Так, по одному сказанию, а по другому боги превратили Аттиса в вечнозеленое Дерево Жизни – ель, сосну или кедр («в цвете кедра будет сердце мое», – говорит, умирая, оскопленный Озирис-Бата), а из крови его выросли фиалки, наполнившие мир благоуханием вечной весны – любви нездешней. Fluore de sanguinis viola flos nascitur (Arnob., V, 8–9. – Hepding, 40).

И еще по другому сказанию о ханаанском Эшмуне-Аттисе: мертвое тело его обнимает и согревает Агдистис-Кибела, мать и возлюбленная вместе: «ризой своей облекала его отрезанный стыд, veste velaret et tegeret», по Тимофею Арнобию (Damasc. aр. Phot., Biblioth., 242. – Fr. Lenormant. Cabiri, 773. – Arnob., V, 14. – Graillot, 297).

Что это значит, объясняет пророк Иезекииль. «Ты взяла уборы свои из золота и серебра Моего, и сделала себе мужские знаки из них и блудодействовала с ними, и подымала одежды свои, и покрывала их», – говорит Господь дщерям Сиона, поклонницам Таммуза-Аттиса (Иез. 16, 17–18. – Movers, 595).

Еще нагляднее объясняют это два египетских изображения: одно – в Абидосском храме фараона Сэти I, на Озирисовой, из черного базальта, гробнице; другое – в притворе Дендерахского святилища. Оба почти одинаковы: мумия бога лежит на смертном ложе, окутанная саваном, – уже воскресающий, но еще не воскресший, мертвец, а богиня Изида, Ястребиха, парящая в воздухе, опускается на него, живая – на мертвого (Mariette, Denderach, IV, pl. 68–79, 90. – A. Moret. Rois et Dieux d’Egypte, 136, pl. X).

сказано в гимне Изиде (Wal. Budge. Osiris and Egiptian ressurection, p. 94).

плачет Изида над Озирисом, так же, как, может быть, Кибела над Аттисом. Смерть побеждает Изида, супруга брата своего, Озириса, любовью братски-брачною, а Кибела, супруга сына своего, Аттиса, – любовью матерински-брачною. Это значит: через пол – рождение, вечная смерть; через победу над полом – воскресение, вечная жизнь.

Все это в мифе темно, как темный звездный свет сквозь тусклое оконце или скважину, и нынешним людям кажется бредом полового безумия, кощунством или просто нелепостью. Но что это действительно значит или могло бы значить для нас, мы увидим на вершине всей языческой древности – в Самофракийских и Елевзинских таинствах.