечестивыми измаильтянами в частых сечах рубился: грозой был неверным князь Боривой.

6 Отроком стремя ему Симеон держал; после же, чуть заслышит, что новая замятия настоит, со своими людьми на подмогу летел.

7 И обещал ему опекун, как из–под опеки его отпускал, дочь свою Бориславу в супруги; и мать девицы на смертном одре нареченных благословила.

8 Души не чаял князь Боривой в дочери единственной; возростил ее в бранном быту степною наездницей и поленицею ласково величал67.

9 Подруг у Бориславы не бывало68, одиночество ей не докучало:69по степи любила скакать, да травы степные собирать, да песни петь незнаемые, наговорные70, и слыла в народе знахаркою и ведуньей, что в землю на семь пядей видит.

10 Отца крепко любила и одна его не боялась; а Симеона за старшого брата уважать обыкла.

11 Храбр был в поле Симеон, сердцем же кроток и прост; а Бориславу гордою почитали люди и немилостивою, даром что недужных навешивала по всей округе и, какую хворь извести посулит, зельями вылечивала.

12 Торопил свадьбу жених; а невеста в ответ головой качала да все в дальнюю степь глядела очами грозными и горестными,

13 словно из–за края земли вести ль какой ждала, дива ль небывалого, — да, гляди, не на радость.

VIII

1 Пришатнулась лихая беда: не ждали, не гадали, как нагрянула степная орда;

2 князя в бою убила, княжье гнездо разорила, села и посады окрест повыжгла, а Бориславу с девами и молодицами в полон увела.

3 В те поры были Симеон и Лазарь в разъездах недальних вкупе и, как о набеге сведали, с отборною ватагой на выручку поскакали.

4 И настигла погоня полон в диком поле, — в ханскую ставку увозили княжну похитчики, — и в кровавой сече поганых одолела, и полон отняла.

5Как волк в стае гончих дрался Лазарь71, и шишак на голове его был рассечен; а сам уцелел. Но тяжело уранен был Симеон.

6 Уязвлен и окровавлен лежал Управда на поле победном, и темный облак ему очи застлал; через великую силу он речь держал, побратиму наказывал:

7 «Бога ради, бери ты, Лазарь, двух добрых коней, вези мою невесту в свою семью, к родителям твоим под опеку надежную.

8 До моего прихода ты мне ее береги; а не даст мне Господь целу и невредиму вернуться, женись на ней ты, коль полюбится. На то ты мне и крестовый брат».

9 И присягнул Лазарь Симеону крепкою клятвой завет держать, девицу беречь и, коль не судит Бог жениху живу остаться, взять ее за себя с охотою и любовию.

10 А как пошел за Гориславою и та перед ним покрывало подняла, оторопел Лазарь: такой красы женской, нежной и грозной, в жизни не видывал.

11 И опустил глаза. А тут им коней подвели; и вскочили на коней оба, и в путь пустились.

IX

1 Долго бок ό бок мчались и словом не перемолвились.

2 Когда же осталась за ними росная в сумерках степь и полный стал месяц над лесом, сошли с седел на привал.

3 И, сидючи у ручья под ракитою на ясной прогалине, вдруг звонко и протяжно запела Горислава жуткую песню, игрищную, не по отце плач, не по женихе жаль:72

4 «Из–под бела камня из–под алатыря73

Выдыбал млад змееныш яритися;

Из–под люта каменя горючего74

Выползала змея свадьбу правити,

Завивалася в кольца при месяце,

Зазывала на игры любовные75».

5И сказал Лазарь: «Непутёвую ты песню поешь, не к добру кудесишь».

6 А она: «Горыниной силе волхвовать, Егорьевой царевать. Наколдовала бы я тебе царство, да ты и без моих чар некогда царем будешь»76.

7 Содрогнулся Лазарь и удивился, вспомнив матери сон, что та ему, еще отроку, сказывала и на силы Егорьевой торжество в судьбе его грядущей прикидывала, и прошептал: «А ты как про то знаешь?»

