Возможно ли богоощущение в поле, слияние половой чувственности с чувством религиозным? Невозможно, – отвечает опыт всей Сыновней святости; возможно, – отвечает опыт всей святости Отчей. Это и значит: два Завета сходятся только в неподвижной точке догмата, в статике, а в откровении движущем, в динамике, расходятся.

На то, что о. Устинский утверждает в догмате: «в половом совокуплении я должен предстоять перед Богом», св. Григорий Богослов возражает в святости: «плотское рождение есть дело тьмы, рабское и страстное… Не иное что делает совокупляющийся, как уступает только наглым требованиям плоти» (В. Розанов.В мире неясного и нерешенного, 249).

«Сквернави вси есьмы пред Тобою», – молится Церковь об очищении родильницы. Такова скверна пола, что само рождение сопровождается как бы временным отлучением от церкви родившей матери. Метафизически брак освящается, но не физически: половое совокупление, совершенное в церкви, есть невообразимое кощунство.