Едва услышит имя Бога,

Подымет взор свой, полный слезь...

Она курила очень много

Душистых, тонких пахитос:

Редсток любил ее, конечно.

Всегда жалея бесконечно

Овец заблудших и слепых,

В своих палатах в воскресенье

Она устроила для них

Душеспасительное чтенье;

И чай носил в кругу гостей

Во фраке сумрачный лакей.