8 Отвечала Горислава: «Вижу за тобой золоту стрелу»77. И запела опять:

9 «Улетай подале прочь, степной коршун,

Не подглядывай свадьбы змеиные!

Не востри ты, разлучник, кривых когтей

Умыкнути змею во поднебесье!78

Как ужалит вора в пернату грудь,

Ужо мертв падешь на сыру землю79».

10 Молвил Лазарь: «Неладные ты, красна девица, загадки, сдается, загадываешь;80да я–то хитрости женские домекать не охоч».

11 Она же в ответ: «Ужалить ужалю ненароком, на то я и змея Горынская81, а лукавства женского во мне нет82.

12 Без утайки скажу: люб ты мне, змееныш! Один на всем свете люб83. Кровь кровь кличет84, чужой не хочет. Я тебе и в любови, и на царстве чета».

13 И возмутился духом от слов тех Лазарь, будто дремучие в нем колыхнулись омуты85, и сладкое к ней потянуло желание; но тут же и злая в душе змеей шевельнулась ярость86.

14 И собрался с силами, и утвердился в сердце своем, и сказал ей с укорою: «Бога ты не боишься; я же крест целовал брату моему крестовому тебя соблюсти»87.

15 И перескочил через ручей, и бросил меч свой вдоль ручья, и молвил: «Как сей ручей нас разлучает и меч сей нас разделяет, так разделились пути наши».

16 И стала Горислава об–он–пол ручья и говорила: «Целованием ли двоих предать хочешь?88Выслушай слово мое.

17 Коль не выживет Симеон, тебе я сговорена: тебе меня сам он обрек, как и родители твои за тебя меня сватали.

18 А коль выживет да за мной придет, равно ему на свете не жить: грех на душу приму, а его изведу. Недаром ты мне булат подкинул.

19 Коль воистину соблюсти меня хочешь, соблюди ты душу мою. Полюбишь меня, — из плена змиева живую меня изведешь; мне будешь за Егория, и земле Егорьем себя покажешь89.

20 Выдашь меня жениху постылому, — и его, и меня погубишь; да и сам ужо змием станешь ползучим, как резвые ноги тебя не понесут»90.

21 И вошла в ручей и, поднявши меч, к нему перебросила, и засмеялась: «Вот она загадка–το моя мудреная: на чем ты крест целовал? Ее ты, удалой молодец, и разгадывай».

22 И воспалился в груди на нее Лазарь гневом лютым, но в меру гнева распалялось в нем и вожделение91.

23 Ни слова в ответ не молвил, глаз на нее не поднял; молча на коней сели и на заре прискакали в посад знаемый,

24 откуда с надежными людьми послал Лазарь Гориславу к своим родителям, а сам назад в степь повернул. И путь держал к полку Симеонову.

X

1 Недугом знобим и палим, лежал Симеон под наметом в становище, и был промеж жизни и смерти немало дней, и переломилась немога на выжитье.

2 Бодрствовал ночью у одра его Лазарь, пониклый и унылый.

3 И прокрался в шатер кривой Чегирь, перебежчик из степной орды, что в княжьем полку и за лазутчика был, и за знахаря, и на ухо Лазарю зашушукал:

4 «А и крепко спит, разлучник–от твой! А и дашь мне золотой казны, то николи не проснется».

5 Иссунул Лазарь из ножен меч и положил душепродавца на месте мертвым.

6 Очнулся спящий и, озираясь, о всполохе вопрошал. И не стерпел Лазарь и воскликнул в горе и гневе: «Мне он голову твою продавал».

7 Обнял Симеон Лазаря и ни о чем боле не допытывал.

8 Что ни день, тела в нем крепость на прибыль шла, души светлость на убыль.

9 Да и Лазарь, будто сам не свой, пасмурен бродил и хмур.

10 Когда же раненый и вовсе окреп, сели побратимы на ретивых коней и путь держали в родительскую Лазаря вотчину.

