XLV

«Семь дней продолжалась буря потока, а на седьмой утихла», – повествует Атрахазис:

Взглянул я на небо, и вот, тишина;

Весь же род человеческий в перст отошел,

И гладка поверхность вод, как крыша гладкая. —

Люк я открыл, свет упал на лицо мое;

Сел я, поник и заплакал,

Слезы текли по щекам моим…

— (Gilgam., XI, 133–138)

В Божественной Книге ничего нет равного этим слезам человеческим.