– Я хотела бы спросить вот о чем. Вы принимаете многих людей в своей келлии, и я убедилась в этом. Достойно удивления, что эти люди не имеют никакого отношения друг с другом. И верующие и не верующие. И христиане и не христиане. И мужчины, и женщины. И маленькие дети, и взрослые ребята. Характерно, ибо я сижу и часто наблюдаю, что Геронтисса буквально истощает саму себя, совершенно забывает саму себя, и преобразуется, так сказать, -как и сама говорит становится другим, и его слушает. Это истощание как происходит? Пребываете ли вы в постоянной молитве в то время? Как вам удается сблизиться с другим человеком, со всеми его проблемами, со всей его скорбью, со всей его болью? Безразлично с Богом ли он, или далек от Бога. Такую полноту любви, без условий, как вы можете осуществить в ежедневной практике, для стольких людей?

– Это не сознательно, это не программа – положить любовь в практику. Это не осязаемая вещь. Этого нельзя охватить. Это Дух Божий, Который сотворил тебя для любви. Твое предназначение любить . Сейчас... Малыш? Ты его будешь любить. Он не виноват, что он родился там, где родился... Буду ли я творить суд? Нет... Итак, в ту минуту, если не думаешь о себе, но думаешь о безграничной любви Божией к этому человеку, ты робко-робко любишь его, как можешь, тогда как Он – безгранично! В этом разница! Никогда не думаю, что я его буду любить. Кто я? Он! Все время! Это – да.