11 И на полпоприща остальной полк опередив, говорит по дороге Симеон Лазарю:

12 «Брат Лазарь, вещий мне ворон граял92, что люба тебе стала Борислава больше брата твоего крестового».

13 Потупил очи Лазарь, помолчал и нехотно вымолвил: «Ты, брат мой старшой, мудрее меня: ин сам и рассуди, мне юному в научение, что со мною с проводин тех содеялось.

14 Лютое некое, чую, одержит меня навождение. И любовь ли к ней эта лютость моя али ненависть, сам не ведаю»93.

15 А Симеон ему: «В вас, Горынских, кровь кровь кличет, кровь кровь борет.

16 Лиха, брат, твоя прилука, да не лише тебя: ты и без Гориславы жив будешь. Я ж от тоски по ней, как в засуху колос, иссохну».

17 Возгласил Лазарь: «Лихом тебе быть не хочу; у нее на себя лихо накличу”.

18 Задумался Симеон и говорит: «Грех и сором крестовым братьям не токмо о жене, но и о жизни тягаться.

19 Слушай, брат: и ты, и она из рода Егорьева. А есть на земле вашей святой кладязь, и кто из него воды напьется с молитвою, того, слыхать, Святой Егорий на добрый путь и во сне наставляет, и наяву приводит.

20 Как приедем в твои края, пойдем к тому колодцу вместе на богомолье да на суд Егорьев. Как Воин Христов рассудит и во сне покажет, с кем из нас Гориславе под венец идти, так тому и быть»94.

21 Подумали, погадали и такову заповедь между собой положили.

XI

1 Как прибыли в Давыдовы земли, заперво пошли витязи на урочище Егорьево и крест с криницею в дебри разыскали.

2 Сотворил молитву Симеон и, воды ключевой испив, навзничь лег под крестом, руки на груди сложив, как мертвец, и тихим вскоре сном забылся95.

3 А Лазарь поодаль глядел, как он почивает, лицом светел и благообразен, и румянец на щеках похудалых заиграл, словно взошло перед ним во сне солнце утреннее96.

4 Отступил тогда ангел от Лазаря, дабы предать его искусителю, и приступил к нему бес97, и злобою ожесточал сердце его на Симеона, и раздражал его, мерзостное и остудное в уши ему влагая:

5«Так–де будет пустосвят сей и на брачном ложе почивать с Гориславою, от любовных услад притомясь; и залюбуется невзначай жена покоренная на свет–негушку, супруга своего могутного да пригожего.

6 И змееныша подколодного, глядикась, припомнит, как тот его богатырской стопой в дорожный прах мимоходом втоптал, — припомнит да усмехнется»98.

7 И подущал его бес: «Почто ты кривого Чегиря убил? Ныне, коли сам меча не вынешь и не умертвишь спящего, любезною твоя Горислава добычею добытчику станет».

8 И не мог Лазарь взора отвести от Симеона почивающего, и подстрекал его бес: «убей» да «убей!»99

9 Тогда подошел ангел Лазарев к юноше и повернул его за плечи лицом в другую сторону, дабы не видели очи его Симеона100.

XII

1 Поникнул головою Лазарь и отошел под сени дубравные.

2 И вспомнилась ему Горислава на дубравной прогалине, как песни ему пела колдовские, зазывные и в очи ему зазывно глядела очами ласковыми и волшебными, и теми волшебными очами потаенные замыслы в сердце его читала;101

3 как вслух называла и надежно сулила, чего он и в заветной думе именовать не смел;

4 как в мужа тою ночью она превратила отрока, — да не в мужа токмо, а и впрямь не в кудесника ли самосильного?

5Уж не на прельщение ли и пагубу души его таким его окрутила обаянием, такое навела на него наитие силы и дерзновения, что, мнится, дана ему на земле всякая власть:102

6 как наречешь, так и обречешь;103на что поглядел, тем и завладел; чего изволил, то и вымолил104.

