Вдруг голос мамы, шорох платья милый,

Ее шагов знакомый легкий звук...

Я побледнел и алгебры постылой

Учебник на пол выронил из рук.

Не от любви с неудержимой силой

Забилось сердце, – это был испуг:

Я в классицизме, в мертвом книжном хламе

Так одичал, что позабыл о маме