В апреле 1962г. она уезжает из Вифании в Константинополь. Пришло письмо от Марии-Анжелы Rebillard, французской общественной деятельницы, которая посетила ее в монастыре. Она писала, что Вселенский Патриарх Афиногор искал православную монахиню для поездки во Францию. Сразу говорит «Да», берет благословение и отправляется. Ей 65 лет. Едет автобусом, сидя бесконечные часы на складной скамейке между рядов сидений. Приезжает в Фанари, берет благословение Патриарха (который лично знал ее семью), и он посылает ее ехать во французский Taize, недалеко от Cluny, в качестве православного присутствия. Там уже была православная церковь и несколько православных священников.

Едет туристическим пульманом, бесплатно. Через 7 дней прибывает в Париж, где ее встречает Мария-Анжела. На следующий день добирается до места назначения, знакомится с французским протестантом, братом Роджером

Шутцом. Позднее он дает ей рекомендацию в женское сестричество Grandchamp.

В Taize она живет не долго, т. к. вскоре православная миссия отбывает.

Любопытно, что никогда она не любила совместные молитвы, хотя имела друзей и связи с людьми других конфессий. Это мы видели своими глазами, когда она жила в Афинах. Ей звонили инославные монахини и говорили: «Мы

приедем, вместе помолимся...» «Я не молюсь голосом, и никогда с компанией. Одна, или в церкви, говорила она им. Приезжайте, однако, попьем прекрасного чайку, и вы расскажете новости», – отвечала она.

Несмотря на то, что она жила и ездила и действовала среди разных конфессий и религий, но не имела и следа синкретизма**************в духовной жизни и в темах Службы. И это сугубо чтили ее спутники. Помню, как она говорила, что,

когда она поехала в большое турне по Америке и Канаде, подходили в конце дня, когда она была обычно очень усталой, и говорили ей: «Теперь, сестра, мы выйдем немного развлечься, и оставим тебя в покое». Однажды кто-то сделал

даже непочтительный комментарий о нашей Богородице. (Кто называл только имя Ее при некоторых протестантах, может понять.) Она подождала несколько минут и, взяв руководителя в сторонку, говорит ему: «Брат мой, сожалею, но я должна тебе сказать, что с завтрашнего дня я не буду с вами». Тот смутился и расстроился, потому что никогда не видел такого выражения лица ее. И тогда она объяснила: «Не могу слышать такие слова о Той, Которую больше всего люблю после Христа». Конечно, были попрошены прощения, и с тех пор не повторялось ничего подобного.

Но предварительно она едет в Берн, в Швейцарию. Там, на одной лекции ее четки стали поводом к тому, что ей сделал приглашение американский миссионер Стэнли Джонс. Он познакомился с ней в Индии в феврале 1956 г., тогда, когда все звали ее сестра Лиля, опять увидел ее в 1961 г. в Вифании как послушницу Аврилию, и теперь снова видел ее уже как монахиню Гавриилию. Он стал расспрашивать ее о четках, и предложил поехать вместе в турне по Америке и Канаде, говорить протестантам о православной аскетике и о молитве, об Иисусовой молитве:«Господи, Иисусе Христе, помилуй мя...»

Невероятно, но истина! В православной колонии Бостона состоялось большое собрание, где с большой радостью их встретил архиепископ Иаков. Она берет благословение у архиепископа и 22 июня 1962г. отправляется в эту большую поездку, продолжавшуюся два с половиной месяца, по 12 штатам Америки и Канаде... Перед очень большой аудиторией американцев и канадцев, в первый раз видевших православную монахиню, она дала православное исповедание, говорила о чудесах Божиих, какие видела на каждом шагу... О многом сказала им. Что не должно быть никакого «почему?»... что не должно быть никакого «но»... Не только в нашем отношении к Богу, но и по отношению к другим. От этой поездки, которая осталась незабываемой, существует несколько прекрасных слов о Богородице, посте и другие.

15–2-66 писала она своему еврейскому другу Yehudä «Помню, как я ездила со Стэнли Джонсом по 12 штатам Америки и Канаде... Однажды я была в Миссисипи; поднявшись на платформу я говорила перед аудиторией 300–500 человек о любви Божией... и народ видел маленькую грешную фигуру, облаченную в черную рясу, в «хитоне», которая пришла из столь далеких веков, и слушал... и когда я прекратила говорить, подошел молодой пастор и сказал: «Вы бывали когда-нибудь в суде? Вы обратили внимание, что свидетели люди, которые могут проходить незаметными? Не характеризуют, не судят. Просто «выкладывают» то, что видели и слышали... Так и вы... Мы увидели в первый раз православную монахиню. Вы не судили, не осуждали, не характеризовали... В первый раз в моей жизни я ощущаю, что должен что-нибудь делать. Не внешнее, но внутреннее. Теперь я понял, что«вы есте свет миру...»Теперь я понял, насколько наше «Я» живое, и мы не можем абсолютно ничего делать правильно...»

Тогда родилась мысль стать чем-либо для христиан, которые ездят в Индию «искать». Эта мысль созрела наконец и осуществилась в Sat Tal (см. ниже). 31 октября она возвращается на пароходе во Францию. Оттуда едет через

Швейцарию, где познакомится в Берне с диаконисой Марфой и со шведкой Ильзой Фриндберг, которая подарит ей драгоценный подарок. Четки, подаренные ей великим Старцем Амфилохием Патмосским. Она продолжает свой путь. Бельгия, Дания, Швеция, Германия и Австрия, и возвращается в апреле 1963 г. в Афины.

У нее с собой четки старца Амфилохия и новое приглашение, на которое следует дать ответ. В период поездки по Америке Стэнли Джонс, видя невероятное впечатление, какое она произвела на многочисленную аудиторию, пригласил ее поехать с ним в новое путешествие, в Sat Tal. В возлюбленную Индию, куда думала, что уже никогда не вернется. Можно было бы вновь увидеться со своей любимой «семьей»... Нужно было принять во внимание и другое мнение. Старец ее был далеко. С кем бы посоветоваться?

И тогда на молитве пришел ответ. Четки! Четки старца Амфилохия... И к нему поедет, его спросит!

Итак, она едет на остров Патмос***************вместе с сестрой Фомаидой, которая когда-то приехала из Вифании и которая до сих пор была у прп. Мелетия на Кифероне****************. В лице отца Амфилохия (фотография) она нашла то, что искала Старца с обширной любовью, с любовью к миссионерству. Он стал ее исповедником вплоть до своей смерти 16 апреля 1970г.

«Годами я молился, чтобы приехали монахини, как вы, с желанием поехать, побежать на миссионерство». Этими словами он встретил их. Там, на Патмосе, в обители Благовещения, в день Живоносного Источника, в церкви святого Антония, они исповедались и он дал им малую схиму, благословение на миссионерство и на поездку в Индию, дабы ехать в качестве православного присутствия в Sat Tal.

И все это через четки, которые подарила ей шведская подруга! Ибо одно приносит другое. Потому что своим «Да», которое она говорила с 1954г. до конца жизни, не утратила по своей воле свое «Нет», план, какой был для нее у

Господа. Какая замечательная истина, но как трудно и как говорят легко бывает, когда начинаешь так говорить...