Перевод М. А. Головкиной. Книгоиздательство «Дилетант» Москва, 1907

Большой интерес представляет этюд Оскара Уайльда, в котором знаменитый индивидуалист высказывает свое отношение к социализму. Уайльд очень тонко, тоньше многих социалистов, понял, что положительный смысл социализма — в выявлении индивидуальности во всем её внутреннем своеобразии. «Истинное совершенство человека не в том, говорит Уайльд, что он имеет, а в том, что он есть. Частная собственность мешала проявиться истинному индивидуализму и создала ложный индивидуализм»[717]. «Человек думал, что главное — это иметь, не подозревая того, что главное — это быть»[718]. И действительно, в капиталистическом строе и во всяком строе, основанном на частной собственности на орудия производства и землю, достоинство человеческой индивидуальности определяется не тем, что она есть по внутренним своим качествам, а тем, что у неё есть, социальными вещами, доставшимися ей не по заслугам. Очень хорошо у Оскара Уайльда подмечена та социально-психологическая истина, что в мятеже, в борьбе, к которой сейчас принуждает огромную часть человечества безобразный социальный строй, истощаются индивидуальные силы, ослабляется творчество. Уайльда постоянно мучит вопрос о Христе, и он говорит о Нем: «Когда Иисус говорил о бедных, он просто разумел людей, не развивших своей индивидуальности»[719]. Это очень глубокая мысль: богатые, это те, индивидуальность которых определяется тем, что они имеют, внешними вещами, а не тем, что они суть сами по себе, т. е. не имеющие индивидуальности. «Чтобы быть подобным Христу, нужно быть совершенно и абсолютно самим собой»[720], т. е. не зависеть от социальных предметов, от богатства и бедности. По упованию О. Уайльда, в социалистическом обществе «государство будет делать то, что полезно. Индивидуум будет делать то, что прекрасно»[721]. Уайльд далеко стоял от социалистического движения и социалистических теорий, многое понимал лучше самих социалистов, но недостаточно видел двойственность социализма. В одной своей полосе социализм служит выявлению и освобождению индивидуальности, утверждению подлинной иерархии индивидуальных душ путем свержения ложной социальной иерархии, но есть в социализме стихия, враждебная личности, и особенно она сильна в марксизме. Вторая половина этюда Уайльда посвящена характеристике психологии художника в его отношении к публике и защите индивидуализма в искусстве. Все это уже известно и в значительной степени устарело. Оригинально и хорошо то, что и в самом конце говорит О. Уайльд против сентименталистов и в защиту радости: «Всякое сочувствие прекрасно, но сочувствие страданию — его наименее прекрасная форма: сочувствие радости увеличивает сумму радости в мире, сочувствие же горю не уменьшает суммы горя»[722]. В будущем «человек будет испытывать радость при виде радостной жизни других»[723]. Религия О. Уайльда есть эстетизм и «новый индивидуализм», «новый эллинизм»[724], для которых, по его мнению, работает социализм. Боюсь, что «новый» индивидуализм и эллинизм в достаточной мере стар, и преодоление этого эллинического индивидуализма, синтез индивидуализма и универсализма есть религиозная потребность эпохи. Перевод заглавия этюда Уайльда «Душа человека при социализме» плохо звучит, лучше было бы «Душа человека и социализм».