7 И, ровно хмель разымчивый, бросились ему в голову и будто по жилам огнем растеклись слова ее нежные и дерзкие: «Люб ты мне, змееныш; тебе я и в любови и на царстве чета».

8 И темною волной потянуло его к ней, грозной, желание неистовое, что грехом насытиться алчет, как лев снедью кровавой105.

9 Тогда принял перед ним бес обличье Гориславы, будто невдалеке сидящей в заросли папоротниковой, и услышал Лазарь из уст ее сладких:

10 «Ты только на гибель его меня ради согласись; ведь единой мысли твоей и волки хищные повинуются»106. И озрелся Лазарь на Симеона.

XIII

1 И видит, из–за дерев выглядаючи: все спит Симеон, а над ним стоит матерой волк голодный, а за этим из–за густой чащи других волков глаза горят.

2 И слышит за собою Лазарь Гориславин тихий смех. И разъярился гневом внезапным на Гориславу, лютым, и ринулся с оружьем на зверя.

3 А зверь из глаз исчез, — будто его и не бывало; глядит на Лазаря кроткими очами Симеон, под крестом лежа, и тихо молвит: «Брат Лазарь, на кого ты ополчился?»

4 Бросил Лазарь булатный меч в сторону и говорит: «Волка прогнал. А ты какие сны видел?»

5 Ответствовал Симеон: «Видать ничего не видал, а слухом слышал, будто кует кузнец глубоко под землей тяжким молотом, кует да приговаривает:107

6 “Три венца кую108,

Два зараз даю,

Третий один

После тяжких годин;

А и первый венец — жениха молодого,

А другой с ним — мученика Христова,

А третий, один, — царя земного”109.

7 Не успел я и аминь сказать на первый венец, вожделенный, что с другим, светлейшим, вкупе дается, как ты меня разбудил».

8 Вскричал Лазарь: «Бери себе свою суженую, на счастье ль, на лихо ли, как Бог велит! Мне и без нее Егорий родич; ты же, и с ней под венцом, мне крестовый брат».

9 И бросился бежать прочь, как волк, перед сворою псов выпустивший из пасти добычу.

10 А бес ему вослед глумится: «А и лих ты, Лазарь–пролаза!110Хитро домекнул, как и волчью утробу насытить, и овечьей шкуры с хребта не спустить111.

11 Знает змееныш, что как токмо она душу свою погубит и мужа убьет, то к нему же придет полюбовницей. Самого Егорья объегорить изловчился:112и девки не прозевать, да и царский венец в придачу улучить. Ай да Лазарь–лазун!»

12 И ужаснулся Лазарь на то лукавство бесово, и отчаялся в спасении души своей.

13 И занемоглось ему в дороге: еле домой доплелся; дома же, всех отпустив, затворился в горнице своей, и лег на одр свой, и впал в забытье.

XIV

1 И привиделось Лазарю, будто стоит он в седой степи на белом камне отлогом113и пасет114с того высокого камня лобного115несметное овец стадо.

2 И проходит мимо серых волков многое множество, и гонит их копьем Свет—Егорий116.

3 И запрещает волкам Егорий овец резать, иным же повелевает, назначая овцу или агнца или овна, и тогда хватает волк ловитву указанную и несет в стаю117.

4 И будто машет Лазарь жезлом Егорию, и возбраняет ему, и сам дань отобрать сулит118.

5А Егорий в ответ: «Мне ты сам данью будешь: ныне за двоих выкуп119, по долгом времени за всю землю оброк»120.

6 И метнул Егорий копьем в Лазаря121, и прошло копье сквозь чресла Лазаревы122, и врос он в камень до чресл123.

7 Пробудился спящий от сна и ощутил, что отнялись ноги его124. И заплакал Лазарь о своем убожестве.

8 И с той поры сиднем сел, жив и млад телом с головы до чресл, а ниже мертв125.

9 И поднялся в дому великий плач, и сетование безутешное, словно живым Лазаря хоронили.

XV

1 Пришла Горислава из девичья терема к Василисе скорбящей и упала ей в ноги и говорила:

2 «Государыня–матушка, — ведь за мать родную ты сироте стала, — с повинной меня прими.

3 Чует сердце мое вещее, что за меня, окаянную, сын твой казнь принял».

4 Диву далась Василиса на слова Гориславины и почла ее за исступленную.

5Та же без утайки рассказала, как полюбился ей провожатый Лазарь больше света Божьего, как ночью в лесу его соблазняла и супротив брата крестового на злобу и вероломство разжигала,

6 и как положила в сердце своем жениха убить, и как молила Лазаря душу ее пожалеть, жениху не выдавать, и как, ежели выдаст ее, кару на него накликала.

«Вот», — говорила, рыдаючи, — «и накликала! Ведь все, почитай, догадались, куда, как приехали княжичи, первым делом пошли.

А и почто им было перво–наперво на криницу идти? Не иначе, вестимо, как за судом за Егорьевым, чтобы Свят Егорий тяжбу их братнюю обо мне, о невесте, рассудил.

Вот он, из–за меня непотребной, и видим, каков–от вышел, Егорьев–то суд!»

Пожалела Василиса Гориславу, видючи ее и о Лазаре горе, и о злом своем умысле сердечное сокрушение, и возблагодарила Бога за то, что сыну ее не токмо на беса одоление дал, но и временное, как уповала, испытание его грешной душе целением соделал.

Ибо верила слову Псалмопевца, что «не до конца прогневается Господь, ниже ввек враждует»126. И полюбила Василиса Гориславу.

XVI

1 Ушел Управда на ратную справу127, Лазарь же сиднем сидел в дому.

2 И огорчился, и возроптал на Бога в сердце своем, и говорил матери своей: 3 «Вот, в Книге Царств читаю, что убил Давид–царь Урию, военачальника своего, мужа доброго, и жену его, Вирсавию, себе взял;128и утвердил Бог царство его, и рог его возвысил129.

4 А я Гориславу поять не осмелился, Бога побоялся, брата крестового устыдился: ан и сижу сиднем. Царям, видно, совеститься не велено: им то не под стать130.

5 А ты, матушка, снами доселе да гаданьями и сама обольщалась, да и меня морочила, славу мне и державу Егорьеву родовую сулила.

6 Думала сын твой Владарь; а он, как наречен был Лазарем, таков и вышел: сиречь не Владарь, а убогий Лазарь».

7 Отвечала Василиса: «Сын мой болезный, Богом изволенный, моими слезами вымоленный! Не столь меня телесная твоя скуда крушит, сколь духа уныние и ропот греховный.

8 Тело Бог и умертвить и оживить волен;131душу свою сам человек губит.

9 Веру, чадо, береги и с нею упование. Лазаря, и четверодневна во гробе, к жизни Христос воздвиг:132и ты, Лазарь, оживешь.

10 Рано ли, поздно ли, а Божье о тебе предназначение, чаю, исполнится. Недаром и рожденья твоего столько лет я ждала, веруя, что не вотще знамение о тебе мне дано было».

11 «Пойди к себе, матушка», — отвечал Лазарь, — «не докучай мне напрасно и раны моей сочащейся не береди».

12 Ушла княгиня в свой терем и горько плакала; и увидела ее Горислава плачущей, и говорила ей с дерзновением:

13 «Терпи, мать, и молись с надеждою неослабной. Что земля тучная колосу наливному, то надежда неослабная молитве доходчивой133. Великою радостью сии слезы твои обернутся134.

14 Слышит сердце мое вещее, что не в кару и проклятие недуг сей на Лазаря наслан, но к силе и славе поздней135. Жертву Лазарь принес136и тою жертвою стяжал мощь137.

15 Видела я, как тебя вижу, за его спиной золоту стрелу Егорьеву. И ранит стрела сия, и целит138, и великого жребия знак есть. Ему наш род поднять дано; быть ему всея земли владыкою»139.

16 Удивилась Василиса на те слова Гориславины и поведала ей сон свой девичий; и укрепились обе в уповании.

17 Князя же Давыда тем утешать не смели; неравно на бабьи бредни прогневается и еще пуще сердцем ожесточится.

18 И без того говорит: «Лучше бы сын мой умер, чем быть ему заживо мертвецом140. В темную тучу солнце рода нашего закатилось»141.

XVII

1 Через год осенью, уж и до Филиповок незадолго142, приехал Симеон за невестою, и благословили его с Гориславою родители Лазаревы под венец идти.

2 Свадьбы у Горынских не играли, но прямо из–под венца повез новобрачный молодую жену по первопутку домой красным поездом.

3 Да не долго молодые жили вкупе. Два дня ходила Горислава в мужнином доме как обаянная; не ела, не пила, молчала да молилась часто.

4 А после третьей ночи поклонилась мужу в землю и со слезами взмолилась:

5 «Отпусти меня, государь мой, как уж и пост, гляди, зачинается, на богомолье дальнее по обету великому за спасенье твое и мое; и не токмо что к Святкам, а и до Светлой недели домой не жди»143.

6 Скрепил сердце Управда и отпустил ее на хождение пешее с нищими богомольцами и странниками перехожими к дальним святыням.

7 И пошла скитаться Горислава зимою лютою по монастырям да пустыням, и в стенах обителей святых проживала.

8 Когда же во чреве ее шевельнулся младенец, пождала еще и напоследях надумала домой к мужу идти.

9 И уже приближалась с попутчиками к родным краям, как от встречных людей сведала, что гнезда Управдина и в помине нет:

10 все степным набегом пожжено и с землею сровнено, и сам Управда живым в полон взят.

11 Повернула Горислава в земли Давыда Горынского и в дому Давыдовом, как в семье родной, поселилась.

12 И подоспело уже ей время родов, когда весть пришла о кончине Симеоновой. Принуждаем был неверными Симеон отчей веры отречься и басурманский обычай принять.

13 Зане злобились на него издавна в орде за грозу Боривоеву144и, как несомненно знали, что Христа ради он и на лютую казнь пойдет, таковую ему и ковали погибель.

14 И умучен был в орде князь Симеон Управда за имя Христово.

XVIII

1 Как услышала про то Горислава, пришла к Василисе и простерлась перед нею наземь и, в грудь себя биючи со слезами, говорила:

2 «Ныне, государыня–матушка, как угодно было Господу Симеона к сонму преславных мучеников Своих сопричесть, выслушай, каково же было окаянство мое кромешное, и всю злобу мою змеиную познай.

3 Расскажу тебе, как меня, злодейку богоостудную, сатана искушал, как душу мою отчаянную, разбойную на волос от конечной пагубы по краю водил и в бездну геенскую толкал.

4 Пошла я под венец, сердце скрепя, суда Егорьева ради, Егорьевой воле покорная.

5 А как осталась с мужем наедине, тут и вступило в меня навождение. Топор на него припасен держала за постелью брачной.

6 Две ночи, чуть он дремой забудется, за топором тянулась рукой; да, видно, сила Господня руку держала.

7 Не подымалась рука на неповинного, а сердце в груди, как зверь ярый в клетке, прядало. Всю руку я себе в те ночи зубами искусала, волчица бешеная145.

8 На третью ночь встала я тихонько с постели, — а он спит, ровно дышит, и губы приоткрылись, будто улыбаются, и румянец на щеках играет, — красивый такой.

9 Топор достала и совсем уж к удару изготовилась, да вдруг вижу, — Егорий ли сам очи мои отверз, твои ли тут молитвы помогли, Лазарево ли меня откупило страдание, —

10 вижу, матушка, на челе его светлый венец и будто кровь из–под венца на чело сочится. И ужаснулось сердце мое, и умилилось146.

11 Наутро, ни в чем ему не признавшись, запросилась я в дальнее богомолье, и он, видя трепет мой и тайную муку мою, не прекословя отпустил.

12 Долго я по святыням ходила, стужу и глад терпела, поклоны била, плоть свою нещадно казнила, грех свой тяжкий отмаливала.

13 Намедни говорит мне на исповеди отшельник некий, подвижник великий: “Отпускаю тебе властию, мне данною, грех пожелания и умышления твоего и обуреваемого естества твоего, по сердечному сокрушению твоему147.

14 И благословляю тебя на подвиг материнства твоего, и благословенно будет дитя твое: мир оно в душу твою и многих прольет148, отрадою тебе будет и прощением. И чаяние твое на ней свершится”.

15 Как сказал мне прозорливец таковы слова, надежда великая, словно заря в ночи, в душе моей воссияла».

16 Отвечала Василиса: «Сходи ты, дочь, помолись у источника Егорьева, чтобы дал тебе Святой благое от бремени разрешение, на мир и отраду и прощение всем нам149.

17 Ибо тяжко почила на роде нашем десница Господня»150.

XIX

1 Пошла Горислава на Егорьев ключ и молилась у креста над криницею.

2 И на молитве почувствовала, что наступил час ее, и обняла руками крест, на коленях стоючи; и схватили ее боли родильные, но не выпускала креста из рук, а как схватилась за него, все крепче держалась, доколе по муке недолгой не разрешилась от бремени.

3 И, родивши дочь, встала от креста через великую силу, и омыла младенца водою из кладязя151, и, труд непомерный подъявши, и не глядючи на усталь смертельную, новорожденное дитя к Василисе донесла и на руки ей положила152,

4 Сама же слегла, телом изнурена до измождения последних сил, душою воскресшая. И, светло возрадованная, говорила, плоти изнеможение перемогаючи, о младенце: «Родилась отрада моя»153.

5И нарекли дочь Симеона и Гориславы во святом крещении Евфросинией, что значит: отрада; прозывать же обыкли завсегда Отрадою154.

6 И когда окрестили Отраду, пришел ангел мирный к одру Гориславы и душу ее из уст вынул155.

7 Родилась Отрада под Яблочный Спас, а под Успеньев день хоронили Гориславу;156и положили ее, по ее умолению, в заповедной дубраве Егорьевой157.

XX

1 Уж и третья весна расцвела с похорон Гориславиных, а все темен и хладен коснел Лазаря дух, как страна полунощная, и уста его замыкала обида.

2 Затворился в терему своем сидень и никого, опричь матери, на глаза к себе не пускал; разве князя–родителя во дни праздничные, и того с неохотой.

3 Думу ли про себя неотвязную думал, так ли дремал душой: но Богу вовсе, почитай, не молился158, книгам же божественным часами прилежал, не умиления ради, а научения;

4 инорядь из оных и княгине Василисе вслух читывал, как была она до писаний жадна.

5Читал он ей так однажды про Давыда–царя повесть свою излюбленную159и, как дошел сказ до Вирсавии, внезапно возмутился духом и воскликнул:

6 «Не кори меня отай, матушка, за бесчувствие и окаменение сердца моего, что николи я ни Симеона, ни Гориславы ни слезою умильною, ниже словом не помянул.

7 Живой о живых жалеет, по мертвым плачет;160а я–то жив ли воистину, и сам того не ведаю.

8 Ровно в омут дремучий с головой затонул;161али на погосте лежу, с соседями переговариваюсь; и, мнится, мертвых нашепты ближе слышу, чем ваши речи живые162.

9 Потускнел, потемнел в очах моих свет солнечный, не радует сердца моего163, и твой голос до меня доходит словно с того света.

10 Будто — знаешь, как нищие странники поют, — посадили меня в погреба глубокие, защитили щитами дубовыми, задвигали досками чугунными, засыпали песками рудожелтыми»164.

11 Прервала речь его Василиса: «Так–то, сынок, о самом Свет—Егорье старцы поют перехожие. А и дальше поется стих:

12 Как по Божию повелению,

По Егорьеву умолению,

Подымалися ветры буйные,

Разносили пески рудожелтые,

Раздвигали доски чугунные,

Разметали щиты все дубовые,

Выходит Егорий на вольный свет”».

13 Молвил Лазарь: «Вот в том–то и разница, что по Егорьеву, сказывают, умолению. И мне так прежде чаялось, как сила во мне жила: чего–де соизволил, то и вымолил.

14 А ныне ее мне, силы–το на хотение да умоление, отколь добыть? Сокрушил меня сильнейший меня165и силу мою из меня вынул.

15 Ушла из души моей силушка, как вода из пригоршни утекла. Не ноги у меня отнялись, а сила душевная. И при жизни душа моя в сень смертную низошла»166.

16 А ему в ответ Василиса: «А чья она в тебе, сила–то, была? Не Егорьева ль? Егорий дал, Егорий взял167, он ее тебе же и сохранит. На то ты и Егорьев родич».

17 Усмехнулся Лазарь: «Егорьева, — говорит, — сила царская. Стыдом да пощадою царство не наживается.

18 Сказывал я тебе о Давыде–царе: не так он, как я, поступал. Не такого, знать, и родича себе Егорий хочет».

19 Осерчала Василиса: «Полно, Лазарь, не криви ты душою! Не тем себе Давид царство добывал. И я, гляди, с тобою начетчицей стану168.

20 А как он к Саулу в шатер ночью вошел и спящего погубить не восхотел169, вот чем он себя царства достойным показал».

21 Задумался Лазарь, да и пуще принахмурился: «Хитра ты государыня–матушка, дитятко ненаглядное улещать, да ныне меня пикая лесть не берет.

22 Все одно мне стало: на царстве ли сидеть али сиднем за печкой. Не манйт мана из сна–дремы. Отошла моя душенька в дальние места, незнамые170.

23 Помнишь, он же, царь Давид, траве усохшей человека уподобляет: что злак сельный, говорит, отцветет человек:171“яко дух пройдет в нем, и не будет, и не познает ктому места своего”172.

24 Такожде и мой дух тела своего былого не познаёт. Прошла через меня сила насквозь, и нет ее: остался злак сохлый да никлый»173.

25 И отвернулся Лазарь лицом от матери на ложе своем.

XXI

1 С той поры перестал Лазарь с матерью беседовать и книг боле ни вслух, ни про себя не читал; и прошло так еще немало времени.

2 Только молчал, молчал сидень и говорит вдруг матери: «Уже давно, матушка, все сны мне снятся смутные174. Днем и не воспомнишь ясно, что ночью приверзилось.

3 Только во всех одно: брожу я будто по лугам каким–то, а окрест сумерки, и со мною Горислава.

4 И будто говорит мне: “Привольно тут нам друг с дружкой похаживать, как ты ныне по соседству обитаешь.

5А вскоре тебя и совсем к себе уведу, в обитель мою таймую, на гостины долгие175, и не прежде отпущу, как цвет обрадования моего на земле прозябнет”176.

6 И многое будто мне поведать тщится, — таково мудро и важно глаголет, — и во сне будто все разумею; а проснешься, — коль и воспомнится что урывкою, не поймешь и сей же час запамятуешь.

7 А вот эти слова ее, хотя и не вразумительны они, и глухи слуху моему, а запомнились»177.

8 Вздохнула Василиса и молвила: «Чаю, замолила грехи свои, страдалица, и верно за тебя ныне Бога молит.

9 Ты же, если бы и воистину в сень смертную низошел, в оной не останешься:178исхищен будешь чудом на вольный свет, как Иона изведен был из чрева китова, токмо ко Господу из преисподней воззови»179.

10 Вскоре после того почали находить на Лазаря забытье глубокое и обмор непробудный;180месяцами бездыханен обмерший лежал, нетленному мертвецу подобен181.

11 И так, в смерти жив и в жизни мертв, долгие годы цепенел182.